Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

мужчин ка, хоть и местная знаменитость, и он обаятелен и сможет сказать девчонке именно то, что она хочет услышать: я знаменит, и тебя я тоже могу сделать знаменитой. Давай залезай ко мне в мой «фольксваген»-фургон со шторками на окнах.

Я остановился:

— Думаете, что он — Мальчик-день-рождения?

Вот маленькая засранка…

А она, подпрыгивая у меня под боком, продолжала болтать, держа за лапу медведя и размахивая им во все стороны:

— Стивен Уоллес — нарциссист, для него никто не имеет значения, и он жил в этом месте с самого рождения — значит, он хорошо знает район и сам парк, — и у него есть очень подходящее транспортное средство, чтобы незаметно перевезти несовершеннолетнюю девочку-тинейджера, находящуюся в бессознательном состоянии, и вообще, для чего, как вы думаете, я попросила его устроить нам экскурсию по дому? — Доктор Макдональд остановилась и перестала размахивать медведем. — Только очень жаль, что мы там ничего не нашли…

Мы сидели в полицейском тенте и прихлебывали чай. В дальнем углу монотонно пел свою песню дизельный генератор, подавая электричество к прожекторам, освещавшим пространство светом холодного летнего полдня. Женщина с шишковатым носом, повысив голос, прокричала:

— Кажется, мы нашли еще одно тело. Теперь их шесть.

И еще пять осталось.

В затылке закололо горячими иголками. А что, если это была Ребекка? Что, если они нашли ее в конце концов… Желудок скрутило. Время еще есть — в списке жертв ее не было, и опознание займет больше времени.

Великолепный Стив Уоллес… Чтобы заставить его говорить, много времени не потребуется. Молоток, пассатижи и горелка для крем-брюле, как у Итана…

А потом что? Вырвать у него под пытками признание, чтобы потом защита порвала нас на куски. Стивен Уоллес выйдет из суда свободным и с толстой пачкой банкнот в кармане в виде компенсации.

— Шеф?

Я моргнул.

Женщина-лаборант, хмуро посмотрев на меня, ткнула через плечо большим пальцем руки на свежий кордон из желто-черной ленты:

— Я что говорю — георадар все еще работает. Мы в нем покопались, когда первую нашли, так что точно можно будет сказать только после того, как что-нибудь извлечем.

— Продолжайте копать. — Горло перехватило. — С Вебером я все утрясу.

Доктор Макдональд сидела, обхватив руками щербатую кружку; горячий пар, клубясь, поднимался к потолку шатра.

— Так вот, представишь, лежишь ты там, в холодной земле, восемь лет, одинокий и испуганный…

— Да уж… — Женщина отступила на шаг, одна бровь поднята вверх, другая опущена вниз. — Ну, я думаю, эти останки сами себя выкапывать не будут.

Я взглянул на залитые ярким светом пучки желтеющей травы:

— Образцы грунта вернулись из Абердина?

Она пожала плечами:

— Думаете, нам об этом говорят? — Взяла садовую лопатку и пошла прочь, нырнув под желтую ленту.

Доктор Макдональд прихлебывала чай, краем глаза наблюдая за мной.

— Мы что-то подозреваем? — спросила она наконец.

— Стивен Уоллес одиннадцать лет назад переделал весь дом. Через год после того, как Мальчик-день-рождения похитил Эмбер О’Нил. Если бы вы хотели сделать себе тайную комнату, в которой можно запытать до смерти двенадцатилетнюю девочку…

Доктор Макдональд морщила лоб:

— Винный погреб. Но мы же видели…

— Насколько я понимаю, там за вином целую пещеру людоеда спрятать можно.

Я вытащил мобильный телефон, набрал номер детектива-старшего инспектора Вебера и спросил про образцы земли.

— Откуда мне знать? Дики со своими кайфоломами влезли в расследование, и мы теперь что-то вроде вспомогательного персонала, мать его. И прежде чем ты спросишь — они сейчас в покойницкой, играют в докторов и кадавров.[94] Так что, если хочешь, чтобы тебе тоже что-нибудь досталось, ты знаешь, куда идти.

— Слушай, кто тебе в чай помочился?

— А ты как думаешь? Скользкий жополиз детектив-сержант Смит со своим новым лучшим другом, помощником шефа полиции Драммондом.

— Дай Смиту какую-нибудь дерьмовую работенку и проследи, чтобы он не переложил ее на какого-нибудь констебля. Скажи, что он единственный, кому ты доверяешь. Ему это очень понравится.

— Хммм… Тебе нужен номер этого парня?

Семь тысяч и сто фунтов…

— Наверное. Ты не знаешь какого-нибудь приличного места, где можно ребенку день рождения отпраздновать?

29

Морг сотрясался от грохота выдвигаемых из стены и задвигаемых обратно холодильных ящиков.

— Извините за неудобства… — Альф, лаборант отделения анатомической патологии, провел рукой по «конскому хвосту» и попробовал очередной выдвижной ящик. — Я знаю, что они где-то здесь.

Из нары маленьких динамиков в комнату сочилась слащавая песенка очередной мальчишеской группы, эхо отскакивало от кафельной плитки стен и пола. Вдобавок к этому в воздухе стояла отвратительная вонь от хлорки.

— Да где же вы? — Еще один ящик. — Ночная смена вчера проводила инвентаризацию — все вытащили, ящики вымыли и половину положили не на свои места. Ага! Вот оно.

Ящик был забит пачками бумаги, коробками с гелевыми ручками и упаковками бумаги для заметок. В глубине позвякивала пара бутылок, подозрительно напоминавших водку.

— Обычно хранил все это в офисе, но уборщики воруют понемногу. Здесь, по крайней мере, закрыть можно. — Он вытащил из стопки синий пластиковый фолдер и протянул мне: — Заключение судебной экспертизы — одна штука.

Доктор Макдональд стояла посреди комнаты и, обняв себя обеими руками, пялилась на пустые секционные столы.

— А что с девочками сейчас? — тихо спросила она.

— На долгосрочном хранении в Шортстейне, в технопарке, там есть хранилище с глубокой заморозкой. Не можем передать их на захоронение до суда — защита может потребовать провести собственное вскрытие.

— На это годы могут уйти…

Альф пожал плечами:

— Это уже от вас зависит, как быстро вы его поймаете.

Я листал промерзший отчет. Предварительный анализ грунта был заполнен диаграммами и таблицами с цифрами. В самом конце помещался небольшой кусок на нормальном английском языке.

— Пишут, что на теле обнаружены частицы земли, не соответствующие субстрату, в котором было захоронено тело.

Альф кивнул:

— Значит, их убили где-то в другом месте и захоронили.

Я пристально посмотрел на него:

— Точно, только мы не можем сказать этого по фотографиям на поздравительных открытках.

Его щеки покраснели.

— Ну… я просто… кхм. Хотите чаю или кофе или еще чего-нибудь?

Доктор Макдональд подошла к стене с выдвижными холодильными ящиками и положила руку на одну из дверок, сделанных из нержавеющей стали:

— Столько времени бедняжки лежали в холодной земле и все еще не могут вернуться к своим семьям.

Ничего, полежат еще немного. Столько, сколько нужно, чтобы взять Стива Уоллеса. После стольких лет пара дней ничего не решает…

Я кашлянул, положил отчет в папку и вернул его Альфу:

— Если сможем получить образцы земли с