Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

мягкий снег. Деревья в саду Тино Росси на левом берегу Сены в пятистах метрах к восток-юго-востоку от собора Нотр-Дам, чуть слышно поскрипывали безлиственными ветвями в темноте. Там, между деревом и стеной, на спине лежал человек с полусогнутыми ногами и раскинутыми руками. Любой, кто подошел бы к насквозь мокрому телу, догадался бы, что оно побывало в реке. Возможно, собрав последние силы, он прополз на руках от края воды, пока не уткнулся в мягкую, влажную траву; возможно, он даже попытался встать, но потом руки и ноги полностью отказали ему, и тело рухнуло на землю.

Тело не двигалось и не издавало ни звука, пока не послышался тихий электронный писк, приглушенный мокрой одеждой.

Тело шевельнулось не сразу. Сначала дернулось плечо, и голова слегка повернулась в сторону, словно оценивая незнакомую обстановку. После очередного звонка рука медленно полезла в карман, достала пластиковый футляр и зашарила по нему пальцами. Футляр раскрылся, и спутниковый телефон упал в траву. Глаза человека продолжали смотреть в небо.

Спрыгнув с моста, Джентри сильно ударился о воду. Холод отобрал последние следы дыхания, остававшиеся в легких после удара. Он погрузился глубоко в воду. Когда он всплыл на поверхность, течение уже несло его под Пон-Нёф и дальше на запад. Около минуты он барахтался в воде, глотая ее пополам с воздухом, пока не заметил маленькую баржу с домом на ней, плывущую к нему вверх по течению. Несмотря на слабость, близкую к потере сознания, Корт уцепился рукой за нижнюю перекладину трапа, свисавшего с борта маленького судна, когда оно проплывало рядом с ним. Он цеплялся одной рукой и низко держал голову в пенистом кильватерном следе, пока баржа увлекала его под мостом, с которого он только что упал. Он слышал крики людей в воде, нырявших в надежде обнаружить тело или освещавших фонариками опоры моста.

Через десять минут Корту больше не угрожало немедленное обнаружение. Собрав последние силы, он попытался забраться на трап, чтобы подняться на борт судна, но не смог. Ослабевшие ноги, боль в животе, мокрые туфли и леденящий холод, — все это работало против него, и он упал обратно в воду. Он потянулся к барже, но его пальцы не зацепились ни за что, кроме воды, пока черное суденышко продолжало плыть вверх по течению.

К счастью для Джентри, он находился недалеко берега. Он смог выбраться из воды на мостовую, поднялся на ноги, но снова упал в сырую траву рядом с деревом в саду Тино Росси.

Здесь он двадцать минут пролежал с открытыми глазами, но расфокусированным взглядом под тихим дождем со снегом.

Телефон снова зазвонил, и он поднял аппарат, продолжая глядеть на невероятно низкие кучевые облака, подсвеченные городскими огнями.

Его голос был слабым и как будто отделенным от тела.

— Да?

— Добрый вечер. Это Клэр Фицрой. Пожалуйста, мистер Джим, можно мне поговорить с вами?

Джентри заморгал. Его глаза вдруг наполнились слезами вместо дождевых капель. Он, как только мог, постарался совладать со своим голосом и скрыть свою боль, изнурение, отчаяние, опустошенность и ощущение полного провала.

— Тебе давно пора спать.

— Да, сэр. Но дедушка Дональд сказал, что я могу позвонить вам.

— Ты еще помнишь меня?

— О да, сэр! Я помню, как вы отвозили нас в школу. Вы спали на маленькой койке в коридоре, но мама говорила, что вы на самом деле не спали, а присматривали за нами. Вы пили кофе, и вам нравилось, как мама готовит яйца.

— Правильно. С сыром.

Тазобедренная кость Джентри была поцарапана, стенка брюшной полости проткнута. Он не думал, что нож вошел достаточно глубоко, чтобы проникнуть во внутренности, но жгучая боль в центре его существа была неописуемой. Он полагал, что раны все еще кровоточат. Прошло около часа с тех пор, как он упал в реку, и он до сих пор никак не пытался остановить кровь.

Сирены «Скорой помощи» завыли справа от Джентри и унеслись прочь. Он был скрыт за каменной стеной и темнотой.

— Мистер Джим, дедушка Дональд сказал, что вы приедете и спасете нас.

Слезы струились по лицу американца. Он не умер, но чувствовал себя так, как будто находился при смерти. Он знал, что не сможет добраться до Байё, но даже если бы и смог, — что толку, если он истечет кровью перед дверью замка?

— Где твой дедушка?

— Он в спальне. Сейчас он не может ходить. Он сказал, что упал с лестницы, но это неправда. Здешние люди избили его. Он дал мне телефон, велел спрятаться в уборной и позвонить тебе, — она немного помедлила. — Поэтому я говорю шепотом. Ты придешь, да? Пожалуйста, скажи мне, что ты придешь. Если ты не придешь… ты наш единственный шанс, потому что папа улетел в Лондон. Мистер Джим… вы меня слышите?

Типичная уловка Фицроя. Если бы сэр Дональд позвонил сам, то Корт сказал бы ему, что все пропало. Но хитроумный ублюдок знал, что сейчас Джентри находится в отчаянном положении, и кто мог лучше убедить его продолжать борьбу, чем маленькая девочка?

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Вы обещаете?

Корт лежал в темноте. Его мокрый костюм скособочился на туловище, холодная грязь давила на шею и бритую голову.

— Я скоро буду, — медленно сказал он.

— Честное слово?

Корт посмотрел на рану у себя на животе и надавил на нее ладонью свободной руки.

— Обещаю, — немного громче ответил он. — А когда я приду, ты тоже должна мне кое-что пообещать.

— Да, сэр?

— Когда ты услышишь громкий шум, я хочу, чтобы ты пошла в свою комнату, залезла под кровать и оставалась там. Можешь сделать это для меня?

— Какой шум? Вы имеете в виду стрельбу?

— Именно стрельбу.

— Хорошо.

— Оставайся там, пока я не приду. Пусть твоя сестра сделает то же самое, ладно?

— Спасибо, Джим. Я знала, что вы придете.

— Клэр, — голос Джентри зазвучал с новой силой. — Мне нужно, чтобы ты тайком передала телефон твоему дедушке. Сделай это сейчас: мне нужно задать ему очень важный вопрос.

— Хорошо, Джим.

— И еще, Клэр. Спасибо, что позвонила. Было очень приятно слышать тебя.

* * *

Шестнадцать минут спустя Джентри брел по улице Кардинал-Лемуан. Дождь набирал силу, и вокруг никого не было, что можно было считать удачей для Серого Человека, поскольку он шел, прижимая руки к левой части живота и жестко выбрасывая вперед правую ногу. Примерно через каждые двадцать пять метров он останавливался, прислонялся к стене, к автомобилю или фонарю, сгибался пополам от боли и приходил в себя через несколько секунд,