Трюфели, напасти и коварство - Моргана Бест

Именно в этот крайне неудачный момент Летти проснулась. Полагаю, первое, что она увидела, – лицо Монгрела совсем рядом с её собственным. Она завизжала – пронзительно, душераздирающе, так, что Монгрел вылетел из комнаты с распушённым хвостом, похожим на ёршик.

– Ох, ты его напугала, бедняжку, – сказала я.

Летти перекатилась на бок и кое-как села.

– У тебя весь кислород из мозга выветрился, Нарел.

Я сползла с дивана и встала на четвереньки.

– Очень может быть, – сказала я. Я поползла к кухне, манимая мыслью о воде и шоколаде. Летти поползла следом и каким-то образом меня догнала. – Знаешь, мы выглядим очень смешно. Я бы посмеялась, только это добьёт мои мышцы живота.

Мне пришлось с этим согласиться. Нам обеим удалось добыть воду и шоколад, но, когда мы попытались сесть за стол, спины у нас свело судорогой.

– Давай просто постоим тут и съедим шоколад, а потом вернёмся и ляжем в гостиной, – сказала Летти.

Я согласилась, но вслух сказать уже не хватило сил.

После того как мы восполнили потерю жидкости и заправились углеводами в виде всякого шоколада, я снова смогла говорить.

– Знаешь, Летти, мне не нравится Джейк.

Летти грубо фыркнула, но тут же схватилась за живот.

– Ай, больно. Ещё бы! Мне он тоже не нравится.

– Я говорю это не просто потому, что он мне не нравится… мне так кажется, – добавила я. – Я знаю, у Джейка железное алиби, но что, если он действовал не один?

– Но с кем? – спросила Летти.

Я попыталась пожать плечами, но мышцы плеч тут же свело.

– Понятия не имею, – сказала я и зашлась кашлем. От этого заболели и мышцы живота, и каждое моё ребро. Кто бы мог подумать, что кости тоже могут ныть?

– Надо было ещё пораспрашивать о нём, пока мы были в зале, – сказала Летти. – Просто у нас мозги уже не работали от нехватки кислорода.

– Ничего, поспрашиваем по городу. Я больше никогда не вернусь в этот спортзал, Летти, и ты меня не заставишь.

Летти слабо подняла руку.

– И не подумаю спорить.

– Мы вытерпели это жуткое занятие в спортзале и выяснили только то, что у Джейка есть алиби, – заметила я. – Погоди-ка, разве не ты сказала, что он мог быть в сговоре с кем-то ещё?

Летти надула губы.

– По-моему, это ты сказала, Нарел. У меня память не работает с самого начала занятия.

– Минни! Если Мик был прав и Минни встречается с Джейком, и это тот самый Джейк, тогда, может, они действовали вместе.

Я подняла глаза на Летти, но её не было. Я с трудом обогнула стол и увидела её – она крепко спала на полу.

Глава 15

На следующее утро я проснулась на диване. Летти нигде не было видно, и я решила, что она всё ещё лежит на кухонном полу. Проверить это у меня сил не было – я бы просто не дошла так далеко. Накануне вечером я набросала на неё одеяла, подложила под голову подушку, а потом сама уползла обратно на диван.

Мышцы живота ужасно болели, как и руки, и ноги. У меня даже уши болели. Вообще-то не болела, кажется, только одна часть тела – нос. Я не могла выпрямиться, поэтому, согнувшись в три погибели, доковыляла до ванной и набрала горячую ванну.

Я высыпала в ванну целую пачку английской соли, добавила немного пены и потом осторожно опустилась в воду. Облегчение пришло сразу же: горячая вода немного уняла боль в мышцах, которые просто нещадно ныли.

Я не знала, как вообще доберусь сегодня до магазина, но, может, в этом и не было смысла. Куда полезнее было бы попытаться выйти на убийцу. Да, это было бы гораздо продуктивнее.

Который час, я не знала – телефон остался в другой комнате, – но толку от меня всё равно не было бы никакого, пока я не смогу ходить прямо. Я лежала в ванне, пока пальцы не сморщились, время от времени спуская воду и подливая новую, горячую.

Когда я выбралась из ванны, то поняла, что мышцы стали двигаться чуть лучше. И тут я вспомнила про растирку в ящике ванной тумбы. Я потянулась за ней, сняла крышку и совершила ошибку – понюхала.

– Ого! – воскликнула я, когда запах грушанкового масла чуть не опрокинул меня на спину. И всё же я щедро намазалась им с головы до ног. Облегчение пришло мгновенно – настолько, что я смогла без особых мучений надеть халат. И очень кстати, потому что едва я это сделала, как во входную дверь настойчиво постучали.

Я, пошатываясь, добрела до двери, довольная тем, что дело явно идёт на поправку. Открыв дверь, я увидела Летти: в руках у неё было два пенопластовых стаканчика с кофе, а на руке висела зелёная хозяйственная сумка.

– Не стой столбом, пусти меня, – сказала она.

Я отошла в сторону, и она вошла.

– Да ты ходишь лучше меня, – удивилась я. – Я как раз собиралась проверить, не лежишь ли ты всё ещё на кухонном полу.

– Я ушла сегодня рано утром, – сказала Летти. – Сначала пошла домой, а потом за припасами. О, ты пахнешь так же, как я. Ты тоже вся обмазалась растиркой?

Я попыталась кивнуть, но было слишком больно, так что просто сказала:

– Да.

Я осторожно опустилась на диван. Сидеть легче не стало, и я поморщилась, когда в правом плече прострелило.

Летти протянула мне стаканчик с кофе и села напротив.

– У меня тут есть и согревающие, и холодные пакеты. Не знаю, можно ли использовать и то и другое сразу. А ещё у меня отличные китайские травяные пластыри. Они самоклеящиеся, так что можно просто снять и налепить на себя. Мне очень помогает – поэтому я и хожу лучше. У меня несколько на спине.

Она встала, повернулась и задрала рубашку.

Я ахнула. Спина Летти была сплошь заклеена пластырями.

– И правда работает, – сказала она. – Я зашла к китайскому травнику и скупила у него весь запас.

Она бросила мне большую упаковку.

– На, наклей на себя. Облегчение будет сразу, а если не поможет, попробуем холодные и согревающие пакеты, но они не самоклеящиеся.

Мышцы рук болели слишком сильно, и я не могла открыть упаковку. Я схватила ручку с журнального столика и проткнула ею пакет. Появилась дырка, и дальше я уже без труда его раскрыла.