Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Послушайте, если вас послали кредиторы Винка, то вам придется встать в очередь, а если вы таким способом обстряпываете какие-то свои темные делишки, то лучше и думать забудьте. Это в ваших же интересах.

— Какие такие делишки? — Тесс изобразила искреннее удивление, хотя дышать ей было невмоготу. Туччи не собирался избавлять ее тело от своей туши…

— Леа день и ночь осаждают охотники за сенсациями, хотя, конечно, им далеко до вашей изобретательности. Все надеются заполучить свеженькую новость или что-нибудь отсудить. Мне уже предлагали несколько нелепых версий. Например, что психолог Винка не заметил у него симптомов, указывающих на склонность к суициду. Или что причина смерти в несработавшей автоматике, открывающей дверь гаража. Так вот что я вам скажу: у Винка не было психиатра, он вообще к ним не ходил, и полицейские сказали, что он не пытался открыть дверь гаража. Кто-то из особенно ретивых предложил подать в суд на компанию «Форд» за то, что в «Мустанге» шестьдесят девятого года выпуска не предусмотрено автоматическое выключение двигателя, на случай, если кто-то попытается таким способом свести счеты с жизнью. Но все было гораздо проще. Винк наглотался каких-то таблеток и запил все это дело алкоголем.

— Откуда вы это знаете? В газете ничего не было сказано о том, что полицейские нашли какие-нибудь наркотики или медикаменты. Результаты токсикологической экспертизы еще не готовы, а простой тест показал только слабое наличие алкоголя в крови.

Туччи немного ослабил хватку.

— Я знаю Винка. Он не смог бы это сделать, если бы находился в сознании, наверняка в последний момент просто сорвался бы. В этом смысле Винк всегда был слабаком. Полицейские сказали Леа, что нашли в машине початую бутылку виски. Винк выпил два, ну максимум три стакана. Уровень алкоголя в крови был меньше одной десятой: с таким значением невозможно даже быть оштрафованным за вождение в нетрезвом состоянии. И это было в газете. Поэтому я и думаю, что он что-то проглотил, чтобы все закончилось как можно быстрее и безболезненнее. Это гораздо больше похоже на правду, верно?

— Конечно. — Тесс готова была согласиться с чем угодно, по крайней мере, пока Туччи прижимал ее голову и живот к кушетке тренажера. Но разве ему так уж важно, согласится она с ним или нет? И почему он так охотно обо всем ей рассказывает? Репетирует? Готовится выдать журналистам такую же байку?

— Отлично. А теперь скажите мне, почему вы крутитесь около Леа и Линды?

Произнося каждое слово, он подпрыгивал, и Тесс порадовалась, что перед походом в спортклуб не стала завтракать.

— Вы действительно прилично прибавили в весе, после того как ушли из спорта, — выдавила Тесс. — На сколько вы потолстели? На десять кило? А может, на все пятнадцать? Причем, похоже, у вас все пошло в живот.

Туччи спрыгнул на пол, встал боком к зеркалу и, задрав рубашку, принялся рассматривать свой живот.

— Ничего страшного, — констатировал он. — Несколько приседаний — и все будет в порядке.

Этого мгновения Тесс хватило, чтобы перевернуться на спину, высвободить ноги из тренажера и сделать то, о чем она мечтала в последние пятнадцать минут. Тесс понадеялась, что вспомнила правильно, на каком колене Туччи делали операцию по имплантации мениска. Она угадала: Туччи взвыл и упал на пол, корчась от боли.

— Ты, сволочь! — заорал он. — Из-за тебя мне снова придется ходить с палкой!

Тесс не стала ждать, когда Туччи придет в себя. Не переодеваясь, она выскочила из зала и, быстро спустившись по лестнице, выбежала на улицу, обнаружив служащего Дурбана, стоявшего на крылечке и спокойно курившего сигарету.

— Он сказал, что хочет просто поговорить с вами, — смутился он, увидев растрепанную и запыхавшуюся Тесс. — Сказал, что вам просто нужно поговорить без свидетелей, — закончил он почти шепотом, зная, что это не объяснение, по крайней мере для Дурбана, бдительно охранявшего племянницу Спайка от домогательств мужчин во время тренировок в зале. — Он дал мне двадцать баксов, чтобы я покурил подольше. Я не видел в этом никакого вреда.

— Ну что ж, у тебя есть неплохая возможность заработать еще столько же. Думаю, Туччи будет тебе благодарен, если ты вызовешь «скорую». Он сейчас лежит на полу в спортзале, держится обеими руками за колено и орет, что ему очень больно. Я ему верю — у него выбита коленная чашечка.

— Как это получилось?

— Ну, скажем, он несколько неосторожно ударился о тренажер, на котором я занималась.

Служащий с подозрением взглянул на Тесс.

— Господи, Тесс, ты что, хочешь сказать, что это твоя работа? О чем ты вообще думала? Я, конечно, слышал, что твой дядя Спайк рискует вступать в конфликты с представителями криминального мира, но даже он предпочитал не связываться с семейством Туччи. Ты вообще понимаешь, что делаешь?

— Честно говоря, не очень.

Глава 20

Розита Руиз.

Это имя, напечатанное крупным жирным шрифтом, смотрело на Тесс с листка бледно-розовой бумаги. Тесс пыталась понять, что хотел этим сказать человек, оставивший на капоте ее машины личное дело журналистки. Что именно она должна обнаружить среди этих статей — в основном спортивных репортажей — или в крохотном послужном списке? Из лежавших перед Тесс бумаг следовало, что на сегодняшний день профессиональная карьера Розиты Руиз заключалась в окончании школы в Роксбери, затем колледжа при Бостонском университете, где ей был выдан диплом, летняя стажировка в какой-то газете в Массачусетсе, затем еще одна — в Сан-Антонио. Там же было указано, что Розита получила премию от Техасского Союза журналистов. И как же такой более чем скромный послужной список смог обеспечить мисс Руиз место в газете, входящей в двадцатку крупнейших в стране? К моменту закрытия «Стар» у Тесс был пятилетний стаж работы, однако это не помогло ей стать сотрудником «Блайт».

«Ну, конечно же, Руиз, — поняла Тесс. — Да еще к тому же женщина». Розита наверняка не сомневалась в том, что ее возьмут в «Блайт», ибо отлично знала о почти маниакальной боязни американских чиновников быть обвиненными в расовой или половой дискриминации. А оснований для отказа у них не было: рекомендации Розиты как с места учебы, так и из газеты в Сан-Антонио были безупречны. По крайней мере, если считать, что эти документы были настоящими.

Секретарь отдела кадров колледжа при Бостонском университете подтвердила дату окончания Розитой учебного заведения и специальность — история. На этот раз Тесс представилась