Рай с видом на ад - Владимир Григорьевич Колычев

Борис глянул на соединительный электрокороб справа сверху от двери, провел по верху, ключей нет. Дверца на замке, к тому же еще и опечатана. Он спустился с крыльца, внимание привлекла отдушина в фундаменте, сунул руку в одну, ничего, а в другой нащупал связку ключей. Вошел в дом, а там никого. И вещи все на месте. Не собиралась Варвара в дальний путь. И чайник давно не включали, и мойка сухая, свежих продуктов из магазина в холодильнике не видно.

Пока он обследовал дом, Рома сходил к морю, но Варвару там не нашел.

— Не было ее дома, — сказал Борис, осматривая машину.

Ничего необычного в ней, крови на светлых сиденьях не видно, трупов нет, но пока не ясно, что там в багажнике. Может, тело Варвары. Но тогда кто привез ее труп к дому?

— Странно все это!

— Да, странно, — легко согласился Зайцев.

— Когда машина подъехала? — спросил Борис.

— Когда подъехала? — удивленно повел бровью Рома. — А когда машина подъехала?

— Не слышали мы.

— И мы не слышали.

— Да, но машина мимо вашего дома проезжала. И у ворот с вашей стороны встала.

— Не слышали мы с Калерией. Движок бензиновый, резина мишленовская, ход тихий. И двери тихо закрываются, — будто оправдываясь, проговорил Роман.

— И видеокамер нет… Кстати, почему видеокамер нет? Давно пора!

— Я заказал, пару сфер привезли, в поселок надо ехать. Могу поделиться! На компьютер завяжешь, через вайфай, там просто.

— Спасибо, конечно…

Борис в раздумье массировал виски. Действительно, убийство за убийством в поселке, а он о видеокамерах если и думал, то вскользь, всерьез не озаботился. Почему? Думал, что гроза кого угодно может задеть, но только не их с Полиной… Но в то же время видеокамера не панацея, от убийцы она не защитит. И все равно установить нужно. И чем скорей, тем лучше.

— Я тоже закажу, — сказал он. — Все верну.

— Через два дня, не раньше. И мой заказ только завтра будет.

— Ты же сказал, что привезли.

— Привезли вчера, а в поселок завтра поеду. Завтра и заберу.

— Я могу съездить.

— Детского питания захватишь? — буднично-спокойно спросил Зайцев.

И Борис так же буднично пообещал заехать в магазин, хотя и не совсем представлял, когда сможет отправиться в путь. Варвару искать нужно, может, она где-то рядом. Возможно, поднялась на злосчастный пятачок над морем, сидит там, оплакивая мужа. Или лежит уже мертвая…

Они не поленились подняться на утес, но впустую. Спустились, прошли вдоль моря. Ни Варвары, ни одежды.

— Плотвиц намекал, что Варвара могла утопиться, — вспомнил Борис.

— Плотвица бы утопить… Давай на другой пятачок сходим, за балкой!.. — предложил Рома. — Или ты в поселок собирался?

— Сходим, и поеду, — кивнул Борис.

Он устал, но подъем за балкой взял без особых усилий. Привык уже к восхождениям, и Рома чувствовал себя в горах, как бабочка на цветочной поляне. И к мистическому явлению Борис уже привык, хотя и вздрогнул, увидев стоящего у камня Рудольфа — в одних шортах. Лицо пластиковое, мимика нулевая, но Борису показалось, что манекен зловеще улыбается, глядя прямо на него. Ему вдруг стало холодно — до озноба.

— Эй, ты чего? — Рома тронул Бориса за плечо.

— Ничего!.. Просто думаю. Откуда Рудик взялся?

— Пришел. И заснул. Ночью снова оживет и пойдет.

— Куда?

— Такой большой, а в сказки веришь, — засмеялся Рома.

— Да нет, просто интересно, откуда он пришел… Тропинка дальше идет, мы так ни разу по ней не прошли.

— Давай попробуем… Ночью!

— За Рудиком последим? — улыбнулся Зайцев.

— Шутки шутками, а кто-то Рудика сюда принес.

— Может, Варвара?.. Узнала, где Петя манекен спрятал, и принесла.

— Если Петя убивал, — кивнул Борис.

— А он не убивал? — пронзительно посмотрел на него Рома.

— Больше некому.

— Вот я и думаю, что Варвара чудит. Может, убить кого-то собирается.

— Кого убить? Зачем?

— Твою жену, например. Чтобы на Петю не думали. Как будто кто-то другой убивает.

— А если она собирается убить твою жену? — спросил Борис.

Рома нахмурился и, ничего не говоря, повернулся к нему спиной. Спускался он быстро, Борис едва поспевал за ним.

Борис чувствовал в себе силы покорять горы, но угнаться за Ромой все-таки не смог. На подъеме Зайцев мощно вырвался вперед метров на пятьдесят и зашел к себе во двор, не дожидаясь его. А Борис отправился к себе.

Полина варила борщ, в доме тишь да гладь, так вдруг захотелось запереться от всех, закрыться в спальне, лечь, положив на тумбочку пистолет.

— Ты чего такой взмыленный? — встревоженно спросила Полина.

— От Рудольфа удирали.

— От кого?!

— Рудольф там за балкой, стоит у камня, улыбается, ночью, говорит, к вам в гости приду.

— Ты это серьезно?

— Знаешь, а я ему даже поверил, — усмехнулся Борис.

— Ты шутишь! — Полина умоляюще смотрела на него.

Она просила сжалиться над ней и не доводить до нервного срыва.

— Я поверил, а Рома сказал, что это Варвара могла принести Рудольфа, чтобы кого-нибудь из нас убить, а потом на Рудика свалить.

— Варвара, чтобы кого-нибудь убить?

— Чтобы на Петю не думали.

— Пете уже все равно!

— Варваре не все равно.

— Это Рома сказал?

— Ты ему веришь?

— Нет!

— А где Варвара? Мы все обошли, нет ее нигде. Машина стоит, а ее нет.

— Думаешь, она где-то прячется и готовит убийство?

— Я думаю, что нам нужно отсюда валить! И как можно скорей!

Шутки шутками, а вдруг Зайцев прав и Варвара на самом деле готовит убийство?.. Может, и Ворокуту убила она после того, как он ее изнасиловал, прижав спиной к осине. Шляхова вряд ли она сумела задушить, но с Алисой разобраться очень даже могла.

— И куда мы поедем?

— В Москву! Вернемся, когда все успокоится.

— Это похоже на бегство!

— А мы кому-то присягу давали жить здесь до последней капли крови?

— Да, ты прав… А Зайцевы?

— Рома, знаешь, как бежал — к своей Калерии? Переживал за нее, вдруг Варвара уже добралась до нее… А может, всего лишь делал вид, что переживал… Может, это он Маркова убил!

— Тогда Варвара будет мстить ему!

— Пусть делают что хотят!

На обед и сборы ушло почти два часа. Варвара о себе знать не дала, зато позвонил Зайцев, пришлось сказать, что им нужно уехать на недельку. Родственники из Краснодара позвонили, к себе зовут. Рома пожелал удачи благодушным голосом, но Борис почувствовал, что тот презрительно улыбается. Испугался сосед, бегством спасается, как его после этого уважать? Но как можно уважать мужчину, который