Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Снейдер кивнул. «Видимо, так и было».

– А сейчас оставьте меня ненадолго одного!

– Конечно. – Доктор Вуди вышел из спальни.

Снейдер выключил свет в гардеробной. Длинные черные волосы Ирены блестели в матовом свете, который проникал в комнату через щель между занавесками. На полу прямо под ее головой собралась маленькая лужица слюны, которая уже наполовину высохла.

Коллеги из криминалистического отдела возненавидят его за это, но Снейдер все равно взял опрокинутый стул, поставил перед трупом и сел. Снейдер поднял голову и взглянул в черные зрачки Ирены. Он долго смотрел на нее, пока все вокруг само собой не исчезло.

«Почему ты это сделала?»

Неожиданно ему захотелось поговорить с Иреной. Сказать ей что-нибудь, прежде чем ее душа навсегда покинет это помещение. А он знал, что ее душа еще здесь. К тому же у него было чувство, что она могла его слышать, словно лишь ждала, чтобы кто-то обратился к ней с добрыми словами, прежде чем она навсегда покинет это холодное безжизненное тело – это помещение, этот дом и эту землю.

«Ты такая красивая. Даже сейчас. – Снейдер коснулся перчатками ее щеки. – И я знаю, что не ты сделала себе этот укол. Ты, наверное, даже не знаешь, как управляться с таким шприцем. В твой дом кто-то проник?»

«Мартен, ты видел следы взлома?»

Его сердце забилось сильнее. На мгновение ему даже показалось, что ее губы зашевелились. И он услышал этот вопрошающий голос в своей голове. Постепенно сердцебиение успокоилось.

«Следов взлома нет. Уборщица все вычистила, сделала свою работу и, лишь когда поднялась в спальню, обнаружила твой труп. Если бы кто-то незаконно проник в дом, уборщица заметила бы следы взлома. Разбитое окно, сломанный замок или взломанную дверь. Но ничего такого не было.

Значит, убийца спокойно вошел в дом через входную дверь, – продолжал размышлять Снейдер. – Получается, ты должна была его знать. Ты его знала, Ирена?

„Подумай, Мартен, кто бы это мог быть?“

Да, кто?

Твой муж, с почти двумя десятками коллег, служит в отделе по борьбе с наркотиками. Сотрудники РПН работают под прикрытием. И вот ты умираешь от передозировки спидбола.

Нет! Не от этого! Тебе сделали укол, а затем ты сама себя задушила. Это был проклятый несчастный случай.

Но зачем все это? Из мести?

Какие здесь есть наркокартели? Албанцы, русские, армяне или чеченцы? И дело Хардковски, который пять лет назад вошел в этот бизнес. Кто из них это был?»

Все части пазла были в наличии. Лежали перед ним. Он должен был просто собрать их в правильном порядке.

Снейдер вернул стул в его изначальное положение и покинул дом. Между тем коллеги из криминалистической службы уже час работали в доме.

Тем временем Снейдер стоял на берегу, смотрел на гладкое, как зеркало, озеро, курил самокрутку и наблюдал за солнцем, медленно клонящимся к горизонту. Тут зазвонил его телефон. Он немедленно ответил.

– Да?

– Мы нашли Томаса Хардковски, – сказал коллега из уголовной полиции Франкфурта. – У него есть алиби на всю первую половину дня.

Дьявол! Снейдер заскрежетал зубами.

– Проверьте алиби, возможно…

– Уже проверили, алиби железное.

– Но, возможно, он…

– Снейдер! Мы его проверили! – Коллега начинал раздражаться. – В девять утра Томас Хардковски находился в Таможенном криминальном ведомстве в Кёльне. Коллеги допрашивали его там на протяжении часа.

Проклятье! Снейдер положил трубку. Убрав телефон, он услышал, как к нему кто-то подошел. Не оборачиваясь, по запаху мужского парфюма он узнал доктора Вуди.

– Закончили? – спросил Снейдер.

– Да, закончили. Ничего нового не выяснилось, – пробурчал врач. – А вы что-нибудь обнаружили?

– Проблема в том, что вы видим вещи, следы и места преступлений не такими, какие они на самом деле, – пробормотал Снейдер и задумчиво затянулся. – Мы видим их такими, какие мы есть.

– Простите?

Снейдер посмотрел на него.

– Мы должны абстрагироваться от собственных эмоций и взглянуть на место преступления абсолютно нейтрально.

– И к какому выводу вы пришли?

Снейдер подумал об алиби Харди и пожал плечами.

– Этого я пока еще не знаю.

Доктор Вуди прочистил горло и кивнул на полицейских, которые осматривали участок.

– Я немного поговорил с вашими коллегами. Они рассказали, что вы профайлер.

– Полицейский аналитик или судебный психолог, если хотите.

– И вы курите эту штуку? – Доктор Вуди скривил лицо.

– Некоторые коллеги пьют, некоторые курят, другие ходят по борделям и трахаются до потери сознания, чтобы забыть, что они видят на работе каждый день, – сказал Снейдер.

– В моем случае это вкусная еда. – Улыбаясь, доктор Вуди похлопал себя по животу.

Снейдер взглянул на рубашку врача, которая опасно натягивалась на животе.

– Как насчет диеты? Доктор Вуди помотал головой.

– Я сидел на диете пять недель, но все, что я потерял за это время, – пять недель.

Снейдер изобразил подобие улыбки – хотя это особое выражение лица, по большей мере, пугало людей.

– Хотите знать, что отличает меня от других полицейских аналитиков?

– То, что вы курите травку?

Снейдер помотал головой.

– Есть профайлеры, которые стали торчками. Но я первый торчок, который стал профайлером.

Врач удивленно приподнял брови.

– Вы еще никогда не слышали о побочных действиях?

Снейдер затянулся.

– Я начал читать о вредных побочных действиях и тут же прекратил.

– С вами действительно сложно вести серьезный разговор.

Снейдер поднял окурок и посмотрел на тлеющий огонек.

– Вероятно, все дело в этом. – Он медленно выдохнул, и внезапно доктор Вуди оказался на расстоянии нескольких сотен метров на берегу, он жестикулировал и что-то говорил, но Снейдер не понимал ни слова.

С ума сойти!

Снейдер снова увидел перед собой все части пазла. На этот раз они парили как маленькие кораблики над поверхностью воды.

«Никаких следов взлома. Никаких следов борьбы. Никаких травм. Алиби Харди.

Ирена, кто-то сделал тебе укол, а затем оставил ложные следы в твоей спальне.

Ты сама впустила его.

После того как твой муж вышел из дома».

Неожиданно части пазла стали собираться в картинку.

«Ирена, ты не впустила бы в дом русских, албанцев, чеченцев или армян. Только не ты! Ты впустила того, кого знала. Может, правую руку Томаса Хардковски? Но почему? Ты знала, что он торгует наркотиками. Наверняка ты сомневалась. Что он тебе сказал?

– Фрау Айзнер, я могу войти? Я должен поговорить с вами. Я работал на Томаса Хардковски, но хочу выйти из наркобизнеса. Поэтому должен встретиться с вашим мужем. Это срочно!

Оказавшись внутри, он набросился на тебя, усыпил, перенес в спальню и сделал укол. Из мести? Нет! Скорее всего, это было красноречивое предупреждение. Не лезь в наши