Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

В душе Фан Му зародилось нехорошее предчувствие. Он повернулся к озадаченному Ян Сюэу и произнес:

– Сейчас меня больше волнует, продолжит ли он убивать.

* * *

Ми Нань в белом лабораторном халате стояла спиной к двери и внимательно изучала образец следа в своей руке. Фан Му постучал. Она обернулась, но не сказала «входи» или «минутку», только бросила на него быстрый взгляд и тут же вернулась к работе.

Фан Му немного растерялся, не зная, входить или нет, но все же толкнул дверь:

– Удалось что-нибудь найти?

Ми Нань молча передала ему образец. Это был неполный отпечаток передней части ступни, ширина которой, по данным, указанным выше, равнялась 10,12 сантиметра. Подсчитав в уме, Фан Му спросил:

– Рост около метра семидесяти четырех?

Ми Нань кивнула:

– Сильное давление на стопу, не совсем равномерное. Края немного нечеткие, присутствуют следы шарканья.

– Вывод?

Вместо ответа Ми Нань подошла к стоящему в углу обувному шкафу и, вытащив из него пару кед, обратилась к Фан Му:

– Идем со мной.

Они пришли в пустующий и старый конференц-зал. Ми Нань вытерла пол шваброй, а затем выплеснула на него красную жидкость:

– Надевай.

Фан Му понял, что она хочет использовать характеристики его следов в качестве системы отсчета, по которой можно было бы предположить соответствующие характеристики подозреваемого. Бетонный пол конференц-зала походил на пол с места преступления и являлся подходящим местом для проведения эксперимента с нанесением следов на поверхность.

Фан Му снял кожаные туфли и осмотрел кеды в своей руке.

– На подозреваемом была такая обувь?

– Да, это обувь с подошвой из вулканизированной резины. – Ми Нань сделала жест рукой: – Исходя из рисунка подошвы и противоскользящих насечек, подозреваю, что это кеды «Конверс».

– Размер?

– Примерно сорок второй. – Ми Нань опустила глаза. – Почти как у тебя.

– Ты знаешь мой размер? – удивился Фан Му.

Она не ответила, только махнула рукой, давая понять, чтобы он поторопился.

В течение следующего часа Ми Нань заставляла его наступать в красную жидкость и ходить взад-вперед по бетонному полу десятки раз, после чего поочередно измеряла и изымала следы, образовавшиеся в результате каждой прогулки. Затем отнесла все образцы в лабораторию и тщательно сравнила их с образцом с места преступления.

Фан Му сидел в стороне и молча наблюдал за ней. Ми Нань была сосредоточена, терпелива и не обращала внимания ни на что вокруг. Казалось, существует некий невидимый барьер, который полностью отделяет ее от внешнего мира. Взгляд Фан Му скользил по ее рукам, лицу, сжатым губам и изредка нахмуренным бровям, и где-то в глубине его сердца медленно расползался покой. Он чувствовал себя расслабленным, даже немного ленивым, но ничуть не смущенным тем, что остался в стороне.

Спустя некоторое время Ми Нань отложила образцы и, словно выбившись из сил, потянулась. Затем посмотрела на Фан Му, который тихо сидел рядом, и, нежно улыбнувшись, произнесла:

– Я проголодалась.

* * *

Они обедали в закусочной, где подают лапшу с говядиной. Ми Нань ела с большим аппетитом, но по-прежнему была неразговорчивой и на большинство вопросов отвечала «ага». Фан Му заскучал и за неимением лучших вариантов уткнулся носом в тарелку. Где-то через полчаса они уже покончили с едой. Фан Му хотел еще немного посидеть, но Ми Нань уже встала, и ему пришлось оплатить счет и пойти вслед за ней.

Всю дорогу до отделения они молчали. Фан Му бросал взгляды на Ми Нань через зеркало заднего вида, но та все время рассеянно смотрела в окно. Остановившись на светофоре на перекрестке неподалеку от отделения, Фан Му взглянул на часы и спросил:

– Еще рано… Может, посидим где-нибудь?

Ми Нань ничего не ответила, тем самым выражая своеобразное согласие.

Фан Му облегченно вздохнул и повернул направо.

* * *

Несмотря на будний день, на Площади Героев было многолюдно. Здесь были и мамы, играющие с детьми, и прогуливающиеся молодые влюбленные, и еще больше пожилых людей, общающихся в группках.

Фан Му взял из машины неполную бутылку воды и тряпку и повел Ми Нань прямо к центру площади. Там располагалась квадратная бетонная платформа, окруженная соснами и кипарисами. На мраморном пьедестале грандиозно возвышался огромный цилиндрический стальной слиток три метра диаметром и пять метров высотой. Верхняя часть была полукруглая, неполированная, поверхность грубая и потемневшая, а под воздействием солнца и дождя в нескольких местах проступили пятна темно-красной ржавчины, усиливающие крепкий и свирепый образ.

Перед платформой лежало несколько букетов – кто-то не так давно приходил выразить почтение. Фан Му убрал из букетов засохшие веточки и увядшие цветы и поправил те, что разлетелись от ветра. Затем присел на корточки, намочил тряпку водой из бутылки и протер лицевую часть мраморного пьедестала. По мере его движений на мраморе проявилось несколько выгравированных имен. Фан Му нежно и медленно погладил их рукой и произнес про себя:

Чжэн Линь. Фэн Жохай. Чжань Хун.

Голова Фан Му медленно опустилась; он преклонил колено, почитая их память с несравненной преданностью. Спустя некоторое время поднял голову и тщательно протер весь мраморный пьедестал.

Ми Нань наблюдала за действиями Фан Му со стороны, не задавая вопросов и не помогая. В этот момент, наверное, было лучше позволить ему сделать все самому.

Она слышала об этом памятнике и знала, что в этом слитке расплавлены трое полицейских, которые день и ночь стояли перед Департаментом общественной безопасности города C., расположенном на другой стороне площади. Она не знала, какие отношения связывают Фан Му с этими полицейскими, но полагала, что это отнюдь не просто товарищи по оружию[87].

Фан Му достал три сигареты, зажег их и положил на пьедестал, после чего сел, прислонившись спиной к стальному слитку, и погрузился в раздумья. Ми Нань медленно подошла и посмотрела на три имени, а затем на Фан Му.

– Сколько же всего… – Она сделала паузу. – Я еще не знаю о тебе?

– Очень много. В будущем я обязательно расскажу тебе. – Фан Му улыбнулся. – Но не сейчас.

– Почему?

Фан Му поднес указательный палец к губам:

– Прислушайся. Они кричат.

* * *

Под вечер Фан Му поехал домой. Припарковавшись, он не спешил выходить, а закурил сигарету прямо в кабине и посидел так еще некоторое время, затем взял купленные овощи и фрукты, медленно вышел из машины и запер ее.

Издалека Фан Му заметил маячившую перед его подъездом фигуру и, немного присмотревшись, узнал сестру Чжао.