Осколок рая - Крейг Дэвидсон

Маленькому Раю поселением была Гриндерс-Свитч – деревня с населением менее трехсот человек, расположенная в долине, с севера и востока окруженной глухими лесами. Они ехали по однополосной асфальтированной дороге между обширными полями сорго. Проезжали мимо странных рекламных щитов: реклама стирального порошка «Даш», «Лестойла» или «Уинстон Супер Кинга» все чаще сменялась надписями религиозного характера.

«Сатана пытается помешать вашим молитвам, – гласила одна из них, – потому что знает, что они помешают ему!»

– И у него отлично получается, – прокомментировала Минерва. – Я вот вообще не молюсь. Так что молодец, Сатана.

Эллен включила радио. В эфире звучало несколько старых эпизодов радиосериала «С уважением, Джонни Доллар».

«Аудиоприключения человека с насыщенным списком расходов! – провозгласил диктор. – Лучший частный страховой следователь Америки!» Когда машина выехала из зоны доступа станции, Эллен очень осторожно покрутила ручку, чтобы настроиться на доктора Дона Роуза, вещающего на частоте 610 из Сан-Франциско. Они послушали «Одна песчинка» Эдди Арнольда, которая плавно перешла в «Танцую с Бетховеном» и «Радугу в кармане». Затем последовали рекламные ролики жевательной резинки «Бабл-Ап», сигар «Рой-Тан» и собачьего корма «Кен-Эл», которой Эллен начала энергично подпевать, пародируя голос маленького мальчика.

Моя собачка лучше, чем твоя!

Моя собачка лучше…

В горах сигнал пропал. Эллен крутила ручку в поисках новой частоты, пока…

«Чума!» – прогрохотал на весь салон машины пронзительный мужской голос с южным акцентом.

«Четыре всадника уже в седлах, ух-ху! Они вонзают острые шпоры в бока своих огненноглазых коней, подгоняя их из недр ада, чтобы сеять боль и страдания среди неверующих, еретиков, незамужних матерей, прелюбодеев, идолопоклонников, блудников и всех прочих хо-МА-секс-шалов, налоговых мошенников, негров… слабовольных, межрасовых ублюдков, неверных, нечистых…»

Эллен выключила радио.

– Черт возьми, приятель, – сказала она. – Сходи к врачу, проверь голову.

Они заехали в оружейный магазин, расположенный рядом с автострадой. «Джимми Ган Рэк». Приземистое здание с плоской крышей напоминало бомбоубежище. Зарешеченные окна, тонированные стекла… Им нужны были патроны. У Мики остались его русские «Токаревы», у Минервы – американские кольты, а Эбенезер одолжил у фермера английский карабин Тарпли, однозарядную винтовку 52-го калибра. Он не охотился на дичь – подходящее развлечение для джентльменов – уже много лет. Может, в поездке ему удастся подстрелить оленя или дикого кабана.

Мика сомневался, что им понадобятся ружья. Во всяком случае, он надеялся, что нет. Но в комплексе могли оказаться несколько злобных фанатиков, имеющих оружие, так что следовало подстраховаться.

Когда они вошли в магазин, зазвенел колокольчик. По стенам были развешаны винтовки с толстыми цепями, продетыми через спусковые крючки. За стеклянной витриной стоял человек – по всей видимости, это и был Джимми. Над ним на стене висело чучело головы кабана. Какой-то шутник надел на морду кабана очки Бадди Холли и засунул ему в рот сигару-шутиху, уже взорвавшуюся. Глаза кабана были широко раскрыты и придавали его морде потрясенное выражение, как будто эта сигара только что взорвалась у него во рту.

Джимми и сам напоминал кабана. Приземистый и круглый, с жесткими волосами, торчащими из V-образного выреза камуфляжной рубашки. Его рассеянные яйцевидные глаза прятались за парой толстых бифокальных линз.

– Чем могу вам помочь, уважаемые господа? – спросил он.

– У нас необычная просьба, мой добрый друг, – сказал Эбенезер. – У меня есть старая охотничья винтовка, калибр 52.

