"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

не причиняю тебе вреда. Теперь ты прекратишь красть газету Гудмунды? Ты знаешь, кто она, не так ли? Пожилая леди с первого этажа. Что за неудачник крадет воскресную газету у пожилой леди? Или ты получаешь какое-то удовольствие, придираясь к людям, которые не могут постоять за себя?»

Молодой человек снова был на ногах. Возмущенно посмотрев на Сигурдура ли, он выхватил у него бумагу.

«Это моя статья», — сказал он. «И я не понимаю, о чем ты говоришь».

«Твоя бумага?» Сигурдур Óли быстро вмешался. «Тут ты ошибаешься, приятель; это бумага Гудмунды».

Только сейчас он бросил взгляд в вестибюль, где рядами висели почтовые ящики, по пять в поперечнике и три в высоту, и увидел бумагу, торчащую из почтового ящика Гудмунды так, как он ее оставил.

«Черт!» — выругался он, возвращаясь в свою машину и пристыженно уезжая.

3

В понедельник утром он направлялся на работу, когда услышал новость о том, что в съемной квартире в районе олд-Тингхолт, недалеко от центра города, обнаружено тело. Молодой человек был убит, ему перерезали горло. Криминалисты быстро прибыли на место происшествия, и остаток дня Сигурдур Óли провел, опрашивая соседей молодого человека. В какой-то момент он столкнулся с Эльнборгом, который отвечал за это дело и казался таким же спокойным и невозмутимым, как всегда; скорее, слишком спокойным и невозмутимым на вкус Сигурдура ли.

Днем ему позвонил Патрекур и напомнил, что они планировали встретиться, но, услышав об убийстве, он сказал, что Сигурдуру Óли следует забыть об этом. Сигурдур & # 211;ли сказал ему, что все в порядке; они могли бы встретиться позже в тот же день в кафе, которое он предложил. Вскоре после этого ему позвонили еще раз, на этот раз со станции, по поводу человека, который спрашивал об Эрленде и отказывался уходить, пока ему не разрешат с ним увидеться. Мужчине сообщили, что Эрленд в отпуске в сельской местности, но он не поверил этому. В конце концов, он сказал, что поговорит вместо этого с Сигурдуром, но в конце концов ушел, отказавшись назвать свое имя или назвать свое дело. Наконец, позвонила Берг óра и попросила его встретиться с ней следующим вечером, если у него найдется свободное время.

Проведя день на месте преступления, Сигурдур Óли отправился на встречу с Патрекуром в пять в условленное кафе в центре города. Патрекур был там первым, его сопровождал шурин его жены, которого Сигурд смутно знал по вечеринкам в доме своего друга. Перед мужчиной стояло пиво, и он, по-видимому, уже опустошил рюмку.

«Тяжеловато для понедельника», — прокомментировал Сигурд Óли, неодобрительно глядя на него, когда он садился за их столик.

Мужчина неловко улыбнулся и взглянул на Патрекура.

«Мне это было нужно», — сказал он и сделал глоток пива.

Его звали Герман, и он был оптовым торговцем, женатым на сестре Санны.

«Итак, что случилось?» — спросил Сигурд Óли.

Он почувствовал, что Патрекур был не в себе, как обычно, и догадался, что ему неловко из-за того, что он организовал эту встречу, не предупредив Сигурдура Óли о приезде Германа; как правило, он был человеком легкого поведения, быстро улыбался и всегда отпускал шутки. Иногда они вместе ходили в спортзал ранним утром, а потом быстро выпивали кофе, или в кино, и даже время от времени проводили вместе отпуск. Патрекур был самым близким человеком, который был у Сигурдура Óли, как лучший друг.

«Вам знаком термин «раскачивание»?» Теперь Патрекур спросил.

«Нет, ты что, имеешь в виду танцы?»

Губы Патрекура дрогнули. «Если бы только», — сказал он, не сводя глаз с Германна, который потягивал пиво. Рукопожатие Германна было слабым и влажным, когда Сигурд Óли приветствовал его. У него были жидкие волосы, мелкие правильные черты лица и, несмотря на то, что он был элегантно одет в костюм и галстук, на подбородке у него была многодневная щетина.

«Так ты говоришь не о свинге — танце сороковых?» Спросил Сигурдур Óли.

«Нет, на вечеринках, о которых я говорю, танцуют не так уж много», — тихо сказал Патрекур.

Германн допил свое пиво и махнул официанту, чтобы тот принес ему еще.

Сигурдур Óли посмотрел на Патрекура. В шестом классе они основали неоконсервативное общество, известное как Милтон, и выпускали одноименный восьмистраничный журнал, воспевавший индивидуальное предпринимательство и свободный рынок. Они пригласили известных ораторов правого толка приехать в школу и выступить на немногочисленных собраниях. Позже, к большому удивлению Сигурдура ли, Патрекур выступил против журнала, проявив симпатии к левым и начав выступать против американской базы в Миднешейди, призывая Исландию выйти из НАТО. Это было примерно в то время, когда он встретил свою будущую жену, так что, вероятно, это отразило ее влияние. Сигурдур & # 211; ли боролся в одиночку, чтобы поддержать Милтона, но когда журнал сократился до четырех страниц и даже молодые консерваторы больше не утруждали себя посещением собраний, все это умерло естественной смертью. Сигурдуру & # 211; ли по-прежнему принадлежали все предыдущие номера «Милтона», включая тот, в котором содержалось его эссе: «США спешат на помощь: ложь о причастности ЦРУ к Южной Америке».

Они с Патрекуром одновременно поступили в университет, и даже после того, как Сигурдур & # 211;ли отказался от диплома юриста, чтобы поступить в полицейскую академию в США, они продолжали регулярно переписываться. Патрекур приехал навестить его со своей женой Санной и их первым ребенком, когда он еще учился на инженерных курсах, увлеченный разговорами о механике грунтов и проектировании инфраструктуры.

«Почему мы говорим о свингинге?» — спросил Сигурдур Óли, который ничего не мог понять из намеков своего друга. Он стряхнул пыль со своего нового светлого летнего пальто, которое все еще носил, несмотря на наступление осени. Он купил его на распродаже и был им весьма доволен.

«Ну, мне немного неловко говорить с тобой об этом. Ты знаешь, что я никогда не прошу тебя об одолжениях как полицейского». Патрекур неловко улыбнулся. «Но дело в том, что Герман и его жена оказались в затруднительном положении из-за некоторых людей, которых они едва ли даже знают».

«Что за крутой поворот?»

«Эти люди пригласили их на вечеринку свингеров».

«Ты опять о том, что хочешь раскачаться».

«Позволь мне сказать ему», — перебил Германн. «Мы занимались этим совсем недолго и после этого прекратили. «Свингинг» — это другой термин для…» Он смущенно кашлянул. «… это еще один термин, обозначающий обмен женами».

«Обмен женами?»

Патрекур кивнул. Сигурд Óли уставился на своего друга, разинув рот.

«Разве ты и Санна не тоже?» — спросил