Призраки поместья Сент-Мор - Дмитрий Владимирович Ковальски

Она широко улыбнулась. Антуан и Фредерик соображали, когда они стали мальчиками в ее глазах. Возможно, английские манеры. Антуан никогда той страны не посещал.

– Я бы с удовольствием, но моя карета нагружена вином, да к тому же мсье Барье составит мне компанию, так что места нет.

– Ничего! – выпалила она. – Я уже распорядилась, чтобы ваше вино перегрузили ко мне. И не переживайте, я осмотрела каждую бутылку. Все в целости и сохранности.

Фредерик метнул взгляд на своего извозчика: «Предатель». Тот вяло пожал плечами: мол, вы же сами понимаете, мсье, что такой даме так просто не откажешь.

– И насколько я помню, юноша сойдет близ Лиона, а нам с вами предстоит дорога в Париж. – В глазах Анны разгорался огонь.

– Мне еще нужно было пару дней задержаться в Лионе по скучным делам.

– Представляете, и мне!

Мисс Торндайк не давала ему и шанса. Каким бы хитрым и изворотливым он ни был, она все равно оказывалась впереди.

– Бьюсь об заклад, вы отлично играете в шахматы, – проходя мимо Анны, сказал Антуан.

– Откуда вы знаете?

– Просто предположил.

Антуан вышел, оставив парочку наедине. Он обошел карету Фредерика и закинул в нее свою сумку. Потер чугунную голову. Ему нужно было вино. Затем подошел к повозке Анны. Не смотря по сторонам, он заглянул внутрь и вытащил из деревянного ящика одну из бутылок. Солому аккуратно вернул на место, чтобы не сразу заметили отсутствие одной бутылки. За этим занятием его поймала Анна.

Антуан спрыгнул со ступеньки и виновато посмотрел на нее.

– Негоже юноше рыться в дамских вещах.

– Прошу меня простить, но я рылся в вещах мсье Обрио, но никак не ваших.

Анна посмотрела на бутылку вина в его руке.

– Жажда и тяжелая голова вынудили меня пойти на преступление, но поверьте, эта бутылка меня спасет.

Вид у юноши, и правда, был болезненным. Его кожа посерела, а руки тряслись. Под глазами синяки, да и губы высохли и потрескались по краям. Антуан сделал шаг.

– Предлагаю сделку: вы не выдаете мой маленький секрет. – Антуан потряс бутылку в руке. – А я подскажу, как завоевать сердце мсье Обрио. К тому же одна бутылка не испортит впечатления о «Шато» Сент-Мора.

Анна фыркнула, но согласилась.

– Хорошо, и еще вы мне скажете, в какой гостинице останавливается Фредерик в Лионе.

– По рукам.

Антуан спрятал вино под сюртук и вернулся в карету Фредерика.

Он успел содрать с бутылки все опознавательные знаки, прежде чем появился мсье Обрио, пропуская вперед пышную даму. Анна села напротив Фредерика, заняв практически всю скамейку. Фредерик сидел рядом с Антуаном, совершенно не обращая внимания на то, что тот пьет вино, предназначенное для подачи королю.

Дорога для Антуана длилась полбутылки вина. После он задремал, оставив наедине Фредерика и Анну.

Повозка мерно качалась из стороны в сторону, отчего жидкость внутри бултыхалась. Горечь медленно поднималась по пищеводу. Тошнота подступила к горлу. В желудке сначала кольнуло, отчего Антуан проснулся, после его свело в ужасном спазме. Он закричал. Боль оказалась невыносимой.

Анна Торндайк испуганно уставилась на него. Фредерик схватил его за руку.

– Барье-младший, что с вами?

Антуан не мог ответить. Его горло свело, сдавив связки, так что вены на шее вздулись. Он повалился на пол и стал изрыгать остатки ужина вперемешку с утренним вином. Из него выходила темная пенящаяся жидкость. Рядом упала бутылка вина, из которой текли остатки.

– Умирает! Он умирает! – кричала Анна.

Несмотря на грязь, Фредерик старался ему помочь, но не знал чем. Он склонился над телом юноши. Тот схватил его за руку двумя руками и сжал его кисть. С трудом Фредерик отдернул руку.

– Остановить карету! – крикнул он извозчику.

– Да-да, остановите карету! Быстрее! Я не хочу видеть, как кто-то умрет у моих ног!

Карета остановилась. Несмотря на свои пышные формы, Анна Торндайк шустро выскочила из кареты.

– Филипп, верни все вино и отвези меня в Лион! Живо! – приказала она своему помощнику, ехавшему на груженой карете.

Тот молча начал выгружать ящики с вином.

В это же время Фредерик в своей карете пытался помочь юноше. Опустошив желудок, тот немного пришел в себя.

– Как вы?

– Неважно, словно сгораю изнутри.

– Вам нужен врач. Я отвезу вас к отцу, только держитесь!

– Нет, – прохрипел Антуан. – Туда день пути, куда ближе поместье Сент-Мор, у Матиса есть лекарство, которое прописал врач.

– Вы правы, там мы окажемся раньше.

Три ящика вина вернулись на место. Анна Торндайк готовилась покинуть неудачных знакомых.

– Госпожа Торндайк! – Фредерик бежал к карете. Анна фыркнула, все-таки ей удалось захватить его внимание.

– Госпожа Торндайк, – повторил он, – прошу, оказавшись в Лионе, разыщите Мориса Гует, он врач, и отправьте его с просьбой от моего имени в поместье Сент-Мор.

Анна ничего не ответила, а лишь кивнула. Испуганный Фредерик ей уже не казался таким уж привлекательным, но все равно она расстроилась, что потратила на него столько своего внимания.

Несмотря на это, просьбу его выполнила.

Антуан медленно приходил в себя. Ни есть, ни пить он не мог. Желудок сводила острая боль. Она иногда затихала, а иногда возвращалась острой резью выше пупка. Он проваливался в сон. Но приступ боли прогонял его. Все это время Фредерик пытался помочь ему хоть чем-то. К обеду, когда до конца пути оставалось не больше двух часов, Антуан крепко уснул. Дыхание его стало ровным. И он больше не поджимал ноги каждый раз, когда желудок сводило. Наконец Фредерик мог перевести дух и обдумать все произошедшее с ним и Барье-младшим.

Глава 31

План казался таким простым, что Николасу не терпелось приступить к его воплощению. Но перед этим он хотел изучить место вчерашнего преступления. Для этого он проснулся раньше обычного и вышел в сад. Франсуа только-только приступил к приготовлению завтрака.

Раннее утро встретило его прохладной свежестью. Солнце частично скрывалось за серыми тучами. Ветер обдувал лицо куда сильнее, чем последние несколько дней. Опавшие листья вихрем взмывали в воздух. Впервые в этом летнем месте Николас ощутил наступление осени.

Со стороны окна он ничего не нашел. Лишь несколько осколков стекла. Николас забрался по железным лианам, как это сделал вечером Матис. И оказался напротив разбитого окна. Никаких следов. Только отверстие в стене, где хранилась шкатулка.

Уже на земле, в кустарнике декоративных роз, он нашел недостающий кирпич. Угля на нем практически не осталось. Весь он остался на руке Матиса, когда Николас затащил того в