Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

– Это правда пустяки, – сказала Ребекка, завидев меня в дверях. – Мы просто немного проголодались, вот и все, и я не хотела вмешиваться в процесс, не спросив тебя. Я просто думала, что ты уже что-то готовишь на ланч. Но все в полном порядке. – Она издала напряженный смешок. – Где ты была? Мы тебя обыскались.

– Простите, – сказала я. – У меня была тяжелая ночь. Я заснула. Но я правда планировала заняться ланчем – приготовить салат.

– Ох уж эти твои исчезновения! Хорошо, что Роб нас выручил.

Человек у плиты – а это был Роб – повернулся и широко улыбнулся мне.

– Я жарю бекон. И варю картошку. Картошка со шкварками украсит собой любой салат.

Ребекка доставала из холодильника продукты: остатки соуса ремулад, оливки и начатые упаковки ветчины и сыра. Она тяжело вздохнула. Лайла цокнула языком, аккуратно нарезая хлеб, и одарила меня одной из своих покровительственных улыбок.

– Боже ты мой, – сказала она не то со смехом, не то с упреком.

Мои конечности и голова до сих пор были налиты тяжестью, словно меня опоили.

Роб выложил кусочки бекона на тарелку. Сковорода зашипела, когда он сунул ее под кран.

– Мы с Лулу займемся этим, – сказал он, обращаясь к Ребекке и Лайле. – Вы нас не ждите – открывайте вино и садитесь за стол. Мы скоро.

Я подошла к раковине и принялась мыть сковородку, не решаясь поднять глаза. Ребекка и Лайла обиженно вытерли руки кухонным полотенцем, отыскали закрытую бутылку розового и несколько бокалов и понесли их во двор. Я слышала, как Ребекка зовет Марту и Айрис, чтобы они накрыли на стол. В кухне было ужасно жарко. Открытый холодильник благоухал зрелым сыром. Над головой кружили мухи. Кто-то снова включил электрическую мухобойку, и она потрескивала каждые несколько секунд.

– Если мы сварим вкрутую пару яиц, – сказал Роб, – то сможем приготовить нечто вроде салата «по-пейзански», с приятным горчично-чесночным соусом. Это должно им понравиться.

– Это рецепт Оттоленги? – спросила я.

Он засмеялся:

– Может, и нет. Но я предлагаю рискнуть, – с улыбкой сказал он.

Я помыла дуршлаг, кружки и разномастные столовые приборы, ощущая спиной, как Роб уверенно передвигается по кухне, открывая буфеты, что-то нарезая и ставя яйца на огонь.

– Любишь готовить? – спросила я.

– Да, люблю, – сказал он с такой интонацией, словно его самого это удивляет.

– Где ты этому учился?

– Я самоучка. Нет лучшей мотивации, чем жадность, – сказал он и вздохнул, как бы намекая на то, что он безнадежен. – Я довольно много готовил в детстве. Тебя как единственного ребенка сия участь миновала. Но в такой большой семье, как у меня, стоит тебе проявить к чему-то интерес, как тебя сразу начинают использовать при подготовке к каждому дню рождения или Рождеству. Моя мама любит собак. На всех вещах, которые она покупает, нарисованы собаки. А я лучше куплю кухонные принадлежности и поваренные книги. – Он широко раскинул руки, изображая книжную полку. – А ты?

– Ты имеешь в виду, хотела ли я в детстве научиться готовить?

– Нет. Но, может, – он пожал плечом, – ты смотрела кулинарные шоу, пока готовила соусы, и думала: «На их месте могла бы быть я»?

Я задумалась, почему мне никогда не приходило в голову стать поваром. В детстве еда занимала меня. В одних семьях была одна еда, в других – другая. Моя одежда пахла то жареным фаршем, то экзотическими фруктами или соленой рыбой, то пиццей. Я научилась приспосабливаться. А еще факт в том, что чем больше семья, тем сильнее твой голод.

Я самоуверенно улыбнулась:

– Моя мама хорошо готовила, и по выходным мы вместе пекли торты. Она научила меня готовить… – у меня внезапно все вылетело из головы, – гм, курицу «по-охотничьи» в томатно-чесночном соусе и все в этом духе. Я училась в школе-пансионе, но по выходным и на каникулах мы всегда вместе готовили. – Я улыбнулась ему. – Замешивали соусы.

Он вручил мне огурец, чтобы я его нарезала, и я сосредоточилась на том, чтобы не порезаться.

– Хотя в детстве я мечтала стать актрисой. И я ей стала.

– Ну да. Ребекка говорила, что ты играла в «Аббатстве Даунтон», моя мама обожает этот сериал. В каком сезоне это было? Может, я найду тебя.

Остальные собирались за столом.

– В четвертом, – сказала я.

– Поищу, – сказал он, сгребая огурцы из-под моего ножа и кидая их в гигантский белый салатник, к другим ингредиентам. Этот салатник уже попадался мне на глаза и удивил меня своими размерами.

– Помидоры нам нужны? – спросила я. – В огороде их полно.

– Можем сделать еще и салат из помидоров. Но оно нам надо? Они этого заслуживают?

Присмотревшись к нему повнимательнее, я покачала головой:

– Не-а.

Покончив с готовкой, Роб вручил мне огромный салатник и, опередив меня, протиснулся на свободный стул между Эллиотом и Мартой. Разговоры стихли, когда я поставила салат на стол перед Филом. У него был такой вид, словно он перегрелся на солнце. На нем была соломенная шляпа, белая футболка промокла на спине, переносица порозовела.

– О, это одно из твоих фирменных блюд? – спросил он, перемешивая салат сервировочными ложками. – Выглядит аппетитно.

Я стояла за спиной у Марты, положив руки ей на плечи. Я видела, что Роб не спускает с меня глаз, довольно улыбаясь. Я издала неопределенный звук, отдаленно напоминающий смешок, ни к чему не обязывающий, но без отрицательного подтекста.

– Ты спасла положение, – сказала Ребекка, вытянув одну руку, словно желая меня обнять, хотя я стояла слишком далеко, и она не могла до меня дотянуться. – Присоединишься к нам?

Она пыталась загладить свою недавнюю резкость по отношению ко мне. Или искренне считала, что я все исправила.

– Вообще-то мне надо заняться ужином, – сказала я.

Лайла сказала, что горчица в соусе – самое важное. Она всегда кладет горчицу в соус. И только зернистую. В следующий раз мне стоит сделать так же.

Глава семнадцатая

За столом было шумно – до меня доносились взрывы хохота, визги, звон бокалов, скрип стульев, – но постепенно жара и еда возымели эффект, и они успокоились. Фил что-то сказал насчет «экскурсии» и что сейчас для нее самое время. Он все повторял слово «экскурсия», словно это его забавляло. Я никак не могла понять, зачем ехать на экскурсию, если сама мысль о ней кажется тебе нелепой? Он пришел на кухню, взял в руки «кухонную библию» и встал в дверях, листая ее. Как насчет собора в Пуго? Была ли я там? Я была