Джимми взвыл.

– Боже, сынок, ты украл его у мертвого бура[3]?

Мика и Минерва озвучили Джимми свои заказы.

– Вот вам я точно смогу помочь, – сказал Джимми. – И посмотрю, есть ли патроны 52-го калибра. Но ничего не обещаю.

Джимми открыл дверь в кладовую. Прямо за дверью Эбенезер заметил кое-что необычное: две огромные канистры, прикрепленные к длинноствольному оружию шлангом, обмотанным асбестом. Огнемет. Он похлопал Мику по плечу и показал на него.

– Ты когда-нибудь пользовался таким на войне?

Мика покачал головой.

– В нашем отряде не было огнеметчиков.

Джимми вернулся через несколько минут. Его лоб был покрыт слоем пыли. Он бросил коробку с патронами на прилавок.

– Черт возьми, парень. Тебе повезло, – сказал он Эбу.

Коробка была старой, выцветшей. Джимми открыл ее и проверил патроны.

– Выглядят нормально. Нашел их в самом дальнем углу, где обычно раскладываю яд для крыс. Но использовать их можно. Я бы тебе не продал непригодные пули.

– Вы потрясающий человек, – сказал Эб, вынимая из кошелька несколько купюр.

…Они прибыли в Гриндерс-Свитч в час дня. Здесь была только одна асфальтированная дорога; ее окружало множество хаотично разбросанных лачуг. Единственным коммерческим заведением во всей деревне оказался магазинчик при бензоколонке.

Минерва остановила «Олдс» рядом с колонкой «Скай Чиф». Последние несколько часов она сидела за рулем, так как у Мики во время долгих поездок на машине часто сбивалось пространственное зрение.

Мика открыл капот. Радиатор кипел. Его крышка была раскалена добела; когда он, натянув рукав на кисть, открутил ее, поднялся шипящий маслянистый пар.

Из магазина вышел мужчина. Кожа на его лице была тонкой и сухой, как крыло летучей мыши, и плотно обтягивала череп. Из нагрудного кармана его комбинезона торчала замасленная тряпка.

– Вы дали ему закипеть… – сказал он таким тоном, словно обращался к слабоумным.

Эбенезер подъехал на мотоцикле и снял шлем. Его волосы забавно торчали в разные стороны, как веточки.

– Бензин, гарсон.

Мужчина только посмотрел на него.

– Бензин, пожалуйста, – повторил Эбенезер. – Полный бак.

Мужчина колебался, как будто решал, выполнять ли заказ чернокожего человека. Затем открыл бак мотоцикла и осторожно заправил его. На каждые полтора литра бензина насос издавал звуковой сигнал. Мужчина вытер с бака несколько капель пролитого бензина и сказал:

– Шестьдесят три цента. Оплатите внутри.

– У вас есть шланг для воды?

Мужчина покачал головой. Его губы были втянуты внутрь рта, и Мика усомнился, остались ли у него зубы. Выглядело так, будто что-то пожирало его изнутри. Какой-то паразит.

– В кладовке есть насос, – сказал мужчина.

Насос был старым и ржавым. На носике висело ведро. Мика нажимал на рычаг, пока не хлынула вода с красноватым оттенком. Он наполнил ведро и вернулся к машине. Вода попала на раскаленный радиатор, зашипела, повалил пар. Мика подождал, пока он рассеется, а затем залил в машину остатки воды.

Остальные уже зашли внутрь магазинчика. Выбор товаров был скромным. Мика взял тушенку, банку пудинга «Хантс», несколько коробков спичек и конфеты «Тутси Роллс». Потом прихватил литровую бутылку виноградной газировки «Нехи» из холодильника, протиснувшись мимо Эбенезера, который взял две бутылки «Ю-ху»[4].

– Напиток богов, – сказал Эбенезер.

– Ну да. Богов диабета, – усмехнулась Минерва. – Пей на здоровье.

Мика отнес свои покупки к кассе.

– Девять долларов тридцать пять вместе с бензином, – сказал владелец магазина.

Мика