Зарубежный детектив 2026-10 - Кейт Аткинсон

посмотрела. Дышать Питеру было очень нелегко, но он не умер. У нее тоже сбилось дыхание, легкие спирало, в них что-то хрипело. В комнате адский холод, а она вся в поту.

Она не показывала ему нож, и все равно он ерзал и извивался, пытаясь отодвинуться.

— Ш-ш-ш, — сказала она, придержав его за локоть, а потом тихонько, чтобы он не заметил раньше времени, вогнала острие ему в сонную артерию слева. А потом, для полноты картины, и справа, и кровь забила фонтаном, точно открытая нефть.

Детка проснулся, засмеялся, увидев ее, и она сказала:

— Маленький Томми жил в маленьком доме, рыбу ловил в канавах верзил.

Там, где чисто, светло

«Приуса» в гараже больше не было. Из заднего окна лился свет. Шесть утра, суббота, — может, Нил Траппер рано встал, но, скорее, и не ложился. Сквозь французские окна она видела, как он, закрыв глаза, сгорбился на диване в гостиной. Луиза легонько постучала в стекло — призрак мисс Джессел,[418] — и Нил Траппер в ужасе подпрыгнул; потом узнал ее, и ужас отпустил. Нил Траппер нестойко поднялся, отпер дверь.

— Ничего не говорите — и снова вы, — сказал он. Не человек, а пустыня выжженная.

— Не хотите рассказать, кто эти ваши друзья? — спросила она, войдя, и он мрачно засмеялся:

— Друзья? Какие друзья? У меня, как выяснилось, нет друзей. — Живой мертвец, одно слово.

— А ваша жена? Что с ней, мистер Траппер? Мне кажется, мы уже достаточно морочили друг другу голову, вы как думаете? Она не вызывала машину, чтобы поехать в Йоркшир, ей не звонила тетя, и вообще — это в некотором роде решающий аргумент, — ее тетя умерла две недели назад. Так что же творится?

Нил Траппер рухнул в кресло и закрыл лицо руками. Луиза присела перед ним и мягко сказала:

— Просто скажите, ее похитили? Да или нет?

Он шумно втянул воздух и промолчал.

Луиза встала и как можно официальнее произнесла:

— Нил Траппер, я сейчас задам вам несколько вопросов. Вы имеете право не отвечать, но все, что вы скажете, будет зафиксировано письменно и может быть использовано в суде.

И тут он разрыдался.

Луиза стояла на парадном крыльце Трапперов, вдыхая морозный утренний воздух. В такие вот минуты она жалела, что не курит, — если б курила, ее не тянуло бы так отчаянно устроить налет на Трапперовы запасы «Лафройга».

Утро разгорелось, на улице полиция кишмя кишит. На ум приходят драка и кулаки, которыми машут.

Нила Траппера увезли на допрос, но он нес околесицу; полиция Стрэтклайда постучалась в роскошный пентхаус Андерсона, но тот весь обложился юристами. Никто понятия не имел, где искать Джоанну Траппер. На М8 нашли «ниссан» с номером, который назвала Реджи, но люди из «ниссана» тоже помалкивали.

Джоанна Траппер мертва, Луиза в этом не сомневалась. И детка мертв. Лежат где-нибудь в канаве или стали кормом для свиней. Траппер сказал, что, когда он пришел вечером в среду, ее уже не было, а спустя час ему позвонили и сказали, что, если обратится в полицию, жену больше не увидит.

— Велели найти деньги, заплатить Андерсону, или переписать на него все, — сказал он Луизе перед тем, как его повезли в участок.

— И это было в среду? — спросила она. — А сегодня суббота, и вы не переписали на него все в ту же секунду?

— Я пытался деньги найти.

— Вы не переписали на него все в ту же секунду?

— Не надо намекать, будто мне плевать на мою семью.

— Вы. Не переписали. На него. Все. В ту же. Секунду.

— Вы не понимаете.

— Я понимаю — вы не переписали на него все в ту же секунду. Над этими документами суд хохотал бы до упаду. Вы бы все сохранили и получили бы шанс спасти жену и ребенка.

— А он бы достал меня еще как-нибудь. Андерсон — маньяк, и подручные у него маньяки. Если запустил зубы, челюсти уже не разожмет. Если б я потащил его в суд, он взял бы нас в оборот, убил бы наверняка.

Из дома вышел полицейский и сказал:

— Босс? — У него на лбу было написано «важные вести», и Луиза подумала: ну вот, Джоанна Траппер мертва, но тут полицейский расплылся в улыбке до ушей. — Вы не поверите, босс. Она вернулась. Она в доме.

— Кто? Доктор Траппер?

— Доктор Траппер и детка. И девочка.

— Девочка?

Это что еще за фокусы? Джоанна Траппер сидела на диване в некогда прелестной гостиной. Чистые джинсы, мягкий бледно-голубой свитер — вроде бы кашемировый. С жемчужными пуговками на манжетах. Эти детали не лезли ни в какие ворота. Вымыта дочиста. Волосы влажные, — похоже, она только что из душа.

— Детка спит в кроватке, — сказала она, не успела Луиза спросить.

Рядом на диване сидела Реджи — лицо сияющее и пустое, точно она полна решимости ни слова не сказать вообще ни о чем. Джоанна Траппер, напротив, держалась непринужденно.

— Простите, если у вас из-за меня возникли сложности, — сказала она (можно подумать, за опоздание к стоматологу извинялась). — Я уезжала на пару дней. Боюсь, я ничего не помню. Какая-то временная амнезия. Формально это называется, если я правильно помню, «диссоциативная реакция бегства». Травма, причиненная воспоминанием о прошлой травме. Эндрю Декер, очевидно. И так далее.

— И так далее? — повторила Луиза.

Она соображала, как подступиться к допросу двух виртуозных лгунов, — не поймешь, как отыскать правду, не говоря о том, как ее понять, — но от этой проблемы ее спас стук в дверь. В комнату ввалилась Карен Уорнер.

— Прости, что прерываю, босс.

Она дышала тяжело, как будто бежала. Чудесного возвращения Джоанны Траппер она толком и не заметила. Лицо мрачно — ясно, что случилось нечто ужасное.

— О господи, — сказала Луиза, хватаясь за сердце. — Нидлер, да? Он вернулся? — И Карен сказала:

— Да. Вернулся.

— Кто-то погиб, — сказала Луиза. — Я по лицу вижу. Кто? Элисон? Ребенок? Все?

— Не они, босс. Маркус.

На волоске. Смешное выражение, если вдуматься. Маркус был в операционной. Луиза и Карен сидели в опустевшем «Святилище» Королевского лазарета. В честь Рождества здесь стояла какая-то общехристианская растительность.

— Что произошло? — спросила Луиза.

— Не знаю, все очень запутанно. Он услышал вызов и ответил, — по-моему, он был на кольце, на работу ехал. Местные уже примчались, и это все было как-то между делом, понимаете, она ведь столько раз кричала «волки».

— Между делом. Господи.

Нидлер всю ночь продержал семейство на мушке. Один из детей добрался до тревожной кнопки, местная полиция ответила,