Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Разве это так уж много? — хмыкнула Тесс, но тем не менее нацарапала в записной книжке адрес, который скороговоркой продиктовала Дори.

— Это верно. Но кредит она получила под залог своей собственности, не обращаясь ни к кому за помощью. Не каждая женщина в тридцать два года может похвастаться такими успехами в бизнесе, верно? Так что на настоящий день она стоит что-то около двухсот тысяч долларов. Неплохо, верно? А кстати — сколько стоишь ты?

— Господи, только не говори мне, что ты вытащила из компьютера финансовый отчет о ее кредитоспособности, — ахнула Тесс. — Мы же договорились, что ты не станешь делать ничего такого, разве что это окажется совершенно необходимо!

— Ничего такого я и не делала. Просто могу заверить тебя, что ее финансовое положение великолепно. Так, что еще? Ах да, у нее взятый напрокат «Лексус», совершенно новая модель, аренда оформлена на ее же собственную компанию, так что она еще и выгадывает на налогах, хоть и пользуется им сама. Да, у нее мозги работают, что надо, у этой твоей Сьюзан Кинг… ах, простите, Жаклин Вейр. Кстати, в полицейских сводках тут промелькнуло имя Сьюзан Кинг, но поскольку, судя по дате, это случилось уже после того, как наша Сьюзан Кинг официально поменяла имя, думаю, это какая-то другая Сьюзан Кинг. В любом случае это не так уж важно. Впрочем, если сильно захотеть, то можно покопаться, узнать, в чем там дело. Скорее всего, неоплаченный штраф за парковку в неположенном месте. В общем, всякая ерунда.

— Если у нее денег куры не клюют, с чего бы ей не заплатить штраф?

— Послушай, я ведь не говорила, что она богата. Просто у нее достаточно денег, чтобы родственники, у которых их нет вообще, захотели ее немного подоить.

Тесс вспомнилась Мэри Броуни в ее роскошном желтом платье, туфлях в тон и модной соломенной шляпке с лентой точно того же цвета, что и платье. Ее собственная мать одевалась в том же самом стиле, и Тесс хорошо знала, каких денег это стоит. От одного счета за обувь, который как-то раз попался ей на глаза, у нее волосы встали дыбом.

— Ну, не знаю… по ее сестрице не скажешь, что она нуждается в деньгах.

— Да, но мы-то с тобой хорошо знаем, что это тоже один из способов вытянуть у кого-то деньги, не так ли? Я имею в виду, одеться так, чтобы не выглядеть нищей попрошайкой. А кстати, я тут на всякий случай проверила дату рождения этой самой Мэри Броуни, которую ты мне назвала. И знаешь что?

— Ну?

— Так вот, в одном Мериленде их сотни. И «Броуни», и «Броун», но в любом случае можно отыскать сотню таких, которые подходят под твое описание. Но ни у одной дата рождения не совпадает с той, что ты сказала.

— Так я и знала, что она соврала мне насчет своего возраста!

— Может быть. — В голосе Дори слышалось явное сомнение. — А может, вообще предпочла не говорить свое настоящее имя — такое тоже возможно. Или на самом деле она живет где-то еще, не в Мериленде. А может, она вообще не ее сестра, и тогда ты, выходит, даже не знаешь, для чего она на самом деле пытается отыскать эту самую Сьюзан Кинг, которая решила сменить имя и начать новую жизнь в качестве Жаклин Вейр.

Тесс бросила взгляд на часы:

— Послушай, я сейчас неподалеку от поворота на Колумбию. Ага, вот что я сделаю — поеду прямо к ней домой. Свалюсь как снег на голову. И если эта самая Жаклин Вейр у себя, попытаюсь вытянуть из нее что-нибудь об этой истории, не упоминая о том, кто именно меня нанял. Ну, ты довольна?

— Буду довольна — особенно когда получу от тебя чек. Тесс повесила трубку и снова влилась в поток машин — правда, не без некоторого труда. Рассеянно глядя перед собой, она попыталась представить себе, чтобы могла бы рассказать Дори, если бы кто-то попросил ее отыскать все, что возможно, на Терезу Эстер Монаган. Итак: имеет машину, двенадцатилетнюю «тойоту». Счета в банке нет, зато взяла кредит, чтобы открыть собственное дело, где поручителями выступили ее тетушка Китти и некто Тайнер. По поводу того, как идут дела на фирме, записей, скорее всего, нет. Да и неудивительно — ведь фирма открыта на имя Эдгара Кейеса, хотя в документах фигурирует и Тесс — в качестве вице-президента. Похвалив себя за то, что умудрилась практически нигде не засветиться, Тесс немного приободрилась. Быть невидимкой намного безопаснее. Но радовалась она недолго. Настроение у нее испортилось, она вдруг почувствовала себя неудачницей. Ведь по-настоящему значительные люди обычно оставляют после себя заметный след, решила она.

Задумавшись, она едва не пропустила съезд на Колумбию. Уже в самый последний момент свернув на высокоскоростное шоссе 175, Тесс двинулась на запад, направляясь, что называется, в самое сердце Мериленда, в Утопию.

Почему-то предполагалось, что будущее население Колумбии, взращенное на легкомысленных идеях, которые царили в обществе в шестидесятые годы, примется кардинально перестраивать пригороды, заменив их своими «деревнями» и огромными зелеными массивами. Новый город, как его принято было называть, должен был и жить совсем по-новому. Но единственными новациями Колумбии оказались диковинные названия, которые получили городские районы — Прауд-Фуд-Плейс, Оупен-Виндоу-Вей, Си-Чендж, Утопия. Утопия представлял собой всего лишь еще один пригород, спальный район Балтимора и округа Колумбия. Последний его застройщик, Джеймс Роуз, был куда больше известен своими фальшивыми ярмарочными площадями, где проходили разные фестивали, которые росли как грибы повсюду — от Бостона до Балтимора, — чем этим новым городом. Поставив себе задачу изменить сам стиль жизни, он в конечном итоге изменил всего лишь способ, которым туристы запасаются сувенирами. Что было чересчур даже для мечтателя, решила Тесс. Ну что ж, по крайней мере, он оказался достаточно последовательным — остался жить в том городе, который создал сам, и, уйдя на покой, продолжал строить дома для городской бедноты.

Дом, принадлежавший Жаклин Вейр, располагался в Коуве, тридцать лет назад считавшимся этаким местным двойником Вильямсбурга. Тесс не меньше четверти часа петляла между группками оштукатуренных и кирпичных домиков, прежде чем, наконец, обнаружила тот, который был ей нужен. Это оказалось двухэтажное здание, позади которого тянулся канал, утыкавшийся затем в искусственное озеро Уальд, в это время года сплошь заросшее зеленой ряской.

Только сейчас до нее дошел смысл туманных намеков Дори, и