Искатель, 2011 № 08 - Журнал «Искатель»

затвор и направился к нам. В доме отворилась дверь, на пороге показался начальник службы безопасности отцовой фирмы, отставной полковник Павел Иванович Копалин. Теперь понятно, чья «Вольво» стояла у ворот, отец попросил его немедленно ехать в Лобню, должен же кто-то смотреть, чтобы канделябры не пропали. И вообще, защитить честь хозяина строительной компании, если это потребуется. Павел Иванович остановился, с любопытством наблюдая за тем, как следователь пытается арестовать меня.

— Да ладно тебе, Мелков, — миролюбиво сказал я. — Лучше объясни, что тут стряслось.

— Объясню, но чуток позже и не тут, — сказал Мелков. — Миша, задержи его и тех, с кем приехал. Говорить будем после, в отделении.

— Что-то долго ты ехал, Андрей! — недовольно сказал Павел Иванович. — Может, сдать тебя этим ребятам? Устроил тут, понимаешь... У отца сегодня важная встреча, а мы вынуждены хреновиной всякой заниматься!

Он был давним другом отца и плохим, на мой взгляд, начальником СБ.

— Так ведь пробки на дорогах, дядь Паш, — сказал я.

— Лучше б эти пробки не дали тебе припереться сюда с такими гостями!

Следователь махнул рукой «физику», отправляя его на место временной дислокации, с усмешкой посмотрел на меня.

— Значит, Андрей Корнилов? Очень даже хорошо. На ловца и зверь бежит. Документы имеются?

— Да, оружие тоже, и разрешение на него. Я медленно достану удостоверение, а ты не пугайся, идет?

Я расстегнул куртку, достал удостоверение, протянул его Мелкову. Тот внимательно изучил его, видимо, искал, к чему бы придраться, не нашел, вернул «корочку».

— А говорили, ты ушел из органов.

— Кто говорил?

— Не важно. Должен понимать, Корнилов, теперь говорить буду я, в смысле, спрашивать. А ты — отвечать.

— Согласен, только скажи, кто пострадал?

— А кто тут был?

— Парень с девушкой, машина ее, когда ехали сюда, она была за рулем. Что с ней?

— Не знаю. В машине был труп мужчины лет двадцати пяти, документов при нем не было. Девушка поначалу тоже была в машине, а потом исчезла. Там, на полу, валялась ее сумочка. Ну, теперь давай рассказывай по порядку, что тут было.

Павел Иванович приблизился к нам, пожал мне руку, потом хлопнул по плечу.

— Ну, тогда я поехал, а ты тут разбирайся. Ключи твои лежат в холле, видать, спешили так, что и дверь запирать не стали... В доме еще один боец, смотри, не запри его. Черт-те что творится! Позвонишь отцу, когда все закончится, а я из машины позвоню.

Седой кряжистый полковник в отставке неторопливо зашагал к калитке. Дорогой костюм «с отливом», лакированные ботинки, «Вольво» за забором — важная персона! Наверное, это хотел сказать следователь, провожая взглядом Копалина. И добавить что-то непечатное. Не добавил, по крайней мере, вслух, повернулся ко мне, уставился немигающим взглядом, скрестив руки на груди. Надеялся узнать хоть что-то интересное для следствия. Я разочаровал его, ибо поведал именно ту версию, которой решил придерживаться, когда мы ехали сюда, и втолковал Артемову неподалеку от дачного поселка. Если рассказывать с умом, уточняя, что именно и в каком контексте интересует дотошного следователя, можно узнать практически все о том, что случилось на даче примерно между тремя и четырьмя часами ночи.

Марьяна и Влад стремительно выскочили из дома, бросились к машине. За руль сел Влад, Марьяна, видимо, рядом. «Шкода» направилась к воротам, до них было метра четыре, когда машина поравнялась с кустом жасмина, притормозила или совсем остановилась. И в этот момент из кустов вышел человек и нанес сильный удар палкой в полуоткрытое окно водителя. Потом еще несколько раз ударил по голове (окровавленная палка лежала у переднего колеса). Злоумышленник взял у Влада пистолет (кобура осталась под плечом) и, видимо, принудил девушку уйти вместе с ним. Они направились по улице в сторону забора, перелезли через него, а там, за рощей, стояла машина — «Жигули». На ней преступник увез девушку в неизвестном направлении. Это все, чем располагало и что предполагало следствие на данный момент. Соседи ничего не слышали, кто-то обратил внимание на «Шкоду» лишь в семь утра и сообщил в милицию.

Итак, погиб Влад, четвертый человек за несколько дней. Хорошо, что Марьяна осталась жива. Правда, ей теперь несладко, но хоть надежда есть спасти девушку.

— Странные тут у вас бандиты, — сказал я.

— Не у нас, а у вас, — сердито возразил Мелков.

— Дом осмотрели?

— А ты как думал? Видимых признаков борьбы не обнаружено. Пойдем, посмотришь хозяйским взглядом, может, что не так?

В холле, на столике лежала связка ключей, похоже, Влад и не прикасался к ней. На диване — подушка и верблюжье одеяло без пододеяльника. На кухне порядок, посуда вымыта, на столе — пачка печенья, раскрытая упаковка с пакетиками «капучино», батон хлеба в полиэтиленовом пакете. Остальные продукты — в холодильнике. Я поднялся на второй этаж. Постель в спальне была не заправлена, сумка с одеждой Марьяны стояла на полу. Действительно, в спешке убегала, наверное, даже ночную рубашку не сняла, натянула джинсы, набросила курточку и помчалась вниз. Свитер и белье остались на пуфике...

Значит, выследили, вычислили... Но почему Влад никому не позвонил? Почему решил уехать, ведь мог же продержаться какое-то время в доме, тем более с пистолетом? Мог, но решил, что надежнее будет уехать. Очень странное решение. Особенно если учесть, что преступник был один и вооружен лишь толстой палкой, подобранной в роще. Кстати, если оба они были напуганы, почему Влад не достал пистолет, не был готов к нападению? Душа в пятки ушла? Что-то не верилось в это...

А вот насчет преступника у меня было свое мнение, и я не собирался высказывать его Мелкову. Следы кроссовок сорок четвертого размера, оставленные бандитом у жасминового куста, были мне знакомы. Я уже видел их у себя в квартире. Немой племянник Лилии Георгиевны, Вася, не разувался ведь...

Мои показания заняли половину страницы, Сырник написал и того меньше. Оба листка я положил на стол перед Мелковым, он и Артемов сидели на кухне.

— Все, начальник, мне пора, — сказал я.

— Выгоняешь?

— Да нет, можешь остаться, переночевать. Я позвоню отцу, он гувернера пришлет.

— Полчаса придется обождать, я еще не закончил. Артемов много интересного рассказал. Ты на всякий случай далеко от Москвы не уезжай.

— Может, тебе подписку о невыезде дать? — разозлился я. — Мои показания несложно проверить у охранника, который дежурил вчера на шлагбауме. Он меня знает, когда приехал, когда и с кем уехал, — все скажет. Вот и работай.

— Пожалуйста, продолжайте, — сказал Мелков Артемову, который нервно покусывал кончик авторучки, обдумывая очередное предложение. — Пойдем, Корнилов, выйдем, поговорим.

Мы вышли во