Зарубежный детектив 2026-9 - Джон Бердетт

Надо проверить в глазок. Но от мысли подойти к двери ей стало страшно. Незнакомец больше не нажимал на звонок, но, кажется, поджидал за дверью.

Ёнён встала с кровати и вышла из комнаты. Сначала она проверила гостиную. Санми подняла в ее сторону голову и посмотрела заспанными глазами. Связанные руки и ноги явно доставляли много страданий. Ёнён закрыла дверь в гостиную, подошла ко входной двери и посмотрела в глазок. В это короткое мгновение ужасные картинки, которые рисовало воображение, промелькнули в голове, заставив сердце громко биться, но она, не моргая, внимательно изучила пространство за дверью.

Ни души. Только дверь квартиры напротив. Под каким бы углом она ни вглядывалась, людей на площадке не было. Ёнён представила, как внезапно кто-то выскакивает и смотрит в глазок с другой стороны… но этого не случилось. Никто так и не появился.

Если кто-то и есть, то он, наверное, присел и прячется под дверью. Другого места, чтобы укрыться, нет.

Ёнён опустилась на корточки прямо под дверью в прихожей, не решаясь отойти или вернуться обратно в комнату. За дверью по-прежнему была тишина. Так она просидела некоторое время. Затем Ёнён пошла в гостиную и спросила у Санми, доставляют ли ей почту по утрам. Санми ответила, что иногда по утрам приносят заказные письма, которые требуют личной подписи.

Наверное, приходил почтальон с заказным письмом, но, увидев, что никого нет, ушел обратно. Ёнён решила, что она слишком разнервничалась. Она снова забралась в постель, накрылась одеялом и свернулась калачиком. Каждый раз, когда ей становилось страшно, она начинала скучать по Сугён, которая раньше спала рядом с ней.

Было невыносимо грустно без сестры. Хотелось спросить саму себя: «Куда я уже дошла? И куда направляюсь?»

* * *

Ёнён отменила встречу со следователем Чан Хёнчжу. Нелогично встречаться с полицейским, когда в квартире лежит связанный человек. Да и необходимость во встрече теперь полностью отпала. Ровно с того момента, как Ёнён увидела письмо, которое лежало в белом конверте под дверью.

Когда Ёнён, натянув кепку пониже на глаза, открыла входную дверь с мыслью еще раз навестить учителя, она обнаружила нечто, лежащее прямо у порога.

Стоило ей открыть дверь, как белый конверт скользнул по лестничной клетке, будто привлекая к себе внимание. Ёнён с удивлением осмотрелась, но вокруг никого не обнаружила. В коридоре было пусто – ни шороха, ни шепота, ни дыхания.

Ёнён протянула руку, схватила конверт и, словно убегая от кого-то, стрелой влетела обратно в квартиру. Наверняка его положили сюда после того утреннего звонка. На самом конверте ничего не было: ни адресата, ни имени отправителя.

Она заглянула внутрь и увидела листок, согнутый в спешке пополам. Ёнён развернула напечатанный текст и прочла записку.

Я знаю, что ты пытаешься выяснить причину смерти Ким Сугён.

У меня есть доказательства. Если хочешь получить их, сегодня до полуночи положи десять миллионов вон в почтовый ящик.

Туда же я потом положу то, что тебе нужно. Если задумаешь обмануть меня, все будет уничтожено.

– N.

Кровь прилила к лицу, дыхание перехватило. Потеряв дар речи, она не могла оторвать глаз от листка.

Ким Сугён, смерть, доказательства… Взгляд застыл на этих словах.

По щекам градом покатились слезы, оставляя мокрые следы на бумаге. Когда Ёнён снова пришла в себя, она уже сидела на полу, а записка, выскользнувшая из рук, улетела в дальний угол комнаты.

Слова, что у кого-то есть доказательства смерти Сугён, сами по себе уже значили – эта смерть не была самоубийством. Разве не так?

«Сугён не совершала самоубийства. Это сделала не она. Сугён не хотела умирать. Кто-то убил ее…» – прошептал ей в ухо ее собственный голос одиннадцатилетней давности.

Ёнён поднялась на ноги и принялась ходить кругами по маленькой квартире. В руке она держала письмо от некоего N.

До полуночи оставалось еще много времени. Ёнён помчалась в банк, совсем позабыв о встрече с учителем. Она сняла десять миллионов вон наличными, сумму, которую до этого ни разу в жизни не держала в руках. Это было все состояние Ёнён, больше на счету ничего не осталось.

Сотрудник банка, обеспокоенно посмотрев на нее, произнес что-то невразумительное про телефонных мошенников, но Ёнён не слушала его. Она развернулась и направилась к выходу. Озадаченный таким странным поведением клиента, менеджер побежал следом.

– Постойте! – Он даже выбежал за ней из здания банка. Взглянув на ее искаженное лицо, он резко остановился и спросил: – Вам никто не звонил, представившись сотрудником банка, полиции или другой организации, не просил снять эту сумму?..

У Ёнён не было времени на пустую болтовню. Она даже не старалась поддерживать разговор, считая это совершенно бессмысленным.

– Нет, таких звонков не было. Я сама решила снять такую сумму, мне нужны эти деньги.

– А можно спросить, с какой целью вам понадобилась такая большая сумма?

– Они нужны мне, чтобы поймать преступника, убившего мою сестру. Нужны наличные.

Наступила тишина. По выражению лица менеджера было ясно, что он совсем растерялся и не осознает, как выглядит в глазах клиента.

– Я пойду, – бросила Ёнён и отвернулась.

Она мысленно обратилась к Богу: «Что бы ни случилось, будь моим свидетелем. Запомни эти слова и в нужный момент напомни мне их».

Ёнён аккуратно положила конверт с десятью миллионами вон в сумку и закрыла молнию. Сидя уже в автобусе, она снова обратилась к Богу: «Если действительно существует человек, убивший мою Сугён, подай мне знак, как поступить. Когда я встречусь с ним, я буду знать, что делать. Дай мне ответ, пока не поздно. Или в лучшем случае пусть я сойду с ума».

* * *

По дороге домой Ёнён успела сотню раз задуматься, что делать дальше. Охваченная бурей эмоций, от проклятий и критики до жалости, в конце концов она поняла, что надо принять неизбежное.

Может, не класть деньги в почтовый ящик, а спрятаться поблизости и, как только появится N, наброситься на него и рассекретить? Хорошо бы взять с собой электрошокер, но смогу ли я справиться с ним своими силами? А если он быстрый и ловкий? А если я заранее подготовлюсь и возьму оружие?

Если что-то пойдет не так, то она лишится единственных улик и сама окажется в опасности. Сейчас для нее важнее собственной жизни было добыть доказательства.

Она нервно теребила конверт с деньгами, но не собиралась выпускать его из рук. В это время в голове, как в компьютерной игре, проносились