Операция на два сердца - Валерий Георгиевич Шарапов

предвещало несчастья. Похоже, имелась договоренность с БНД[1]. Он обвел вокруг пальца всех — и вас в том числе. В какой-то момент Алексей Романович внезапно пропал. Грешили на криминал, на местных женщин… извините. Никому и в голову не приходило, что такой человек может переметнуться к врагам. Мы искали крота — кто-то из ПГУ активно сдавал наши секреты. Но до последнего не думали, что это он. Видно, близко подобрались, и возникла угроза. Впоследствии узнали, что он уже больше двух лет сотрудничал с иностранной разведкой. Ваш супруг не вернулся. Информация пришла значительно позже. Немецкие товарищи выступили не лучшим образом. Плюс подготовка к празднованию 64-й годовщины Октябрьской революции — на что отвлекли значительные силы госбезопасности обеих стран. Сотрудники БНД с фальшивыми документами Штази отвезли перебежчика к границе с Западным Берлином. Далее воспользовались тоннелем, о существовании которого никто не знал. Из Западного Берлина его вывезли в ФРГ, оттуда — в Америку, где Алексей Романович сейчас и пребывает.

— Даже не знала об этом, — призналась я.

— Охотно верю, — согласился Анненский. — А также в то, что вам глубоко безразлично, где находится ваш муж.

— Тогда какие ко мне претензии? Вы по-прежнему ассоциируете меня с этим человеком? Поверьте, я уже стала о нем забывать.

— Речь не идет о претензиях, Софья Андреевна. Что же касается ассоциаций… Об этом поговорим позднее. Я, кстати, вижу фотографию за стеклом серванта, — обнаружил полковник, — на ней запечатлены вы оба. Так что память остается, нет?

Взоры присутствующих обратились к чертову серванту. За стеклом действительно стояла фотография. Снимок прятался за богемским стеклом и горным хрусталем. Отвернулся майор Вернер — чтобы не увидели улыбку.

— Мне жаль, товарищ полковник, — я потупилась. — У вас не очень хорошее зрение. Да, на фото я и мой бывший муж. Но, во-первых, я тут хорошо получилась, а такое случалось редко — обделена фотогеничностью. Во-вторых, у моего супруга лицо Омара Шарифа — я вырезала его из журнала «Советский экран». Хотела приклеить лицо Олега Янковского или Александра Абдулова, но решила остановиться на бандите Джоне Колорадо из «Золота Маккены». В-третьих, это единственная в доме фотография, хоть как-то напоминающая о прошлом. Других нет, можете проверить. Увезла на дачу и сожгла.

— Понятно. — Полковнику очень хотелось улыбнуться, но должность не позволяла. — Тем не менее вы не развелись, у вас по-прежнему штамп в паспорте.

— А как развестись? — удивилась я. — Мужа нет, выяснить, согласен ли он на развод, затруднительно.

— На самом деле это просто, — подал голос Вернер. — Подаете заявление в загс — и вас разводят автоматически, в связи с известными обстоятельствами.

— Но не спешите это делать, — сказал Анненский. Я напряглась. — Итак, продолжаем. Отец Уланова не перенес позора, скончался от сердечного приступа. У вашей свекрови Надежды Георгиевны случился инсульт, но организм справился, сейчас она в порядке, помогает вам с воспитанием Юлии Алексеевны. Ссориться вам не было резона, вы обе это поняли. Органы провели определенную работу и выяснили, где находится ваш муж. Это США, штат Флорида, южное побережье. Уланов находится на вилле в окрестностях городка Кармелло. Вилла плотно охраняется сотрудниками ФБР. Наши противники не знают, что мы это выяснили, иначе перевели бы Уланова в другое место. С ним работают, виллу посещают люди из ФБР и ЦРУ. Можете представить, какие консультации он дает. Это бездонный источник секретных материалов. Алексей Романович проживает в роскоши, но в свободе передвижений пока ограничен. Если покидает пределы убежища, то с внушительным эскортом.

— Вы доверяете мне такие страшные государственные секреты, — заметила я, — словно я работаю в вашем ведомстве. Уверены, что мне стоит об этом знать? Мне действительно плевать, где находится этот человек. Не желаю о нем ничего знать.

— Не спешите, Софья Андреевна. Вашего мужа нужно нейтрализовать. Пока он выдает важные сведения, но кое-что приберегает, как всякий уважающий себя профессионал. Это касается… впрочем, не важно, об этом вам знать необязательно. Как только он почувствует, что перестает быть интересен спецслужбам, пустит в ход убийственный козырь, и это будет катастрофа…

Я невольно задумалась, что это может быть? Компромат на высших государственных деятелей СССР? Нет, не может быть, советские деятели кристально честны и преданы заветам вождя.

— Вы же не собираетесь, Софья Андреевна, всю жизнь носить ярлык жены предателя Родины?

— Ярлык вдовы предателя Родины звучит лучше? — задала я встречный вопрос.

— Вы не поняли, — снисходительно усмехнулся Анненский. — Нам не нужен мертвый Уланов, нам нужен исключительно живой Уланов. И, по возможности, здоровый. Его нужно вернуть на родину. Для этого есть серьезные причины, и разрешите их не называть. Ликвидировать вашего мужа мы могли бы и сами, уж простите за цинизм. Зная, где он находится, где пролегают его маршруты… Поверьте, для снайпера в этом нет ничего невозможного. Сложности — лишь технические. Отбить его у своры вооруженных агентов, а затем вывезти из страны — задача архисложная. Вероятность успеха стремится к нулю. Нам нужен человек внутри — понимаете?

Я давно поняла. Но когда он заговорил открытым текстом, содрогнулась.

— Уланов хочет воссоединиться с семьей, — сделал нажим на втором слове Анненский. — Невзирая на все свои недостатки, он любит дочь и по-прежнему питает к вам чувства. То, что сбежал, не предупредив… обычная практика перебежчиков. Не мог он сказать: я тут сбегу, дорогая, ты только не волнуйся, позднее позвоню, и мы снова будем вместе. А вот теперь он требует от американских властей сделать все возможное, чтобы большевики выпустили вас за границу.

— А меня он не спрашивает? Хочу ли я к нему ехать после всего, что он натворил?

— Видимо, считает, что вы безнадежно его любите и помчитесь к нему хоть на край света. Принято решение предоставить вам такую возможность. Пока просто послушайте. Операция разработана, есть все шансы на успех, несмотря на авантюрный флер. Но кто не рискует, тот не пьет шампанского, верно? Понимаем, что вы человек со стороны, не имеете отношения к нашему ведомству. Но выбрать не из чего… простите. Вы молодая, здоровая, в стране вас ничто не держит. Вы занимались плаванием, легкой атлетикой, в юности увлекались альпинизмом. Вы неглупая, в конце концов. План таков. Госдепартаменту США удалось продавить наш МИД, мы согласны выслать вас из страны. От этого нам никакого ущерба — ну, воссоединится семья предателя. Взамен они предлагают экстрадировать из США в СССР одного хулиганствующего диссидента. Это Эдуард Петровский, слышали, наверное? Был журналистом «Комсомольской правды», неплохо писал, потом попал под воздействие западной пропаганды и… в общем, слегка тронулся рассудком. Усердно гадил в период проведения