Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

В самом центре этой лужайки стоял «ренджровер» Энди Инглиса, посверкивая темно-синей краской в свете низко стоящего солнца.

Я остановился:

— Вы кого-то ко мне домой посылали.

Миссис Керриган сделала пару шагов, потом, повернувшись ко мне лицом, улыбнулась:

— И вы, как я могу догадаться, хотите принести извинения за те слова, которые ваша грязная пасть произнесла в тот вечер по телефону?

— Вы послали человека изувечить меня.

— Откуда мне знать?

— Разгромили мой дом.

— Должна же быть какая-то причина для того, чтобы человек стал возвращать свои долги.

— Вы наняли Джозефа и Френсиса, чтобы они избили Сьюзан.

— Человек должен возвращать долги, чтобы не подвергать себя и своих близких ответным действиям.

Я вытащил руку из куртки.

Она бросила взгляд на то, что в ней находилось, потом снова посмотрела на меня. Облизала губы:

— Это то, что я думаю?

Я протянул ей конверт:

— Пятнадцать штук. Остальные четыре получите через пару недель.

Она вскрыла конверт и пересчитала банкноты. Две с половиной тысячи из ломбарда Крошки Майка, двенадцать за проданный «мерседес» Итана и пять сотен из полутора тысяч, которые он спрятал под своим рабочим столом в своем кабинете. Шесть сотен оставил себе — хватит, чтобы заплатить за вечеринку в честь дня рождения Кети, загородную прогулку на пони и приличный подарок.

Миссис Керриган сунула банкноты обратно в конверт, а конверт положила себе в карман.

— Вы имели в виду остальные шесть, — сказала она, и на ее лице появилась хищная улыбка.

— Четыре. Всего было девятнадцать тысяч, а не…

— Подотри свою задницу, констебль Хендерсон, это было до того, как ты перестал платить. Теперь ты должен двадцать одну тысячу, вместе с процентами.

Ну же, сделай это. Прямо сейчас подойди к ней и сделай дыру в башке, чтобы оттуда дерьмо полезло. Достань пушку и, мать ее, сделай это.

Я сделал шаг вперед.

Она ощерилась:

— В прошлый раз мы просто слегка поболтали с вашей подружкой. Хотите, чтобы мы поговорили с вашей женой и ребенком?

— Слушайте меня, миссис Керриган, и хорошенько раскройте уши, потому что это будет единственное предупреждение, которое я вам сделаю.

— Да ты представляешь, с кем говоришь, твою мать…

Она открыла рот и выпучила глаза.

Я приставил ствол «беретгы» к ее лбу:

— На тот случай, если вам это интересно, — эта штука французская, без предохранителя.

Она закрыла рот и облизала губы.

Я продолжил:

— Вот вам единственное мое предупреждение. Если вы только приблизитесь к Кети… или Мишель, я приду за вами. Не будет никаких сирен, никаких полицейских в форме — буду только я, вы и неглубокая могилка в лесу под городом. И это будет длиться долго, очень-очень долго. Вы поняли меня?

Пауза. Потом очень тихо:

— Да.

— Один шаг в сторону моей семьи — и я заставлю вас сильно пожалеть об этом.

— Я сказала, что поняла. А сейчас убери эту штуку, пока сам не поранился. — Она сделала шаг назад, повернулась и заскрипела сапогами в сторону «ренджровера» Энди Инглиса. — Все равно ты должен шесть тысяч.

Большие двустворные ворота на противоположной стороне трека распахнулись. В них, тарахтя и сотрясаясь всем корпусом, въехал древний «форд-капри» и, вздрогнув, остановился. За ним в ворота вошел здоровяк в куртке-аляске и затворил их с глухим стуком Он вытащил из багажника человека — это был юноша в джинсах и черной футболке, руки за спиной, как будто связанные.

Футболка, пошатываясь, поднялся на ноги. Аляска врезал ему но ночкам, и тот снова упал. Аляска схватил его за волосы и потащил но треку в сторону поросшего травой островка, направляясь к «ренджроверу». Парнишка беспомощно дрыгал ногами. Совсем не кричал.

Я сунул пистолет обратно в карман и пошел вслед за миссис Керриган.

— Эш, ах ты старый бастардо.[92] — Энди Инглис протянул пятерню. Пять футов четыре дюйма,[93] широкие плечи, короткие руки, акцент уроженца Глазго. Длинные, до воротника, седые волосы обрамляют небольшую, покрытую веснушками, лысину. Двубортный костюм из темно-синей, в тонкую полоску, ткани. В точном соответствии с образом. — Как дела?

Словно тисками сжал мне руку — мои суставы завопили от боли.

Я стиснул зубы и выдавил улыбку, не отводя глаз от мистера Инглиса. И не смотря в сторону Аляски, выбивавшего дерьмо из лежавшего на траве молодого человека.

— Не могу пожаловаться — просто ни один урод меня слушать не захочет.

Мистер Инглис хлопнул в ладоши и взревел от смеха, наклонившись вперед и слегка переступая ногами, как будто под ними шаталась земля:

— Помнишь того русского? Как там его звали, Михаил Громадныйсукинсынович? Кулаки как две совковые лопаты?

Рот молодого человека был заклеен упаковочной лентой — этим объяснялось его молчание, — по костлявому лицу текли слезы и кровь. С каждым новым ударом ботинка Аляски в его живот он вздрагивал и мычал, а удары все сыпались и сыпались — в живот, в бедра, в ребра и спину. Он был худой как щепка, каштановые волосы всклокочены, как у Кита Ричардса.

— Тринадцать раундов! — разулыбался мистер Инглис. — Старик, это был крутой бой.

Аляска, спотыкаясь, сделал пару шагов назад, согнулся пополам и, упершись руками в колени, стал отдуваться. Из отороченного мехом капюшона куртки поднимался пар.

Мистер Инглис пару раз ударил кулаками в воздух:

— Правый хук, джеб, джеб — и нокаут! Бац! — Покачал головой: — Вот были деньки… Слышал, как он захрипел? Три недели спустя, когда он вышел из больнички, кое-кто из парней, которые потеряли на нем большие бабки, решили отыграться. Потрудились над ним с щеподробилкой.

Очень мило.

— Миссис Керриган сказала, что ты хотел переговорить со мной?

— Старик, ты был что-то особенное… — Склонил голову набок, рыская глазами по моему лицу. Наверное, рассматривал синяки и едва подсохшие царапины. — Давай-ка посмотрим на твои золотые руки.

Протянул руки:

— Хотел занести немного деньжат. Я понимаю, что немного опоздал, но…

— Эш, я тебе что все время говорю? — Он покачал головой. Вздохнул. — Локтями работай, а не кулаками. Ты на суставы свои посмотри. В таком состоянии…

— Я понимаю, что слегка задержал, но…

— Смотри, вот так вот делай. — Он приставил левый кулак к правому плечу и резко ударил локтем вправо и вверх, очень быстро. С громким шлепком поймал удар ладонью правой руки. — Здесь нет хрящей, нет суставов, которые можно повредить, — просто кусок кости, которым можно отлично разбить ублюдку морду. — Нахмурился. Повернулся: — Миссис Керриган?

— Мистер Инглис? — Она возникла рядом со мной, как будто на ней сапоги-скороходы были надеты, резиновые.

Он кивнул в сторону