Тайна против всех - Татьяна Викторовна Полякова

Время давно перевалило за полночь, когда мы наконец простились, предварительно разложив по своим местам тетради и бумаги Глафиры Дмитриевны.

* * *

Своего обещания Настя не сдержала и явилась на работу вовремя, если не раньше положенного. По крайней мере когда я утром вошла в кабинет Субботкина, она уже была там. Сидела на стуле возле него, подглядывая в монитор.

– Что там? – спросила я, снимая верхнюю одежду.

– Смотрим, не пропадали ли в последние дни восемнадцатилетние девушки.

Инициатива показалась мне более чем здравой.

– Сузили область поиска до соседнего региона, того, что к востоку, иначе мы до конца года будем списки изучать, а они, конечно же, будут пополняться, – пояснила Анастасия.

Я встала за спинами коллег и, наклонившись, уставилась в экран. Они успели сделать выборку. За последнюю неделю пропали целых семь девушек восемнадцати лет. Хотелось верить, что большинство из них просто забыли предупредить родителей, что заночуют у подруги или молодого человека. Ни одной фамилии на букву «К» среди пропавших не было.

– Давайте предположим, что восемнадцать лет – просто совпадение, а выбирает он просто молодых, красивых…

– И умных, – поднял палец вверх Субботкин.

– Хорошо. – Настя придвинула клавиатуру и начала быстро печатать. – Так, здесь все пропавшие в регионе, возраст поставила от четырнадцати до двадцати четырех. Пойдет?

– Вполне, – одобрила я, и мы принялись вместе изучать новый список, который был длиннее предыдущего в несколько раз.

– Капустина, Короткова, Кириенко и Крошка, – зачитала Настя.

– Хорошая фамилия, – одобрил Виктор.

– Кстати, она ближе всего по возрасту к остальным жертвам. Летом ей исполнится восемнадцать.

– Надеюсь, – вздохнула я. – С нее и начнем.

– Что именно? – нахмурился Субботкин.

– Как минимум, узнаем обстоятельства, при которых девушка пропала.

– Сейчас свяжусь с соседями, – ответил он, имея в виду коллег из восточного региона, но поймал мой укоризненный взгляд, верно его трактовав. – С ума сошла? Если мы все будем делать сами, то… Нет, – решительно затряс он головой. – Тем более совпадение первых букв фамилий двух жертв может быть случайным, так же как и близкие по датам дни рождения.

– А может и не быть, – со значением проговорила Настя, удостоившись моего одобрительного взгляда.

Виктор поднялся со своего рабочего места, прошел к двери, снял с вешалки куртку и, вопросительно глядя на нас, поинтересовался:

– Чего сидим?

Повторного приглашения мы ждать не стали.

* * *

По дороге до соседнего областного центра мы успели созвониться с местными, узнать контакты родителей пропавшей и заручиться согласием на наше вмешательство. Последнее было проще всего: очень уж наш брат любит отлынивать от своих прямых обязанностей.

К обеду мы прибыли к месту назначения: пятиэтажка из красного кирпича в три подъезда была окружена аккуратными клумбами, у одной из которых сейчас возились пожилые дамы.

У самой двери Субботкин вдруг спросил:

– Втроем пойдем?

– Думаешь, не поместимся? – хмыкнула я.

– Как бы не спугнуть.

– А чего им бояться? Они ищут дочь, я надеюсь.

Вскоре нам предстояло понять, что моим надеждам оправдаться не суждено.

Дверь нам открыла женщина средних лет в явном подпитии: об этом свидетельствовал и запах, исходивший от нее, и внешний вид. На хозяйке было засаленное домашнее платье и остатки позавчерашнего макияжа.

– Крошка Ирина Игоревна? – протягивая удостоверение, уточнил Виктор.

– Ну, – буркнула дама. – Что надо?

– Мы ищем вашу дочь.

– Молодцы! Пусть вам грамоту на работе дадут.

– Это когда найдем, – улыбнулась я. – Можно войти?

– Зачем?

– Хотим уточнить кое-что о Еве.

– У меня не убрано, – продолжала сопротивление мать пропавшей.

Неужели придется брать крепость штурмом?

– Вот что, – хлопнул себя по карманам Субботкин. – Прекрасные дамы, я в магазин, куплю что-нибудь сладкого…

– Полусладкое лучше возьми, – тут же воспряла духом женщина.

– И его тоже, – заверил он. – Ну а вы пока пообщайтесь о своем, о женском.

Он быстро припустил вниз по лестнице, а хозяйка наконец посторонилась, давая нам с Настей войти. Попросив не разуваться, она прошла в комнату, которая в квартире была одна, и уселась на табурет. Мы с коллегой сели на просиженный диван с выцветшей обивкой, что стоял напротив.

Обстановка была под стать самой хозяйке, долго задерживаться тут не хотелось: липкие подтеки на столе, старые журналы, фантики и целых три стакана с остатками бурой жидкости. Пол был завален одеждой, обои на стенах забрызганы, а запах тут стоял такой, что мне пришлось попросить открыть форточку, сославшись на то, что в комнате слишком жарко.

Как раз у самого окна стояла узкая кровать, аккуратно застеленная покрывалом, вплотную к ней был придвинут письменный стол со стопками учебников и тетрадей на нем. Стула не наблюдалось: по всей видимости, девушка сидела прямо на кровати, делая уроки.

– Расскажите нам, при каких обстоятельствах пропала Ева, – попросила Настя.

– Так этот мой Крошка же все сообщил.

– Кто?

– Бывший мой, Крошка Иван Петрович, а, не… Петр Иваныч, дочка-то у меня Петровна.

Я потерла виски, догадываясь, что разговор выйдет непростым.

– Придется повторить для нас, – уверенно заявила Настя.

Хозяйка тяжело вздохнула, набрала в грудь воздуха и затараторила:

– Ну пропала Евка, дома не ночевала два дня. Я думала, вернется, а тут Крошка явился. Три месяца его не было, и вдруг о дочери вспомнил. Пакет со сладостями принес, а ей, чай, не три года давно. А этот, видать, как нас бросил, думал, что дочь-то и не росла… Короче, как узнал, что ее две ночи не было, орать на меня стал. Иди, мол, в полицию! А я ему: тебе надо, ты и иди. Правильно же? А то привык все за чужой счет. Одно слово: Крошка! И в штанах у него кот наплакал, крошка то есть. – Ирина так звонко расхохоталась, что Настя вцепилась в мой локоть и красноречиво закатила глаза.

Мы не услышали, как в комнате появился Субботкин с увесистым пакетом.

– Не заперто было, – пояснил он и принялся выставлять покупки на журнальный столик. – Или в кухню пойдем? – обратился он к хозяйке.

– Тащи лучше табурет оттуда, да пару стаканов, если чистые найдешь.

Виктор взял посуду с журнального столика и исчез в кухне, вскоре вернувшись с чистыми стаканами на тарелке и табуретом под мышкой. Он налил Ирине вина до самых краев, не забыв и про нас, правда, порции слегка урезав. Женщина залпом выпила и протянула тару Субботкину, намекая на добавку. Тот послушно подлил напиток.

– То есть о пропаже дочери заявили не вы, а ваш бывший супруг, с которым вы давно вместе не живете? – уточнила я, а заодно введя в курс дела