Черный жемчуг - Захар Бюзил оглы Абрамов

Акперов бросил сигарету и тут же закурил новую. Слова Эдуарда явно взволновали его.

— Да, да… Может быть.

— «Может быть»… — передразнил друга Агавелов. — Ну ладно, не падай духом. Сходи. Уже Кишлы, а то уедешь со мной. И каждый день благодари судьбу, что у тебя такой друг, как я!

— Постой, Эдуард! Что ты задумал? — спохватился вдруг Заур.

Но Агавелов, ничего не ответив, взял его под локоть, увлек к выходу и помог сойти на платформу.

— Смотри, не наделай глупостей! — крикнул в уже проплывшее мимо окно Заур.

Агавелов улыбнулся, приложил руку к козырьку фуражки. Поезд удалялся все дальше и дальше…

Бакинцы любят показывать гостям тихую Завокзальную улицу, которая напоминает аллею тенистого парка и узкой просекой уходит к самому стадиону. Домов здесь немного и все знают друг друга в лицо. Летом, под вечер люди выносят на тротуары скамеечки, усаживаются по-соседски в круг, неторопливо рассказывают новости или стучат в нарды с присущим кавказцам азартом. В тихие теплые вечера посиделки затягиваются до глубокой ночи. Первыми расходятся женщины, скликая детвору, потом затихают любители нард. Последними, покряхтывая, поднимаются старики. И уже до самого утра здесь не услышишь ни звука. Разве только редкие шаги запоздалых прохожих да тихий шепот влюбленных, которые любят эту тенистую улицу с уютными скамеечками у палисадников.

В этот вечер Завокзальная улица опустела рано. Как это часто бывает на Апшероне, налетел ветер и редкие уличные фонари заскрипели под его шалым натиском. Они то вспыхивали, отбрасывая на асфальт желтые пятна, то гасли, и улица окутывалась тьмой — видимо, где-то контачили провода. А потом тяжело зашлепали по листве первые капли дождя…

Однако ни дождь, ни пронизывающий ветер не спугнули девушку и парня, которые не спеша, свернули на эту тихую улицу. Они шли к старому кирпичному дому, увитому диким виноградом. Парень остановился под деревом, на прощание спрятал в ладонях маленькую руку подруги и сказал что-то такое, отчего она звонко рассмеялась. Еще минута и они бы простились. Но в это время вспыхнули фары вынырнувшей из-за угла «Победы». Машина мчалась на большой скорости, почти впритык к тротуару, высвечивая лезвием луча влюбленных. Парень едва успел оттянуть девушку от кромки тротуара, как резко взвизгнули тормоза, грохнули два выстрела. Спутник девушки дернулся и, цепляясь за ствол дерева, сполз вниз.

«Победа» промчалась мимо и скрылась за переездом электрички.

— У-убили-и-и-и!

Как кнутом, рассек ночную тишину Завокзальной женский крик. Захлопали калитки, вспыхнули окна и через несколько минут тихая улица наполнилась тревожными всплесками голосов, милицейскими свистками, топотом, гамом.

— Кто такой? Ах, несчастная мать!

— За что? За что бедного?

— Скорую помощь скорей!.. Что же вы стоите, как истуканы!

— Надо милицию, врача!..

— Граждане! Граждане! А ну разойдитесь! Не мешайте! Кто видел номер машины? Кто?.. — Это подоспела милиция, искала свидетелей.

Девушка, которая была с убитым, едва держалась на ногах, ее била дрожь, в глазах застыл ужас.

Милиционеры отгоняли любопытных, стараясь помочь прибывшей на место убийства оперативной группе. Какой-то паренек все порывался подойти к капитану и сообщить ему что-то, но раздраженный старшина грубовато отталкивал его.

— Да я… я… — твердил паренек, пытаясь что-то сказать.

2. МЕРТВЫЕ НЕ ГОВОРЯТ

Акперов пересек железнодорожные пути и хотел было поддаться к шоссе, чтобы с попутной машиной вернуться в райотдел. Однако, задул ветер и с потемневшего неба посыпал мелкий противный дождь. Пришлось на время укрыться в безлюдном, тускло освещенном зале станции. Выбрав широкую скамью, он уселся на нее, закурил. Мысли побежали вслед поезду, все дальше увозившему друга.

— Неужели, — думал Заур, — он поедет в Ригу? Вряд ли он сможет найти Мариту. Марита… Что случилось, что заставило ее так резко оборвать их едва наладившиеся отношения. И почему Агавелов упрекнул в этом его, Заура? Разве он не все сделал, чтоб вырвать девушку из преступного мира! А сколько душевных мук испытал он во время суда, видя любимую на скамье подсудимых… И Эдуард еще его в чем-то обвиняет! Не мог же он не исполнить свой долг. Впрочем, и сама Марита понимала это… И вот все кончилось. Уехала в Ригу, как в воду канула. Стоп! А, может быть, Марита потеряла веру в их будущее, не желает «портить биографию» ему, Акперову? Она ведь гордая, Марита. А вдруг, надеясь и страдая, она там, в Риге, ждала от него весточку и, ничего не получив, решила, что исполнив долг, он зачеркнул ее в своей памяти? Как бы ей не было плохо — не пожалуется, не позовет. А вдруг с ней что-нибудь… А он сидит, самолюбиво выжидая… Нет, кажется, прав Агавелов, прав!

Акперову стало душно. Он выскочил из зала ожидания. Ветер утих, дождь лениво сыпал тонкими струйками, сверкающими, как елочная канитель, под светом фар. Акперов наугад поднял руку. Завизжали тормоза. Молоденький, одетый, как на свадьбу, шофер грузовика весело подмигнул Зауру, — отчего не подбросить прохожего…

У подъезда милиции толпились прохожие. Заур ускорил шаг и с трудом пробрался сквозь плотное кольцо любопытных.

Дежурный инспектор Александр Никольский безостановочно крутил диск телефонного аппарата. От волнения его палец то и дело срывался, Никольский путал цифры и, багровея от злости, готов был швырнуть аппарат на пол.

— Алло! Алло! — наконец обрадованно тряхнул он трубкой. — это вы, Пери-ханум, вы? Извините… Нет еще? Досадно! Такое дело, понимаете…

Никольский был настолько расстроен, что не замечал стоящего рядом с ним Акперова. Наконец он бросил трубку телефона и только тут увидел майора. Вытянулся, одернул китель.

— Ну, ну, докладывайте, — напряженно вглядываясь в лицо инспектора, предложил Акперов.

— Слушаюсь… Товарищ майор, в районе че-пе!

— Говорите яснее, — спокойно произнес Акперов.

Никольский доложил о происшествии.

— В двадцать два ноль-ноль на Завокзальной двумя выстрелами из пистолета «ТТ» убит старший лейтенант милиции Чингиз Махмудов…

Заур подался вперед и уперся руками о край стола. Голос Никольского куда-то стал проваливаться, только губы его странно шевелились, как в немом кино… Убит Махмудов!

Акперов тяжело опустился на стул, провел рукой по взмокшему лбу.

— На происшествие выезжали капитан Ибрагимов, следователь прокуратуры Байрамов и эксперты. На месте убийства, обнаружен пистолет «ТТ» со спиленным номером и тремя патронами в обойме. Рядом с трупом найдены две стреляные гильзы. По подозрению задержаны Гончарова и Саркисов.

Дрожащие пальцы Заура никак не могли вытянуть сигарету из пачки.

— Где труп?

— В морге.

Вот и все. Весь доклад. Человека нет. Есть труп. И, наверное, он уже