Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

class="p1">Прошлой ночью, осторожно выглянув в окно, Тесс снова увидела теперь уже совершенно двухцветный «Бьюик» — так сильно облупилась розовая краска, — стоявший около ее дома. Кроу потребовал объяснений. И именно Кроу пришло в голову отвезти Эски к одному из друзей Тесс, который был перед ней в неоплатном долгу. Это был, как они его назвали, «план номер один». «План номер два» разработала Тесс, и он заключался в том, как заставить Томми говорить.

Они молча выехали на Южное шоссе и так же молча доехали до одного из приморских поселков с летними деревянными домиками. Когда-то эти поселки казались очень далекими от Балтимора и Вашингтона, и горожане приезжали сюда во время летних отпусков, чтобы почувствовать себя вдали от цивилизации, но зимой здесь никто не жил.

Даррелл Пакстон, Рок, занимавший первые места на чемпионатах по гребле, которого Тайнер всегда ставил в пример Тесс, имел репутацию сильного и уверенного в себе, но немного безрассудного человека.

Большинство людей предпочитают жить поближе к месту работы, Рок же предпочел жить поближе к месту тренировок. Полгода назад он присмотрел коттедж в одном из таких поселков и потратил все свои сбережения на его покупку и обустройство. Домику требовался капитальный ремонт: пришлось заново покрыть крышу и обшить стену, а главное — вставить окна с двойными рамами, чтобы спастись от пронизывающего морского ветра и сквозняков. На длинной подъездной дорожке почти не осталось гравия, но это, по мнению владельца, вполне могло подождать. Главным для него было привести в порядок заросшую дорогу, ведущую от дома к доку. И Тесс вдруг поняла, что больше не увидит Рока на тренировочной базе. По крайней мере, пока у него есть этот дом.

Рок ждал их на кухне — в просто обставленной комнате с одним обеденным столом, двумя стульями и массой приспособлений для приготовления кофе. Рок славился своим умением готовить этот напиток, и Тесс с Кроу с удовольствием согласились на предложение выпить по чашечке.

— Сегодня я сварю ямайский кофе, — сказал он, приглашая их войти. Тесс подумала, что, даже потеряв место исследователя в городском Центре изучения моря им. Джона Хопкинса, Рок вполне мог бы работать в «Донне» — лучшей кофейне города, куда его давно приглашали. Они пили кофе, наблюдая, как Эски ходит по комнатам, обнюхивая все попадающиеся ей предметы. В домике было 170 всего четыре комнаты, и в них было мало мебели, но диван Рока вызвал у собаки некоторый интерес. Закончив осмотр, Эски вернулась в кухню и встала между Кроу и Тесс, словно говоря: «Просто, но довольно интересно. А теперь поехали домой».

— Она наверняка захочет спать с тобой, — сказала Тесс Року. — Она постоянно залезает ко мне на кровать, и спихнуть ее оттуда нет никакой возможности. Можно, конечно, закрыть ее в соседней комнате, но тогда эта мохнатая шантажистка начнет скулить.

— Все в порядке. Мне даже будет теплее, — засмеялся Рок.

— Мы так и не купили ей новый поводок вместо этой цепочки, так что если ты это сделаешь, мы потом вернем тебе деньги. Я не сказала тебе, что она переворачивает мусорное ведро и начинает разбрасывать его содержимое по всей квартире, если ей кажется, что ее все покинули? И ей нужно смазывать маслом рубцы от ожогов, по крайней мере, еще некоторое время. — Тесс вдруг почувствовала комок в горле и замолчала. Кроу взял ее за руку.

— Это ведь не навсегда, — попытался успокоить он ее.

— Наверняка вы заберете ее перед первыми бегами в этом сезоне, а это уже совсем скоро, — сказал Рок.

Тесс обняла друга, в очередной раз поразившись, насколько он соответствует своему прозвищу.[162] Рок был самым крепким человеком из тех, кого она когда-либо знала, — во всех смыслах этого слова. Он был сильным и уверенным в себе, и многие люди ошибочно считали, будто он ни в ком не нуждается. Он казался им не просто скалой, а целым островом. Но Тесс, знавшая больше, чем ей того бы хотелось, об обстоятельствах его расстроившейся помолвки, не сомневалась, что Рок будет рад компании Эски. И теперь, когда собака будет жить в его доме, у Тесс появится стимул чаще навещать друга, так как она ни разу не сделала этого, с тех пор как Рок переехал в этот заброшенный поселок.

Рок и Эски стояли на крыльце, наблюдая, как Тесс с Кроу садятся в машину. Тесс старалась не оборачиваться. Собака озадаченно посмотрела на Кроу и Тесс, уже севших в машину, затем на Рока, положившего руку на ее ошейник. Она начала понимать, что что-то не так, но Тесс надеялась, что они успеют выехать на шоссе, прежде чем Эски поймет, что они оставили ее здесь. А к тому времени, когда они вернутся в Балтимор, она уже успеет забыть, что у нее был какой-то другой хозяин, кроме Рока.

— Ему придется построить забор. Или держать ее постоянно на цепи, — пробормотала Тесс, обращаясь скорее к себе, чем к Кроу.

— Это самое лучшее место для нее. И самое безопасное. И ты это отлично знаешь.

Эски склонила голову набок, словно спрашивая Тесс, что она собирается делать.

«Хватит расстраиваться, ты никогда не любила животных, — сказала себе Тесс. — Так что и начинать не стоит».

Рок продолжал стоять, положив руку на ошейник собаки, но не держась за него. И поэтому он не успел ничего сделать, когда Эски, совершив грациозный длинный прыжок, кинулась вслед за «Вольво», выезжавшим на подъездную дорогу, ведущую к шоссе. Рок был сильным и выносливым, но он не был спринтером и не мог догнать Эски, быстро сокращавшую расстояние с автомобилем. Тесс решила, что собака бежит со скоростью примерно тридцать километров в час, может быть, тридцать пять. В любом случае она уже догнала «Вольво» и теперь бежала около правого заднего колеса.

— Борзые могут развивать скорость до шестидесяти километров в час, — вслух произнес Кроу.

— Меня сейчас гораздо больше интересует, какую скорость сможешь развить ты.

— Я не могу ехать быстрее по этим колдобинам, но не волнуйся, на шоссе мы сможем ехать быстрее, и Эски прекратит эту погоню.

«Вольво» теперь ехал со скоростью пятьдесят километров в час, но Эски не отставала. На собачьей морде не было заметно ни злобы, ни разочарования — одна только решимость. Эски высунула язык и, по-видимому, наслаждалась гонкой. Она, очевидно, решила, что это очередная игра. «Они ведь никогда меня не оставят». Эски напоминала кенгуру в тот момент, когда ее задние лапы оказывались впереди тела. Она преодолевала все неровности и повороты дороги