Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

«Кандейс» стоит в конце причала, ослепительно белый фибергласовый корпус словно покрыт испариной, название блестит золотом. Воорт узнает стремительные линии с кассеты Куинонса и фотографии в кабинете Стоуна.

«Хоть бы нашлись повреждения», — надеется он, пока охранница поднимается на корму со связкой ключей. Первый не подходит. Яхта модели «Орсон-57» с вытянутым открытым мостиком. Раздвижная стеклянная дверь салона запотела. Оттуда, где стоит Воорт, незаметно, чтобы яхта пострадала от столкновения, так что, возможно, ремонтные работы, упомянутые в бумагах Макгриви, были ложной уликой. Но Воорт еще не ви-

*** пропуск текста в бумажном варианте

— Давно вы работаете здесь? — спрашивает он.

— Шесть месяцев. Я попробую другой ключ.

— Яхта все время стояла здесь по ночам?

— Кроме того раза, когда ее чинили.

Воорт скрывает возбуждение.

— Когда это было?

Девушка открывает задний салон и отступает в сторону.

— Дайте подумать. Босс сказал, что пару недель посетители смогут пользоваться местом мистера Стоуна у причала, потому что «Кандейс» здесь не будет, а он сам на следующий день собирался в отпуск. Значит, была середина августа, девятнадцатое или двадцатое.

На следующий день после того, как Макгриви начали тратить деньги.

— А что там было? Авария? — небрежно спрашивает Воорт.

— Суда все время чинят, — отвечает она. Воорт идет мимо нее по палубе. Осматривает борта. Никаких повреждений не видно, но все могли давно отремонтировать.

— Вы знаете, где яхту чинили?

— Нет.

— На пристани ведется учет, когда яхты приходят и уходят?

— Нет.

Обладают ли предметы индивидуальностью? Впитывают ли они страсти людей, которым служат? Воорт провел много часов в машинах, домах, самолетах подозреваемых. Он проверял счета и электронную почту, заглядывал в бойлеры, под раковины и в темные, сырые погреба. Еще когда Конраду было пять лет, у них с папой была игра «Найди улику». Они приходили в гости к дяде, и папа говорил: «В этой комнате есть пятно кетчупа. Найди». Или: «На кухне есть кое-что, чему там не место». Или, когда Конрад стал старше: «Все ли тут в порядке? Ответишь правильно — получишь пиццу. Неправильно — покупаешь мне колу».

— Никогда не видела, как полиция проводит обыск. — Девушке по-настоящему любопытно.

— И сейчас не увидите.

Спускаясь в салон, Воорт чувствует, как покачнулась палуба, словно изменилась сила тяжести. Иллюминатор на миг погрузился в воду. Где-то на реке прошло что-то тяжелое и опасное.

Воорт осматривает каюту капитана, шикарный салон, кокпит, заглядывает под штурвал.

На первый взгляд — ничего. А он что ожидал?

Палубы тиковые, мебель из вишневого дерева. На открытом мостике есть небольшой бар, шезлонг и обеденный уголок. По тиковой лестнице он спускается из верхнего салона в каюты. Все сверкает чистотой.

Ничего. Воорту хочется кричать от разочарования.

Камилла уже скоро будет над Восточным побережьем США.

Почему же яхту чинили?

Перед мысленным взором картина: ночь, туман — как сегодня, — и Стоун на яхте занимается чем-то секретным. Смутные очертания буксира. Треск фибергласа. Братья Макгриви в ужасе выскакивают на палубу и видят кого-то или что-то, что видеть не следовало.

Антония Нидаль сказала: «Во время особых вечеринок Стоун распускает команду по домам».

Но если проблема в том, что Макгриви что-то увидели на яхте, зачем Стоуну ныряльщики?

Воорт переходит ко второму этапу обыска — проверке ящиков. На воображаемой картинке ночь. Буксир задевает «Кандейс», и что-то падает за борт. Что-то небольшое, но достаточно крупное, чтобы можно было найти при помощи гидролокатора бокового обзора. При этом настолько маленькое, что профессионалам потребовалось на поиски две недели. Но с какой вообще стати нечто такого размера не было закреплено и свалилось за борт?

Может быть, кто-то держал эту штуку в руках, показывая кому-то другому.

Целился?

«Я устал. Стоун не занимается ракетами. Он, по данным всех источников, занимается деньгами».

В ящиках тоже ничего интересного. Нет ни гарантий на новое оборудование, ни счетов за ремонт, ни даже дневников с признанием в организации шести убийств. Ха-ха!

«А охранница, возможно, как раз звонит Стоуну».

Воорт возвращается на корму и смотрит на реку, словно надеясь разглядеть в тумане что-то, что может подстегнуть воображение. Меняет воображаемый сценарий. Теперь все происходит по-другому.

Туман. Треск корпусов и вполне понятные препирательства. Начинается драка. Мужчины орут друг на друга. Кто-то вытаскивает пистолет. Стоун платит Макгриви за молчание.

«Что же тогда упало в воду? Приятель Грега говорил, что найти при помощи локатора тело практически невозможно.

Попробуй еще раз. Еще раз. Еще раз. Еще раз. Может быть, Макгриви работали со Стоуном. Может быть, что-то упало с буксира, а не с яхты. Может быть, Макгриви тащили „Кандейс“ куда-нибудь на ремонт.

Это уже смешно. Может быть, — мелькает мысль, — и не было никакого столкновения! Может, все совсем просто. Как говорила охранница, яхты надо периодически ремонтировать.

Сегодня же позвонить в мастерские. Узнать, где велись работы».

Воорт выходит из транса. Туман окутывает его. Руки на поручнях мокрые. Лоб блестит, от влажной одежды исходит кисло-сладкий запах шерсти. Семь утра. Он провел здесь почти час.

Охранница все еще мнется на палубе. Довольно милая девушка, но, похоже, в случае опасности толку от нее никакого.

— Я дозвонилась до Стоуна. Он сердится, что я пустила вас, не предупредив его. Хочет уволить меня.

Воорту ее жаль.

— Послушайте, у моих друзей юридическая фирма, где нужны ночные клерки. Если хотите, я могу попробовать помочь вам с работой. Или вам нравится сторожить?

— Шутите? Здесь жутко одиноко и очень страшно. Мне просто нужна ночная работа. Днем я учусь в Нью-Йоркском университете.

«По крайней мере я могу помочь одной из жертв Стоуна».

Они вместе бредут в контору. На паре яхт видны огни. Воорт слышит утреннюю радиопередачу. С реки доносится шум больших двигателей, может, это буксир Воортов тащит баржу. Как Макгриви в ту ночь, когда сделали или увидели нечто, стоившее им жизни.

Уже на стоянке, за главными воротами, Воорт снова останавливается и пристально смотрит на реку, всматривается в туман, размышляя о времени, снова перебирая вероятности, заблудившись в запутанном царстве полицейских догадок. «Дружище, — думает он, — в таком-то супе, если буксир таранит яхту, она должна просто разбиться вдребезги…»

Воорт застывает.

Возможно ли?

Он бросается назад, нажимает кнопку звонка и не отпускает. Надежда крепнет при виде сонной охранницы, торопящейся снова открыть ему.

— Мне надо вернуться на яхту Стоуна.

На этот раз она не возражает, и, поднявшись на борт, Воорт начинает быстро записывать номера. Номер на регистрационной наклейке. Номер корпуса. Идентификационный номер двигателя. Трубы, навигационная