Формула зла - Рик Мофина

дочка им рассказала. Но наседать и устраивать повторный допрос казалось не лучшей затеей. Пора было пополнить припасы, и Сара решила взять девочку с собой в магазин, повременив с разговором. В конце концов, им обеим не помешает развеяться.

В машине Кэти сразу отвлеклась, залипнув в смартфон. Сара по-прежнему воздерживалась от расспросов, даже когда солнечный луч блеснул на золотом сердечке, словно обвиняя ее в нерешительности. Боясь торопить события, она рассчитывала, что поездка снизит накал страстей, и ждала подходящего момента.

И вот он настал.

Сара потянулась за пачкой макарон и положила ее в тележку. Затем взглянула на Кэти. Казалось, дочка очень рада возвращению любимого гаджета. Они подзарядили его по дороге, и сейчас девочка тихо водила и постукивала по экрану пальчиками.

– Мам, а когда я вернусь в школу?

– Соскучилась по учебе?

– Да. И по друзьям.

– Я позвоню миссис Хэдли и сообщу, что ты готова.

Они прошли в следующий ряд.

Веди себя непринужденно.

– Как прошел разговор с полицией?

– Нормально.

Сара посмотрела по сторонам. Рядом никого не было.

– О чем тебя спрашивали?

Вместо ответа Кэти спросила:

– Мам, а полицейские всегда знают, когда человек лжет?

Вопрос застал Сару врасплох, и она чуть было не выпустила тележку из рук.

– Разнюхивать они умеют. А что, зайка?

Кэти продолжала листать смартфон, пока Сара изучала акцию на овощные консервы.

– Почему ты спросила, милая?

– Просто интересно.

– Мне показалось, что ты была немного расстроена, когда они уехали, – заметила Сара.

Кэти молчала.

– Зайка, я твоя мама. Я должна знать, о чем тебя спрашивали. – Сара положила в тележку две банки кукурузы.

– О том, как Анна подарила мне подвеску.

– Ясно. – Сара потянулась за горошком. – А что их интересовало?

– Ну, почему я им сразу о ней не рассказала. Потом спросили, как Анна рассталась с Таннером. Когда и где дала мне подвеску. И всякое такое.

– Кажется, нам нужен кетчуп, – вспомнила Сара. – Какие еще вопросы тебе задавали?

Они остановились у полок с соусами. Поблизости никого не было, кроме пожилой дамы, которая что-то искала в дальнем конце ряда.

– Они в сотый раз спросили, что там произошло.

Сара замерла.

– Понимаю. Наверное, уточняли детали?

– Ну да.

– А ты что сказала?

Кэти опустила смартфон, уставившись на потолок и наморщив подбородок.

– Ну мам. Обязательно пересказывать каждое слово?

Сара посмотрела в конец ряда. Пожилая дама была по-прежнему далеко. Сара опустилась на корточки рядом с Кэти и погладила ее по голове.

– Солнышко, я знаю, тебе трудно. – Она моргнула. – Мне тоже. Но я пытаюсь тебе помочь. Нам обеим. Поэтому я должна знать всё.

– Всё-всё?

Сара слегка отстранилась.

– Да. – Пристально посмотрев на Кэти, повторила: – Да.

– Они спросили, о чем я разговариваю с доктором Салли и не хочу ли я рассказать им о чем-то.

– Так и спросили?

– Да. А еще хотели узнать, просила ли ты меня о чем-то не говорить.

Сара сглотнула.

– Ну, а ты?

– Сказала, что нет. Я же правильно ответила, да?

В голове у Сары роились мысли.

– Прошу прощения.

Приблизившись к ним, пожилая дама попросила уступить ей дорогу. Улыбнувшись, Сара поднялась, чтобы дать ей пройти. Женщина прокатила тележку мимо них и скрылась за поворотом. Ее появление прервало устроенный Сарой допрос, и они с Кэти продолжили покупки. Но все оставшееся время Сара думала только о том, что узнала от дочери.

На кассе, выкладывая товары на ленту конвейера, она мысленно вернулась в Салем, штат Орегон, в то время, когда сама работала кассиром, и в тот день, когда потеряла Натаниэля. Затем вспомнила, как два года назад возила Кэти к друзьям в Британскую Колумбию. Еще одна трагедия.

А теперь гибель Анны.

– С вас сорок один доллар сорок центов.

Сара достала карточку из кошелька и, расплатившись, заметила, что пожилая дама, которую они встретили в проходе, наблюдает за ними, стоя у соседней кассы. Когда Сара посмотрела на нее в ответ, женщина отвела взгляд.

Разложив товары по пакетам, мать с дочерью положили их в тележку и пошли по парковке. Затем, погрузив покупки в «трейлблейзер», вернули тележку на место и сели в машину. Но прежде, чем завести двигатель и пристегнуть ремни, Сара повернулась к дочери.

– Милая, я должна знать, что на самом деле случилось с Анной.

Кэти опустила голову, взяла сердечко и нежно покрутила его в руке.

– У меня были плохие мысли, мам.

– Как с тем мальчиком?

Кэти медленно покачала головой.

– Хуже.

– А они возникли у тебя до или после того, как Анна упала?

– До, – прошептала Кэти.

В соответствии с постановлением 10242

В соответствии с Кодексом штата Монтана с комментариями (§ 44.5.103)

Восстановлено из архива Бюро регистрации:

копия с оригинала

Департамент полиции Грейт-Фолс.

Отчет №

Департамент полиции Грейт-Фолс

Сообщение о происшествии. Брошенный ребенок

Для внутреннего пользования ■■■■

О происшествии сообщил:

Имя: ■■■■ ■■■■■■■■

Адрес:

Телефон:

Дата рождения: ■■■■ 1956 года

Возраст: 20

Пол: ж

Место работы/учебы:

Телефон:

Адрес:

Дата: 17 июня 1976 года

Время: 08:45

Место происшествия: автовокзал

Адрес: 1-я авеню С и 4-я стрит С

Описание происшествия:

Около восьми часов сорока пяти минут утра я принял вызов от ■■■■■■■■ и выехал на автовокзал. По прибытии встретился с управляющими ■■■■ и ■■■■■■■■ в главном офисе. С ними была белая девочка, имя неизвестно, в возрасте примерно от трех до пяти лет. ■■■■ утверждает, что приехала рано и, ожидая автобус в Солт-Лейк-Сити, увидела, как примерно в половине восьмого утра вместе с несколькими людьми через главные двери в здание вокзала вошел ребенок. ■■■■ предположила, что девочка была с кем-то из взрослых. По мере отправления автобусов вокзал постепенно опустел. Но ребенок остался и сидел один. Забеспокоившись, ■■■■ спросила девочку, где ее родители, и та заплакала. ■■■■ поставила в известность сотрудников вокзала. После проверки уборных было объявлено об отрицательном результате поисков. ■■■■■■■■ связался по рации с водителями трех автобусов, убывших в указанный период, и попросил предупредить пассажиров о ребенке, оставшемся на вокзале, в надежде установить личность родителя или опекуна. Результат отрицательный.

Я попытался лично поговорить с девочкой. Спросил, как ее зовут, предложил назвать имя родителя или другого родственника, а также сообщить домашний адрес или номер телефона. Она ответила, что ей четыре года, но не смогла или не захотела сообщить других сведений. Поиски информации, которая могла бы помочь установить личность, также ни к чему не привели. Ребенок плакал, но внешне был физически здоров и достаточно спокоен. Позднее девочка съела сэндвич и выпила молоко, предложенные сотрудниками вокзала. Другие подразделения, оповещенные