Нулевой пассажир - Олег Лесников

конструкция даст трещину, рухнет нам на голову и похоронит навечно под своими обломками. Мы быстро продвигались вперед, благо высота потолка позволяла идти в полный рост. Странно было то, что ход все время шел под уклон. Гул взрывов на поверхности постепенно затихал, потом стал почти неразличимым и, наконец, совсем стих. Мы прошли, наверное, с километр, а подземный ход все не кончался. Еще метров через триста мы уперлись в герметичную, абсолютно новую металлическую дверь с приводом и электрозамком.

Хирбет поставил к стене автомат, сбросил из-за спины небольшой рюкзак и, присев на корточки, стал деловито копаться в нем. Выудил небольшой коричневый брикет, запаянный в полиэтилен, надорвал зубами упаковку и приладил взрывчатку к замку. Извлек из нагрудного кармана предмет, чертовски похожий на шариковую ручку, и осторожно ввел ее в тело пластида[38]. Показал мне жестом, чтобы я отошел в сторону, и, достав из рюкзака пульт, нажал на кнопку. Раздался небольшой направленный взрыв, включился привод, и дверь медленно отъехала в сторону. Едва рассеялся дым, мы вошли внутрь.

— Это мы с тобой удачно зашли, — присвистнул я.

На огромной, выложенной идеально подогнанными гранитными плитами площадке стоял на первый взгляд совсем новенький вертолет.

— АН-6i Little Bird, — восхищенно цокнул языком Хирбет.

— Легкий вертолет огневой поддержки по прозвищу «Маленькая птичка», — блеснул я эрудицией, — бортовой номер HZ — 666. Весьма остроумно. Кстати, как и следовало ожидать, зарегистрирована наша «птичка» в Саудовской Аравии.

Я обошел летательный аппарат по кругу, открыл, сдвинув в сторону дверь, и забрался на место первого пилота. Быстро осмотрел центральную переднюю приборную панель. Подключил, щелкнув тумблером, электропитание. Стрелка датчика топлива поползла вверх, показывая полный бак. Все было вроде на своих местах. Даже дублирующая система управления для двух пилотов присутствовала.

— Все в порядке, топливом залит под завязку. Километров на 500 должно хватить.

— Летал на таком? — поинтересовался Хирбет.

— На таком нет, но принцип-то везде одинаковый. Ничего нового, — пожал я плечами. — Мне вот только интересно, как из этого ангара вылететь? — И посмотрел вверх, на казавшийся монолитным потолок. — Высота, наверное, метров десять будет?

— Не меньше, — согласился Хирбет. — Нужно искать пульт управления крышей ангара. Должна же она как-то открываться?

Мы обыскали все вокруг, но на стенах ничего похожего не было. Только при входе с правой стороны от двери — обычный выключатель. С досады я щелкнул им, и, как и следовало ожидать, свет во всем ангаре погас. Щелкнул еще раз — свет зажегся.

— Нужно посмотреть в кабине вертолета, — предположил я и открыл дверцу. Взгляд сразу упал на кожаное кресло второго пилота. Там лежал пульт, на первый взгляд похожий на телевизионный, со стрелками вправо-влево. Я взял его и наугад нажал на кнопку «вправо». Раздался характерный шум работающей лебедки, и потолок начал плавно смещаться. Через образовавшуюся щель тотчас брызнуло яркое солнце. Я отпустил кнопку, и поступательное движение потолка прекратилось.

— А ларчик-то, оказывается, просто открывался. Хирбет, зови наших. Я пока тут в кабине посмотрю, что да как.

— Наша Авив в прошлом году в Сирии угнала такую же вертушку, причем из-под самого носа у джихадистов[39]. Они нам тогда уже в холку дышали. Думали, все, отвоевались. Так что, если что, она подскажет, как с этим аппаратом управляться.

— Все целы? Никого не зацепило? — обеспокоенно спросил я Марусю, как только она показалась на пороге вертолетного ангара. — С девчонками решили вопрос?

— Пересидели. В том бункере, что в танке. Все норм. Наверху тихо. От аэродрома, правда, мало что осталось. Я поднялась на минутку, посмотреть, как только они улетели.

— Что ты сделала? — не поверил я своим ушам. — Ты с ума сошла? А если бы они решили напоследок развернуться и влепить по аэродрому еще парочку ракет с кабрирования?[40]

— Не сердись. — Она встала на цыпочки и чмокнула меня в щеку.

Нахшон и Хирбет недоуменно переглянулись. Я же улыбнулся и подмигнул им, — мол, знай наших.

— С заложниками тоже все норм. Переговорила с их предками, сбросила им нашу геолокацию. Они заверили, что в самое ближайшее время заберут своих чад. Вот это да! — восхищенно всплеснула Маруся руками, ловко переводя разговор на другую тему и делая вид, что только что увидела блестящий на солнце вертолет. И тут же задрала голову вверх, и несколько секунд, щурясь, смотрела на лившийся с потолка ангара солнечный свет. — Так и тянет за штурвал, прямо руки чешутся!

— Я не против. Только поаккуратней, не забывай, что мы не в Сирии.

— Кто разболтал? — Она повернулась и, безошибочно угадав болтуна, сердито сверкнула глазами на Хирбета.

— Куда летим? — спросил я, усаживаясь в кресло второго пилота. — Отвечай, и быстро, пока я не передумал быть у тебя за штурмана.

— В Каир, — ответила Маруся, уверенным движением запуская двигатель.

Часть вторая. «Крысиная тропа»

Глава 9

Каир, отель Novotel Cairo

— Иди ко мне. — Я обнял девушку и прижал к себе.

— Подожди. — Она мягко отстранилась, отбросила простыню, не стесняясь своей наготы, встала и, взяв с тумбочки планшет, снова забралась с ногами на кровать. Положила мне голову на плечо и сказала:

— Почитай. Здесь полное досье на Абу Рейхана. Тебе будет интересно.

Я почти с ненавистью посмотрел на гаджет. Сейчас мне больше всего хотелось совсем другого. Я рассеянно блуждал взглядом по ее загорелому обнаженному телу, едва прикрытому краешком простыни, гладил округлые колени, медленно поднимаясь все выше, к заветному рыжему треугольнику.

— Артем, перестань. — Она быстрым движением убрала мою руку и натянула простыню до самого подбородка, по привычке заправила прядь непослушных волос за ухо и внимательно посмотрела на меня:

— Не хочешь читать?

Я отчаянно помотал головой.

— Почему? Настроения нет?

— Дождусь аудиоверсию, — пошутил я. — Расскажи мне лучше про свою русскую прабабушку.

— Ну что тут рассказывать. Моя прабабушка была из старинного дворянского рода. В 1916 году окончила Смольный институт. И в том же году вышла замуж за блестящего офицера царской армии. Он был пограничник, служил на китайской границе. А потом в России случилась революция, и прабабушка вместе с мужем убежала от большевиков в Харбин.

— А какого она была года рождения?

— 1898-го, а что?

— Так, ничего, просто интересно. Мы ведь, по сути, ничего друг о друге не знаем.

— Скажи, а ты женат? — вдруг спросила она каким-то тихим надломленным голосом и внимательно посмотрела мне прямо в глаза.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Теперь, наверное, уже нет.

— Как это? — удивившись, тихим голосом спросила она.

— Очень просто. Поверь, так бывает.