Искатель, 2011 №2 - Станислав Васильевич Родионов

— Когда мужики выпивают, то говорят о женщинах.

— Правильно, о бабах, — хохотнул Петр.

— О любви, — поправила Катя.

Глава 3

Если о судьбе... Мы в конце жизни ее оцениваем как единое целое. Удалась — не удалась... А ведь судьба слагается из судьбинушек, как вязание из петелек. Судьба управляет жизнью через наши поступки. Я вот думаю: не встрянь Катерина в наш разговор с этой самой любовью, судьба бы сделала иной поворот...

— Выпьем за любовь! Хотя что за штука — хрен ее знает, — выдал тост Макарыч.

Кружки мы опрокинули дружно и запили кофе. Ну, и поели рыбного плова. А Макарыч к своему тосту имел довесок в виде байки:

— Умерла у мужика супруга. А жили они так: то она посуду бьет, то его по щекам. Он ее ругань с неприличными выражениями записывал на магнитофон для разводного суда. Похоронил, вернулся домой, включил магнитофон, где она его поносит вдоль по проспекту. Сидит, слушает и плачет. Ну?

— Спохватился, — критикнул мужа Эдик.

— Он выпил на поминках, — догадался Петр.

— Любил жену сильно, — не согласилась Катерина, подсевшая к столу.

— У него выходил стресс, — предположил Леха.

— Любовь и есть стресс, — подвел я психологическую основу.

Меня охватило почти наслаждение. Не от разговоров, не от алкоголя, не от общения с ребятами. От запаха. Над столом мешался аромат чабреца с дымком костра. Этого бы запаха привезти домой в город... Берут же криминалисты запахи для отыскания преступника... На практических занятиях мне это делать приходилось.

Глотнув из чашки, Леха сообщил:

— Я тоже знаю случай... Молодые супруги жили да поживали. Только стала жена за мужем замечать моменты. То с работы поздно придет, то в субботу смоется. Чувствует тайну. К ментам ведь не пойдешь. Надумала последить за ним самостоятельно. И увидела, как муж вышел из магазина с дамой. Держит под руку, ее продуктовую сумку несет... Любезность под завязку. Он проводил даму до дома, зашел с ней в квартиру... А как вышел обратно, попал в разъяренные лапы жены. Он супругу осадил вопросом, умеет ли она хранить тайны. И признался, что в свое время убил мужа этой дамы. Теперь обязан помогать ей до пенсии. А то она заявит, что он — убийца. Вот такой кренделек!

— И все? — спросил Эдик, чувствуя, что у байки нет финала.

— Нет, не все, — подтвердил Алексей. — Жена к этой даме наведалась в целях подтверждения мужниной информации. А у дамы какой-то тип сидит по-домашнему, ейный супруг оказался — живой и здоровый. Ну, бедная женщина вернулась скорей домой и давай выводить мужа на чистую воду. А он объяснил, что убил первого мужа, а в квартире сидит уже второй.

— И верно, крендель, — согласился Макарыч.

— На всякий случай надо было и второго грохнуть, — высказался Эдик.

— Никого он не убивал, а эта дама была его любовница, — догадалась Катя.

— И на хрена он тогда пинал балду? — спросил Петр.

— Не признаваться же ему супруге, что завел любовницу, — объяснила повариха.

Я смотрел на ребят, своих ребят, умильными глазами. Мы знали друг друга, словно были родственниками. Человек познается в двух состояниях — в работе и в экстремальных ситуациях. У нас они совпадали: физический труд на жаре, в степи, без бытовых условий был экстремален.

— Леха выдал крендель, — начал Петр, — а я преподнесу плюшку. Была пара супругов в возрасте, а рядом в квартире жила одинокая женщина с мальчишкой. Соседи дружили. Телевизор вместе смотрели, чай друг у друга пили... Случился у мальчишки день рождения. Сосед подарил ему импортный велик, семискоростной. Жена соседа взбеленилась: такой дорогой подарок чужим людям. Муж вздохнул, натужился и сказанул: не чужим — мальчишка-то мой родной сынок.

— Без комментариев, — изрек Эдик.

— Мужик работал на два фронта, — сказал Макарыч.

— Бабу надо заводить не из соседней квартиры, а из соседнего дома, а еще надежней — из соседнего района, — просветил нас Леха.

— А если у них любовь? — запротестовала Катерина.

Байками у нас был обложен каждый, как подоходным налогом. Подошел черед Эдика. Он поправил очки.

— Господа, парадокс, но любовь повязана с карьерой, как пиво с соленой рыбкой. Есть в моем НИИ парень по фамилии Петруня. Вызывает его директор и предлагает должность завлаба, но при условии, что тот женится. Чтобы пресечь все разговорчики... Дело в том, что Петруня был «голубым». Говоря проще, педик, но с амбициями по самый пупок. Ну и женился, и семья существует по сей день. Само собой, получил должность.

— А как же они того... живут? — удивился Макарыч.

— Она завела любовника — мужчину, и Петруня завел любовника, тоже мужчину.

— Им надо было совместить: одного мужика на двоих, — упростил Петр проблему.

— Создать «шведскую семью», — Леха усложнил проблему.

— Что за семья такая? — спросила Катя.

— Это когда с утра до вечера накрыт «шведский стол», — объяснил Эдик.

Теперь народ смотрел на меня — моя очередь травить байку. Что-нибудь криминальное, как у будущего следователя... Я вспомнил услышанную в прокуратуре историю, не совсем, по-моему, правдоподобную:

— Студентка влюбилась в прозектора, а он ее отверг. Тогда она задумала коварную месть. Прозекторы дежурят по графику, когда и кому вскрывать очередной труп. В день его дежурства студентка пришла к моргу и приняла яд мгновенного действия, какой-то цианид. Ну и свалилась замертво.

— Зачем приняла яд? — выразил общее недоумение Макарыч.

— Чтобы он ее вскрыл.

— Зачем ей это надо было? — не мог понять Леха.

— Доказала свою любовь.

— Лучше бы ему сыпанула яду, — рассудил Петр.

— Дурдом, — рассудил и Эдик.

— Это посильнее Отелло с Джульеттой, — вздохнула Катя.

Гламурный Эдик — у него шея была повязана цветастым платочком — предложил тост за дам. То сеть за повариху. Ей налили стопочку. Катя стала было отказываться, но Петр ее уговорил. Я заметил, что она его как-то выделяет. Есть женщины, которые любят умеренно выпивающих мужчин, с которыми интереснее, чем с трезвыми.

Я уже говорил, что судьба слагается из поступков... Когда повариха выпила этот стопарик, не сделала ли ее судьба в этот момент свой маленький шажок?

Глава 4

На радость перекати-поле задул ветерок. Жалобно зазвенела сухая трава. Сурок, он же тарбаган, закрылся на ночь в своей норе. Стало легче дышать. Но разгоряченных парней этим легким дуновением не охладить, поскольку содержимое бутылок посильнее любого ветра. Да и тема спора оказалась животрепещущей. Разговор о любви безграничен, как и сама любовь.

— Любовь-любовь, а никто не знает, что за фруктоза, — пробурчал Макарыч.

— Голая женщина, — отозвался Петр, знавший эту фруктозу.