Лучше один раз увидеть - Джон Диксон Карр

class="p1">— Она болталась по разным барам, это правда. И позволяла кому угодно заказать ей выпивку. Но была очень... разборчива. Тянулась к молоденьким и не задумывалась о деньгах. Выглядит неправдоподобно, но что имеем, то имеем. Такая себе леди в миниатюре.

— Чем она зарабатывала на жизнь?

Мастерс нахмурился.

— Никто толком не знает. У неё не было... тех, кого называют приятелями. Просто пара знакомств в стиле "привет, что за ужасная погода, не так ли?". Она рассказывала, что выступала на сцене...

— На сцене? Где именно?

— Этого она не говорила. Выходит как-то таинственно и загадочно. Мы можем поискать её через театральные агентства, если вы думаете, что это принесёт пользу. У меня есть её снимок.

Из глубин блокнота Мастерс достал небольшую фотографию. Г.М. убрал ноги со стола и посмотрел на неё. Мастерс и Кортни глядели ему через плечо.

Снимок был сделан на пляже. На нём была изображена стройная девушка лет девятнадцати в чрезвычайно открытом купальном костюме в цветочек. Она стояла на людном пляже, улыбаясь, и вскидывала руки вверх, будто собираясь поймать пляжный мяч. Сильное солнце и чёткий фотоаппарат подчёркивали каждую деталь: сверкающие тёмные волосы, пухлые губы, закруглённый нос.

Г.М. резко заговорил.

— Слушайте, Мастерс. Она вам никого не напоминает?

— Не думаю, сэр.

— Кого-то, кого мы недавно видели. Ради бога, подумайте! — настаивал Г.М. Он повернулся к Кортни.

— А вам?

Кортни кивнул. У него были свои эмоциальные причины почувствовать сходство.

— Немного напоминает Энн Браунинг. Другой цвет волос, но манеры и выражение лица...

Мастерс посмотрел с сомнением.

— Так-так. Немного похожа. Ну и что с того? Думаете, в этом что-то есть?

Мысль, пришедшая в голову Кортни одновременно с возвращением всех старых опасений, состояла в том, что случившееся с Полли Аллен в июле могло произойти и с Энн Браунинг в четверг ночью. Он рассказал Г.М. об этом нападении и был вознаграждён многозначительным молчанием, взволновавшим его ещё больше.

Г.М. отодвинул снимок в центр стола. И снова ненадолго замолчал, играя пальцами.

— Хм. Ладно. Продолжайте насчёт Полли Аллен.

— Последний раз её видели живой, — продолжил Мастерс, сверяясь с блокнотом, — около восьми часов вечера пятнадцатого июля.

— Хо! Прямо как предположила эта девчонка Браунинг?

— Да, сэр. Полли Аллен выпивала с двумя подружками в баре Королевского отеля — видимо, самое шикарное место в городе — и сказала, что не может остаться, потому что у неё "серьёзное свидание".

— То есть об этом романе с Артуром Фэйном было широко известно?

— Нет. Похоже, она держала его в секрете. Что вполне естественно. Её подруги сказали, что она явно чему-то радовалась ("жутко весёлая", как они выразились). Она ушла в восемь часов, и с тех пор её никто не видел.

У неё была жилая комната над магазином на Променаде. Её вещи всё ещё там. Но так как она заплатила за жильё до конца месяца и у неё была привычка исчезать, ни с кем не попрощавшись, квартирная хозяйка не переживала.

Цвет лица Мастерса стал ярче.

— Так, имейте в виду! — сказал он. — Это всё не обязательно означает, что она мертва. Но я почти готов признать...

— Да. Именно так.

Некоторое время никто не проронил ни слова. Вопреки тяжёлому, душному дню, случайный луч света упал на коллекцию старого оружия, развешенного по стенам библиотеки. Г.М. сильнее нахмурился.

— Какие ещё свидетельства вы откопали?

Мастерс перевернул страницу.

— Кхм! Продолжаем. После многочисленных проблем, связанных с банком, мы узнали финансовое положение каждого имевшего отношение к этой истории. И не нашли ничего полезного или удивительного.

Завещание Артура Фэйна, как я, кажется, уже вам рассказывал, оставляет всё имущество безоговорочно его жене, а в случае, если с ней что-то произойдёт, определённым благотворительным фондам. Он единственный Фэйн в фирме "Фэйн, Фэйн и Рэндалл"; его отец давно умер, как и его мать в 1929-ом году. Имущество состоит из принадлежащего ему дома на Фитцхерберт авеню, недорогой страховки жизни и, после сведения концов с концами, около двух тысяч наличными. Миссис Фэйн тут нечем поживиться.

Кортни приподнялся.

— Эй! — возразил он.

Оба собеседника перевели взгляд в его сторону.

— В чём дело, сынок?

— Когда я был в этой проклятой спальне той суматошной ночью, — объяснил он, — мне посчастливилось заглянуть в банковскую книжку Фэйна. Там было двадцать две тысячи фунтов только на текущем счету.

Он прояснил детали, но Мастерса это не впечатлило.

— Это почти так, — согласился старший инспектор. — Я говорю сейчас о долгах. Я видел все числа. Большая часть наличности была на текущем счету: возможно, так он мог их легко снять в экстренном случае. Кое-кто по секрету сказал мне, что с фирмой "Фэйн, Фэйн и Рэндалл" совсем не всё чисто. Нам известно, что мистер Фэйн был вынужден продать свою страховку жизни шесть месяцев назад, но потом её вернул.

Кроме того, какие бы деньги он ни был должен вернуть, всё уже погашено. Мистер Фэйн был очень добросовестным типом. Его книги в порядке, всё так же чисто, как острие иглы.

— Вряд ли, — заметил Кортни, — настолько же чисто, как одно острие иглы, о котором я думаю.

— Э?

Всё подавляемое любопытство прошедших трёх дней, все боль и воспоминание о той ночи в саду, когда Вики Фэйн боролась за жизнь, вернулись волной почти маниакального смущения.

— Слушайте, — сказал Кортни, — я не имею отношения к этому делу, если не считать того, что в нём завяз мой друг. Это, наверное, не моё дело. Но можно задать всего один вопрос?

— Конечно, сынок, — разрешил Г.М. — Валяйте.

— Что за странные дела с этим заражением столбняком? Я уверен, что со всем этим делом что-то не то. Я знаю — это не то, что вы ожидали услышать. Но не могу сказать, что или где именно это странное произошло. К примеру. В среду ночью, около одиннадцати часов, доктор Рич вогнал булавку в руку Вики Фэйн в той самой спальне. Всё правильно?

Г.М. и Мастерс обменялись взглядами. После короткого пожимания плечами и почти незаметного кивка старший инспектор явно передал ответственность в руки Г.М. и его благоразумию.

Г.М. фыркнул.

— Вам лучше знать, сынок. Вы видели это.

— Именно так. Я видел это. Где-то спустя шестнадцать часов проявились серьёзные симптомы стремительно развивавшегося столбняка. Верно?

— Верно.

—