Дочки-матери - Алина Дягилева

– В общем, если есть хоть какой-то шанс вытащить их отсюда, я за него уцеплюсь. Марго написала, что вы что-то придумали. Выкладывайте.

Тогда Лиса принялась сбивчиво пересказывать свой план. Настя слушала молча. Когда Лис закончила, она еще некоторое время молчала, обдумывая ее слова.

– Значит, ты думаешь, что, если мы расскажем родителям обо всем этом за пределами поселка и не позволим им вернуться сюда, они выживут?

Лис кивнула.

– Ну, то есть я, конечно, не уверена. Но мне кажется, что это наш лучший шанс.

Настя долго молчала, в упор глядя на Лис. Той стало неловко, но она изо всех сил держалась, чтобы не отвести глаза. Ей нужно было убедить всех попробовать, иначе им отсюда не выбраться. Наконец девушка медленно произнесла:

– Хорошо. Я согласна. Я попробую поговорить еще раз с ребятами.

С этими словами она развернулась и пошла прочь. Оглянувшись на ходу, она добавила:

– Спишемся завтра. Спокойной ночи.

Когда фигура Насти скрылась за поворотом, ребята стали обсуждать план в подробностях. Они решили, что сегодня же попросят своих родителей отвезти их в город, чтобы навестить Алекса в больнице. Завтра девочки – Диана и Вики – еще раз заглянут к его маме, чтобы узнать, когда она поедет к нему, и подгадать их приезд к этому же времени. Марго спишется с Настей и сообщит ей время. Остается надеяться, что она убедит Дэна и Макса тоже поучаствовать в их затее. Если им повезет, то они могут поехать уже завтра. И уже завтра не вернутся ночевать в это ужасное место.

Лис была дома в половине восьмого. Родители смотрели фильм в гостиной, Гризли удобно примостился между ними на диване и даже не проснулся, когда она пришла. Мама поманила ее рукой присоединиться к ним, но у Лис не шла из головы тетрадь, которая лежала в рюкзаке, поэтому она сказала, что хочет в душ.

Быстро переодевшись и сбегав в душ, она села за стол, положила перед собой тетрадь и открыла ее на странице, где начинался список. Семь станиц, триста пятьдесят восемь строк. Хаотичные, на первый взгляд, плюсы и минусы. Но Лиса чувствовала, что за ними должно что-то скрываться. Какая-то страшная логика. Жестокая закономерность.

Она листала страницу за страницей, подсчитывала плюсы и минусы, пытаясь угадать последовательность, но ее, казалось, не было. У Лис начало рябить в глазах от однотипных строчек. Числа сливались друг с другом, плюсы превращались в минусы, а минусы в плюсы. Тогда Лиса отвернулась и посмотрела в окно. За окном начинали сгущаться сумерки. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, на фоне светлого еще неба четко выделялись черные ветви деревьев, усыпанные густой листвой, и крыши домов. Лис не могла не думать о том, что скоро наступит ночь и ей снова нужно будет дождаться, пока уснут родители, чтобы незаметно прокрасться в их спальню. Лис содрогнулась, вспомнив о том, как ей пришлось ходить в туалет прошлой ночью. Чтобы отогнать страшное воспоминание, она решила начать составлять свой график. Она открыла нижний ящик стола, чтобы достать дневник, и тут ее словно молнией ударило. Ее дневник лежал в ящике раскрытым. Но это было не самое ужасное. Ее старый дневник, тот, что с серебряным замочком, тоже был открыт. Сломанный замочек валялся рядом. Так вот что читала «мама» той ночью в ее комнате. Ее дневник. Дневники. Она прочла их оба. Дрожащими руками Лис достала обе тетради. Решив сначала закончить начатое, она отложила в сторону старый дневник и записала в новом:

31 мая —

1 июня —

2 июня +

3 июня —

4 июня —

5 июня —

6 июня +

7 июня —

8 июня +

9 июня +

10 июня

Место рядом с десятым июня она оставила пустым. Его она заполнит завтра утром. Как бы ей хотелось поставить там минус! Лис закрыла тетрадь и потянулась к своему старому дневнику. Осторожно взяла его в руки, провела пальцами по сломанным дужкам замка, затем раскрыла на самой первой странице. Там совсем еще детским почерком было написано: «Привет, дневник! Меня зовут Алиса, но мама с папой называют меня Лисой. Мне девять лет. У меня много друзей. Моя лучшая подруга – Ди. Я ее очень люблю. Больше всего на свете я мечтаю о собаке». Лис листала дневник страницу за страницей. Большинство записей были подобны этой. Простые, детские, перечисляющие события прошедшего дня, мечты и желания. Лис невольно улыбнулась. Какой же простой и безоблачной была жизнь! Но тут же перестала улыбаться, вспомнив, как другая «мама» держала в руках этот дневник и читала все то же, что читает сейчас она. Вдруг на очередной странице она прочла: «Сегодня мне приснился очень страшный сон. Я не могу перестать о нем думать. Мне приснилось, что я в своей комнате в темноте. И вдруг я вижу, как из-под двери появляется что-то белое. Я смотрю и понимаю, что это рука. Белая рука тянется по полу к моей кровати, потом за ней появляется вторая. Я пытаюсь закричать и позвать на помощь, но не могу, изо рта не выходит ни звука. Тем временем руки становятся все длиннее, они уже у самой моей кровати. Я поджимаю под себя ноги и пытаюсь отодвинуться, но тело меня не слушается. Одна рука уже заползает на кровать, вторая – под кровать. Они ужасно длинные, они все так же тянутся из-под двери, и не видно, чьи это руки. Когда одна рука уже была на одеяле, я увидела, что вторая заползает с другой стороны кровати. Тут я все-таки смогла закричать и от этого проснулась. Ко мне прибежали мама и папа и долго меня успокаивали. Я боюсь ложиться спать одна сегодня, поэтому, наверное, буду спать с родителями».

Лис отложила дневник. Она вспомнила этот сон. Удивительно, что она о нем забыла. Сейчас эта картина стояла у нее в голове очень четко. Лис поежилась. Потом подумала, что сон, конечно, был очень страшный, но ее сегодняшняя реальность куда страшнее. Она взглянула на часы – было почти девять. Учитывая новые здоровые привычки родителей, максимум через полчаса они начнут готовиться ко сну. Лис убрала свои дневники обратно в ящик стола и снова обратилась к тетради Алекса. Она решила попробовать пойти другим путем.