Не те руки - Марк Биллингхэм

паузу, увидев всплывший на телефоне текст: сообщение о том, что в Блэкберне заканчивается соус. – К тому же я делаю тебе одолжение. Учитывая все остальные дела такого типа и информацию, которую он может слить полицейским, если они до него доберутся, думаю, ты не меньше моего заинтересован в том, чтобы убрать Дрейпера.

Пока Катлер обдумывал ответ, Фрэнк проверил сообщение и с облегчением увидел, что экстренная партия кетчупа уже в пути из Чорли. Мелочь, но приятно.

– Так, и ты хочешь мне сказать, что уже принял некие меры, так? – уточнил наконец Катлер.

– Я по-тихому переговорил кое с кем, – сказал Фрэнк. – Выложил немного деньжат.

Это напомнило ему, что нужно срочно позвонить Факелу Молиньё и выяснить, что именно он, Фрэнк, получит за выплаченные деньги и когда конкретно купленное за его деньги новенькое сварочное оборудование будет пущено в дело.

– Славно. Главное – чтобы ты понимал, если кто-то из тех, с кем по-тихому переговорил я, наткнется на Дрейпера раньше, чем тот, с кем по-тихому переговорил ты, мы вполне можем избавить тебя от хлопот.

– Ну, я бы предпочел, чтобы это был мой человек, учитывая, что мы с Джорджем давно знакомы, но… так и быть. Я не буду поднимать шум.

– Это хорошо, – сказал Катлер. – Шум никому не нужен, верно?

– Никому, кто в своем уме, естественно, – ответил Фрэнк.

– Приятно было поболтать, – подытожил Катлер. – О, кстати – моя жена тут на днях попробовала один из твоих бургеров. Сказала, было очень вкусно.

– Приятно слышать. – Фрэнк постучал пальцем по своему трофею и улыбнулся. – Скажи ей, пусть в следующий раз назовет мое имя. Уверен, мы сможем накинуть ей бесплатных луковых колечек или чего-нибудь такого.

– Очень любезно, – сказал Катлер. – Но думаю, это был разовый случай.

Жаклин Катлер отошла от двери кабинета мужа и направилась к лестнице. Закрыв за собой дверь спальни, она громко выругалась.

Боже, какой же Уэйн…

Она говорила ему, что заходила в “Бардсли” только для того, чтобы порадовать его, и уж точно никогда не говорила, что бургер был вкусным. Они же на вкус как собачатина, честное слово! Она сделала всего один укус и выбросила, а тут Уэйн уже как ни в чем не бывало использует ее имя, чтобы подмазаться к деловому конкуренту. Нет, это не худшее, что ее муж когда-либо делал – далеко не худшее, – но это показывало его сущность. Он врал, даже не задумываясь. Он применял силу, потому что ему это нравилось, и постоянно подвергал опасности собственную семью.

И он до сих пор так и не извинился за инцидент с шоколадным яйцом.

Немного успокоившись, она открыла блокнот, который хранила в глубине ящика с косметикой, и записала кое-что из подслушанного. Последние кусочки компромата.

Конечно, она пошла в собачью харчевню Бардсли не потому, что была голодна. Боже упаси – она еще по дороге заскочила в “Бутс” и купила сэндвич с копченым лососем. Нет, она просто зашла прощупать почву, что ли. Как оказалось, там была какая-то рекламная акция, и на прилавке стояла картонная стойка с фотографией самого босса – размахивающего сосиской и ухмыляющегося, словно только что кончил.

Обнимающего другой рукой за плечо свою улыбающуюся жену.

Так что Жаклин заказала бургер и разговорилась с молодой девушкой, подающей эту собачатину.

– О, они такая милая пара, Фрэнк с женой. Как ее зовут, не напомните?

Внизу Уэйн, несомненно, размышлял об этом телефонном разговоре и о том, как лучше поступить с Фрэнком Бардсли. Теперь, сидя за туалетным столиком и подкрашивая губы, Жаклин думала о том, как лучше поступить с Уэйном. Перспектива больших перемен все так же пугала, и Жаклин решила, что недостаточно храбра, чтобы пойти на такое без небольшой помощи. Без партнера…

Трудно представить, что любая другая женщина в ее положении (особенно с двумя детьми) чувствовала бы себя иначе. Женщина, для мужа которой бизнес стал всем, а убийства стали такой же частью его ежедневной деловой практики, как переговоры об оптовой цене на замороженные котлеты.

Конечно, она могла неверно понимать проблему. Может, и проблемы-то никакой нет. Морин Бардсли могла быть настолько же счастлива, насколько была несчастна Жаклин, но способ это выяснить был только один.

В конце концов, не повредит же?

Жаклин смотрела на себя в зеркало и думала о том старом фильме, где две женщины решили изменить свою жизнь и в конце вместе съехали на машине с обрыва. Она улыбнулась, вспомнив, как он назывался.

Хорошее ланкаширское имя – Тельма.

Глава 36

Час, проведенный с Имраном в парке (и, конечно, катание на самоходной косилке), значительно поднял Миллеру настроение. Как и всегда, в сущности. Вернувшись в офис, он выбирал застрявшие травинки из пиджака, попивая кофе и обмениваясь новостями с Сю. Он просмотрел последний поток сообщений от Мэри в группе “приятели по танцу” (она “уверенно продвигалась” в попытках переманить Алана, пианиста общественного хора) и провел разговор с Тони Клафом, который можно было даже назвать “приятным”. Он был настолько… бодр, насколько это вообще возможно – учитывая обстоятельства, – когда сел за телефонные звонки в самые непрезентабельные гестхаусы Блэкпула – в обычной ситуации перспектива этого обзвона наполнила бы его ужасом.

Ни в одном из них не оказалось постояльцев, хоть отдаленно похожих на Денниса Дрейпера, но даже когда это выяснилось, Миллер сопротивлялся искушению сразу вешать трубку. Он не тратил время впустую, но находил его ровно столько, чтобы выслушать поток жалоб от одного-двух особенно напористых хозяев. Помочь полиции в расследовании – это, конечно, здорово, но как же им быть с рвотой в мусорной корзине, полотенцами, испачканными краской для волос, и жадными гостями, ворующими с завтрака?

– Да что ваш подозреваемый – этот гад набивал карманы пакетиками с кетчупом по полдюжины за раз, – пожаловалась миссис Ирен Уильямс из гостиницы “Солнечная”. – Рассовывал по карманам вареные яйца!

Возможно, это был единственный раз, когда Миллер был не слишком вежлив.

Спроси его кто-нибудь, он мог бы сказать, что простое желание добиться справедливости – хотя, вероятно, на деле это было чувство вины – заставило его задержаться за столом почти на час после окончания рабочего дня. Сидя в почти пустом офисе, он наконец решил закруглиться на сегодня и только встал собрать вещи, когда получил звонок от старшего инспектора Боба Перкса.

Миллер воспользовался возможностью излить свое раздражение.

– Просто ни конца, ни краю… в Блэкпуле больше сдаваемых койко-мест, чем в Лондоне, ты знал об этом? А Дрейпер, может, вообще спит где-нибудь в палатке или в машине. Может, его уже и в городе-то нет.

– Возможно, я смогу помочь, – сказал Перкс.

– Что, приедешь сюда обзванивать телефоны, Боб? Слушать, как хозяйки