Железное Дерево - Майкл Коннелли

— Доброй. И послушайте: извините, если был резковат.

— Я же сказал: понимаю ваше раздражение. И хочу взять того, кто это сделал, не меньше вашего.

Стилвелл сел в квадроцикл, включил фары и покатил вниз, в Авалон — поговорить с виноградарем и забрать ужин.

Примечания переводчика:

Catalina Island Conservancy (КИК) — некоммерческий природоохранный фонд, владеющий и управляющий бо́льшей частью острова Санта-Каталина (Калифорния), сохраняющий его дикую природу.

      ИКЕ (ICE) — U.S. Immigration and Customs Enforcement, Иммиграционная и таможенная полиция США; её рейды в последние годы вызывали массовые протесты.

«Овертаун» / «материк» — местный жаргон жителей Каталины, означающий Лос-Анджелес и побережье; на острове запрещены частные автомобили, передвигаются на квадроциклах и гольф‑карах.

Авалон-Каньон-роуд — главная дорога, ведущая вглубь острова из Авалона.

Мемориал Ригли — высокая мемориальная башня в честь Уильяма Ригли-мл. (владельца острова в XX в.), центр ботанического сада над Авалоном.

Пролив Сан-Педро — участок моря между Каталиной и материком (Лонг-Бич).

Напа — знаменитый винодельческий регион в Северной Калифорнии.

Чапараль, мансанита, опунция, шаровидный кактус — типичная сухая калифорнийская растительность.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 22

Стилвелл вошёл в вестибюль отеля «Атуотер» на Самнер-авеню и невольно залюбовался богатой отделкой и стильной современной мебелью. После долгой реконструкции, затеянной владельцами — одной из старых островных семей, — гостиница из обшарпанной ночлежки, которую местные прозвали «Крысоводой», превратилась в место, куда приходят на других посмотреть и себя показать.

Теперь её считали одной из лучших в центре Авалона — наравне с двумя почтенными отелями на холмах, «Зейн Грей» и «Маунт-Ада», устроенным в бывшем особняке Ригли.

Слева от стойки регистрации он заметил столик с внутренним телефоном. Снял трубку и попросил оператора соединить его с Хеленой Новак. Когда та ответила, Стилвелл представился. По её словам, Маркес уже звонил и предупредил; она пообещала вскоре спуститься в холл.

Они нашли пустой угол с креслами и расположились по разные стороны журнального столика. Возраст Новак удивил Стилвелла: ей вряд ли было больше тридцати. Одета она была так же, как Маркес, — джинсы и рабочая рубашка. Волосы выгорели на солнце, кожа потемнела от загара — видимо, от долгих дней на винограднике.

— Не знаю, чем смогу вам помочь, — сказала она. — То есть да, я сегодня нашла повреждённые лозы, но кто это сделал — понятия не имею.

— Это я понимаю, — ответил Стилвелл. — Меня сейчас интересует другое: что вы могли заметить в свои прежние приезды на виноградник и не задавал ли вам кто-нибудь странных или нетипичных вопросов.

— Например?

— Например, не спрашивал ли кто, что самого плохого может случиться с виноградником.

Она усмехнулась.

— Меня никто о таком не спрашивал. Я бы запомнила.

— А если бы спросили — что бы вы ответили? — поинтересовался Стилвелл.

— Ну… пожар. Очевидно же.

— Пожар не контролируется. А что могло бы вывести виноградник из строя, не угрожая ни людям, ни соседним участкам?

— Скорее всего то, что произошло сегодня. То, как срубили эти лозы, — катастрофа.

— Но ведь корни остались целы? Я понимаю, что это займёт время, но разве лозы не отрастут заново?

— Маловероятно. Я уже говорила мистеру Маркесу: крона собирает солнечный свет и проводит его по стволу к корням. Корни вбирают воду и поднимают её вверх. Если эту связь разорвать, скорее всего, погибнет и то, и другое.

Стилвелл кивнул.

— Как вы получили работу в «Эй‑би‑си»? Если не возражаете, что спрашиваю.

— Я выросла в Напе, отец у меня был винодел, — сказала Новак. — Сколько себя помню, бегала между лоз. Поступила в Калифорнийский университет в Дэвисе, изучала виноградарство, потом год проработала в одном хозяйстве в долине Роны. Вернулась домой и стала делать вино вместе с отцом.

— Мистер Маркес позвонил ему — хотел нанять, но отец как раз собирался на пенсию, был, можно сказать, недоступен. Сказал, что я — лучшее, что он может предложить. Так я и получила место.

— Замечательно. И это было два года назад?

— Да. Новый виноградник посадила я.

— А как работается с Маркесом?

— Нормально. У него много других дел, на винограднике он бывает нечасто. Кажется, у него ещё и доля в этом отеле — по крайней мере, мне здесь делают скидку.

— Как часто вы сюда приезжаете?

— Раз в две недели, на день-два.

— Из Напы? Вы там живёте?

— Да.

— Вы в курсе прежних случаев вандализма в «Эй‑би‑си»?

— Да, Оливер каждый раз мне звонил.

— Вы участвовали в восстановлении?

— Нет, почти нет. Это не моё дело. Я выращиваю виноград и делаю вино.

Стилвелл снова кивнул. Оставался ещё один вопрос — и к нему следовало подойти осторожно.

— Как у виноградника дела в целом? — спросил он. — Закладывать виноградник — это же огромный риск. Так долго ждать, пока появится вино, которое можно продавать.

— На это уходит много времени и денег, — ответила Новак. — Из-за вандализма и прочего нас несколько раз отбрасывало назад, но, думаю, от целевых сроков мы отстанем не сильно.

— А что за «прочее»?

— Был чёрный налёт, пришлось с ним повозиться. Но главная наша беда — рабочие руки. Виноградник у нас один, и тот не самый большой, да ещё и на острове. Сезонных сборщиков и без того найти трудно. А после всей этой прошлогодней истории с ИКЕ найти полевых работников стало ещё сложнее. Их просто не осталось — депортировали или попрятались.

— Пусть у нас пока и нет винограда, достаточно созревшего для вина, собирать его всё равно нужно каждый год. В прошлом октябре в «Эй‑би‑си» этого не случилось — и нас по срокам и бюджету отбросило назад. Мистеру Маркесу пришлось нанимать старшеклассников, в том числе собственного внука. Получилось из рук вон: они этого никогда не делали и работали страшно медленно.

— А что такое чёрный налёт?

— Болезнь, грибковая.

— Как с ней борются?

— По-разному. Мы применяли фунгицид, но ещё надо обходить ряды и вырезать поражённые листья и побеги. На это рук у нас тоже не хватило, и это помогло болезни распространиться. Сейчас всё под контролем.

— Производство это задержит?

— Несильно. Но винограда будет меньше,