Смертельный след - Андреас Грубер

позднее утра четверга, чтобы вернуться к десяти утра пятницы, когда подъедут бетономешалки для заливки фундамента ее зимнего сада. Но она вовсе не хотела испытывать судьбу так долго. Чем раньше она покинет остров, тем лучше – все это время существовала опасность, что кто-нибудь обнаружит тело Вики в котловане под зимний сад. Кроме того, оставалось лишь надеяться, что ассистенту не придет в голову наведаться к ней домой, чтобы узнать о ее самочувствии.

В любом случае, когда она покинет остров, майоркинская полиция предположит, что Вики бесследно исчезла именно на Майорке, и начнет поиски, но тела никто не найдет, а у нее самой будет идеальное алиби на время исчезновения кузины – к тому же доказать, что она вообще покидала Австрию, будет непросто.

Между тем они ехали через престижный район с роскошными виллами на холмах. Последние километры проходили по узкой прибрежной дороге с захватывающим видом, где автобусу часто приходилось резко тормозить, потому что встречные машины делали обгон многочисленных велосипедистов невозможным.

Леа смотрела на бескрайнее море, пока звонок ее – точнее, Викиного – телефона не вырвал ее из размышлений. Восточноевропейский военный марш в качестве рингтона. Типично для Вики. И снова при одной лишь мысли о ней у Леа на глаза навернулись слезы.

– Не хочешь хотя бы посмотреть, кто звонит?

– Да, пожалуй…

Леа провела ладонью по глазам и достала телефон из поясной сумки. Звонивший был сохранен под аббревиатурой ВГ, а ниже высвечивался незнакомый номер с австрийским кодом. Леа убавила громкость до минимума, но после десятого звонка ей это надоело, и она просто сбросила вызов.

– Наверное, не так уж важно.

– Будем надеяться.

Глава 39

Испанка в темно-синем деловом костюме забрала Снейдера и Сабину из аэропорта на лимузине. Женщина знала не только о прибытии Рона Д. Пакулы, но и Анны Бишофф. Видимо, Пауль Конрад сразу добавил трансфер для своей дочери к своей собственной брони.

Путь пролегал через весь остров к комплексу «Аурелия Бэй Клаб Резорт» на другом конце Майорки. Вход в отель был прямо с улицы – через просторную солнечную террасу можно было попасть в футуристическое главное здание с ресепшен. Все это располагалось на небольшом холме, с которого открывался вид на пляж Кала-Фигера.

– Я отнесу ваш чемодан в апартаменты, – сказала испанка.

– Хорошо. – Снейдер стоял у широкой мраморной балюстрады и, пока Сабина протягивала женщине чаевые, смотрел вниз на море.

Это была величественная картина. Территория отеля простиралась вдоль всей полукруглой бухты. Насыпной песчаный пляж с бесчисленным количеством пальм светился желтым, за ним блестело лазурное море.

Сам отельный комплекс, помимо большого главного корпуса и дополнительных построек, расположенных на холме, состоял из нескольких сотен роскошных полутораэтажных бунгало-апартаментов, разбросанных по всей ширине бухты до самого пляжа. Некоторые домики представляли собой двойные апартаменты с большой общей террасой, но большинство имели собственный небольшой садик, располагались как минимум в десяти метрах от соседей и были отделены живой изгородью.

Если главное здание больше напоминало современный конференц-центр из стекла и белого каррарского мрамора, то жилые апартаменты были выполнены в мавританском стиле: белый камень, террасы, колонны, арки, изящные резные двери и ставни. Между ними тянулись лужайки с пальмами и живыми изгородями, а по асфальтированным дорожкам курсировали гудящие электрокары.

В центре комплекса располагался огромный разветвленный бассейн, а по внешнему периметру территории справа – насколько мог судить Снейдер – находились три теннисных корта, поле для гольфа, амфитеатр и даже вертолетная площадка. Слева была открытая спа-зона с джакузи, сауной и фитнес-трассой; дальше, ближе к морю – пляжная дискотека, а за ней – небольшой яхт-клуб с тремя длинными причалами, у которых были пришвартованы десятки яхт. Все это выглядело как огромный, полностью автономный элитный поселок. Построен он был – как Снейдер выяснил, погуглив по дороге на телефоне, – гостиничной сетью из Дубая.

– Впечатляет? – спросила Сабина.

– Да, – признался он и кивнул в сторону вертолетной площадки. – Хотя интересно, почему нас не забрали вертолетом.

– Серьезно?

Он пожал плечами.

– Ладно. Не хотите приветственный коктейль, прежде чем мы здесь осмотримся? – спросила Сабина и, не дожидаясь ответа, вошла в здание.

Снейдер проводил ее взглядом. Ему, в общем-то, было все равно, что она думает по поводу отмененного отпуска – работа есть работа. Тем не менее он почувствовал некоторое облегчение от того, что она, похоже, быстро смирилась с ситуацией. По крайней мере, обстановка компенсировала многое – здесь было определенно красивее, чем в Мюнхене.

Он тоже прошел через автоматические стеклянные двери главного корпуса и тут же был встречен бульканьем фонтанчика. Они зашагали через кондиционированный холл с тонированными голубыми окнами, в центре которого стояла огромная колонна из стекла – три метра в высоту и полтора в ширину, притягивавшая взгляды. В темносиней воде декоративного аквариума плавали несколько медуз диаметром не менее сорока сантиметров с метровыми щупальцами. Хорошо, что они были заперты здесь – он определенно не хотел бы встретиться с такими тварями на пляже.

Снейдер незаметно огляделся. В одном лишь холле стояли трое сотрудников охраны отеля. Не какие-то перекачанные «мачо» для устрашения, а обычные, неприметные парни с рациями и перцовыми баллончиками на форменных ремнях. Профессионалы – Снейдер сразу понял это по их внимательным взглядам.

По пути к большой, изогнутой мраморной стойке регистрации он прошел мимо нескольких щитов в человеческий рост, рекламировавших воркшопы «Позитивное мышление», и лишь недоуменно покачал головой. Затем прислонился к стойке рядом с Сабиной, которая, видимо, как раз занималась оформлением их заселения. Хотя среди вещей Конрада он не нашел никакого гостиничного ваучера, тот, очевидно, остановился именно здесь – и теперь было особенно интересно, узнает ли кто-нибудь на ресепшен Пауля Конрада. Очень хотелось верить, что этого не случится.

– Добро пожаловать в «Аурелия Бэй Клаб Резорт», – сказала с испанским акцентом темноволосая красавица примерно возраста Снейдера. На золотой табличке, прикрепленной к лацкану темно-синей формы, было написано «Мерседес». Позади нее висели большие фотографии испанской королевской семьи и шейха Дубая с семьей. – Как прошло ваше путешествие? – спросила она.

– Хреново, – пробурчал Снейдер. – Самолет задержали на два часа.

– О, мне жаль. Зато ваши апартаменты уже готовы. Минуточку… – Мерседес принялась быстро печатать на клавиатуре; на стене за ее спиной, рядом с портретами, тихо тикали часы, показывающие время в разных часовых поясах – от Лос-Анджелеса и Нью-Йорка до Лондона, Москвы, Пекина и Токио.

Между Германией и Майоркой разницы во времени не было, так что по крайней мере в этом плане Снейдеру не пришлось перестраиваться. Ему было вполне достаточно