Трюфели, напасти и коварство - Моргана Бест

Бартоломью. – Форма 67-J, подраздел двенадцатый. Если хотя бы один из гномов датируется периодом до 1987 года, необходимо соблюдать дополнительные протоколы по охране наследия.

Как раз в этот момент мимо нас к парковке прошла Минни Уэллингс. Голова Энид резко повернулась, как у хищной птицы, заметившей добычу.

– Мисс Уэллингс! – окликнула Энид. – Можно вас на минуту!

Минни обернулась с раздражённым видом.

– Что ещё? У меня, вообще-то, траур.

– Да-да, но скорбь не освобождает от гражданского долга, – бодро сказала Энид. – В наследстве вашего отца имеются серьёзные нарушения по части садовых гномов. Бартоломью, будьте добры.

Бартоломью важно выступил вперёд – явно в своей стихии.

– Мисс Уэллингс, как основная наследница состояния вашего отца, вы теперь несёте юридическую ответственность за семнадцать незарегистрированных садовых гномов, задолженность по штрафам в размере три тысячи четыреста шестьдесят семь долларов, а также обязаны немедленно привести всё в соответствие с муниципальными правилами по садовым украшениям.

У Минни отвисла челюсть.

– Вы вообще в своём уме?

– Безумие, – холодно ответила Энид, – это оставлять садовых гномов в правовой неопределённости. Эти бланки требуют вашей подписи в течение сорока восьми часов, иначе последуют дополнительные санкции.

– Я ничего не собираюсь подписывать про садовых гномов! – заявила Минни так громко, что несколько скорбящих обернулись и уставились на неё.

– Тогда гномы будут изъяты, – объявил Бартоломью, делая пометку в своих бумагах. – Хранение на муниципальном складе обойдётся в двадцать три доллара за гнома в день.

Минни ушла, не сказав больше ни слова, оставив Энид и Бартоломью стоять с кипой неподписанных бланков.

– Что ж, – фыркнула Энид. – Некоторые люди совершенно не уважают установленный порядок. Бартоломью, отметьте: возможно, потребуются меры принудительного исполнения по наследственному делу.

Они удалились с той же целеустремлённостью, с какой появились, а мы с Летти молча смотрели им вслед.

– По-моему, – медленно сказала Летти, – это было самое неуместное, что я когда-либо видела.

– И всё же, – ответила я, – почему-то совершенно предсказуемо. Но вернёмся к делу. Если это сделала Дафна, значит, она действовала не одна. Вообще-то, это бы объяснило, зачем она устроила отвлекающий манёвр – чтобы её сообщник смог подложить яд в шоколад.

Летти покачала головой и нажала на брелок, открывая машину.

– Но мы снова упираемся в главный вопрос, – сказала она. – К вечеру проводов на пенсию Стэн уже получил смертельную дозу. Тот, кто его отравил, должен был это знать.

– Почему ты так решила? – спросила я, осторожно опускаясь на сиденье в машине Летти.

– Потому что никто не станет травить человека ядом, о котором ничего не знает, верно? Ну, разве что если времени совсем в обрез. Нет, тот, кто отравил Стэна бледной поганкой, знал о ней всё, что было нужно. Да, вторая доза в тот вечер добила его быстрее, но вопрос остаётся – зачем понадобилась вторая доза? Если мы это поймём, то найдём ответ на всё.

– Я уже думала об этом до головной боли, – сказала я. – Единственное, что приходит в голову: убийцы не было на вечеринке, и вторая доза на вечеринке обеспечивала ему алиби.

Летти завела машину и медленно выехала на дорогу.

– А значит, мы опять возвращаемся к вопросу о том, у кого был доступ к шоколаду. Давай пока оставим кошачьего шёпота в стороне. Шоколад делала ты, Нарел, потом мы отвезли его на праздник. Мы хоть на какое-то время оставляли коробки без присмотра?

Долго думать мне не пришлось.

– Нет, не оставляли, но и не пялились на них всё время. Знаешь, кому-то было бы совсем несложно положить на них эти ядовитые шляпки.

– Думаешь о Мириам?

Я кивнула.

– Она пришла первой и действительно подошла к шоколаду, долго его рассматривала. У неё была возможность положить сверху ядовитые шляпки. И тебе не кажется странным, что она заказала именно мухоморы? Почему я раньше об этом не подумала?

– Задним умом все крепки, – мудро заметила Летти. – Как нам снова её расспросить?

Подъехав к моей лавке, она не заглушила двигатель.

– Ты разве не зайдёшь?

Она покачала головой.

– Мне надо вернуться и заново всё переставить на моих досках, да и по работе я немного отстаю. Хочу поставить Мириам на первое место в списке подозреваемых, а Минни и Джейка опустить ниже, а может, вообще убрать с досок.

– Придумала! – воскликнула я, снова просунув голову в машину. – Давай отвезём Мириам красивую коробку шоколада ручной работы и наплетём ей что-нибудь – например, что весь шоколад забрала полиция, и мы хотели дать ей немного взамен, ну или что-то в этом духе.

– Да, будем действовать по обстоятельствам, – сказала Летти.

Я вздохнула.

– Когда это сделать? Поехать к ней домой или отвезти в офис?

Летти какое-то время обдумывала это.

– Если поедем домой, это будет уже второй раз, когда мы заявимся без приглашения, так что лучше в офис. Давай подъедем незадолго до пяти? Она будет в хорошем настроении – рабочий день ведь уже почти закончится.

– Отличная мысль. И ей к тому же наверняка захочется поскорее домой, так что она будет спешить выложить нам всё, что знает. А в спешке может и проговориться.

– Ты оптимистка, Нарел.

Я помахала и закрыла дверь. Повернулась – и тут же в кого-то врезалась.

– Ой, простите, – автоматически сказала я, а потом увидела, кто это. – Мунро! Прости, Мунро.

Мунро улыбнулся мне, и у меня тут же подкосились колени. Соберись, Нарел, мысленно сказала я себе. Ты взрослая женщина. А вслух произнесла:

– Я только что с похорон Стэна Уэллингса. Хочешь зайти ко мне в лавку? Я приготовлю нам горячий шоколад.

Мунро сказал, что с удовольствием, и пошёл за мной в лавку.

– Дела так и не пошли лучше?

– Ни души.

Я печально покачала головой.

– А на похоронах сегодня на меня ещё и странно косились. Мало того, Минни Уэллингс со мной откровенно нахамила. Она считает, что это я убила её отца.

Глаза Мунро наполнились сочувствием.

– Я знаю, сейчас тебе тяжело, но постарайся не принимать всё это слишком близко к сердцу. Рано или поздно полиция кого-нибудь арестует, и в твоей лавке всё вернётся на круги своя.

– Боюсь, к тому времени ущерб уже будет нанесён, – сказала я. – Ладно, хватит о грустном. Сейчас сделаю тебе горячий шоколад.

Вскоре мы с Мунро сидели у меня в подсобке. Когда через открытую дверь заходили покупатели, всегда звенел звонок, хотя я была почти уверена, что в ближайшее время он не зазвонит. Я предложила Мунро поднос с шоколадным ассорти. Он съел несколько, прежде чем заговорить.

– Как думаешь, когда начнёшь искать дом?

Я сразу огорчилась. Это что, деловой визит?