Осколки зеркал - Юлия Борисовна Гладкая

Мите захотелось плюнуть в Лебедеву также, как это сделал старьевщик, или еще лучше стукнуть ее в лоб кулаком. Еле сдержавшись, он коротко кивнул:

— Так и сделайте. Егор, Ваську к тебе. А Лазина, Елена Александровна, в госпиталь воротите и сделайте все как в Петербурге, не меньше. А после вернётесь сюда и оформите на них бумаги, да подадите в столицу, пусть там решают что с ними делать.

Лебедева не стала возмущаться или просить помощи. Едва она вошла в камеру, как к ней на подмогу кинулся Захар, и вдвоем они потащили стонущего Бориса Прокопьевича к переходному зеркалу.

— Егор Поликарпович, уж будьте любезны, вытрясите из вашего гостя, кому он тот кулон продал, — попросил маг. — Если надо, так давайте я с вами поеду, подсоблю в расспросах, — он снова сжал кулак, и тот покрылся зеркальными иглами.

Васька чучелкой обвис в руках Егора, всем своим видом давая понять, что сопротивляться не намерен.

— Пообщаемся как закадычные друзья, а то уж больно вы норовом круты стали, господин маг, — усмехнулся сыщик, уводя арестованного.

Едва в конторе воцарилась тишина, как Митя направился к себе. Плеснув воды, даже не полный стакан, добавил капель и выпил их махом, потом прижался лбом к холодному стеклу и закрыл глаза.

Он не знал сколько так простоял.

— Митя, с тобой все в порядке? — голос Стешки, необычно далекий, врывал его из забытья.

Маг обернулся, ладонью смахивая с лица остатки дремы:

— Да все хорошо, а что?

— Просто я минут пять стучала, потом уже зашла, а ты стоишь, точно статуя, и холодный такой, — ведьма взяла его за руку. — Давай осмотрю тебя? Или хочешь, трав заварю?

— Лекарство принял. Вот и задремал, ничего страшного, — Митя улыбнулся, стараясь успокоить подругу.

— Что за лекарство? — удивилась та. — Ты мне не говорил, что что-то принимаешь.

— Ну так что ж мне, обо всем отчитываться? — маг почуял как начинает злиться. — Аптекарша капли изготовила, вот и принимаю, очень от боли помогают. Довольно, или еще что рассказать?

— Если не хочешь, не надо, — Стешка отступила на пол шага и нахмурилась, — я вообще-то о другом пришла сказать. Но если не к месту.

— Пришла так говори, — перебил ее Митя, проходя за рабочий стол.

— Ты вот давеча у Лазина призрака искал? — ведьма остановилась напротив него, не думая садиться. Митя кивнул, и Стешка продолжила, — так вот, у меня ощущение, будто тот призрак у нас завелся.

— С чего ты так решила? — удивился маг.

— А с того, что кто-то был в моем кабинете, и я это точно знаю, — ведьма скрестила руки на груди.

— Ну кто там мог быть, Стеш, разве что Захар. Ты его спрашивала?

— Нет покамест. Но что ему у меня делать?

— Ну вот зови, сразу и разберемся, — велел Митя. Пока Стешка отсутствовала, маг рассеяно открыл один из ящиков стола, тот, в котором лежал перочинный ножик. Но, к его удивлению, ножа там не оказалось. Митя удивленно перебрал бумаги. Открыл другой ящик, и следующий, все тщетно.

— Вызывали, Дмитрий Тихонович, — голос денщика отвлек его от поисков.

— Вызывал, — согласился маг, задумчиво глядя в ящик, — скажи-ка, Захар, ты в кабинете Степаниды Максимовны был?

— Зашел с утра пыль обмахнуть, — закивал тот.

— А что-то трогали там? — ведьма прищурилась.

— Трогал? Да нет, не трогал, только пыль, — заволновался Захар.

— А ко мне тоже заходил? — решил уточнить Митя, и денщик закивал, — а в ящики не заглядывал?

— Да как можно? — денщик вцепился пальцами в бороду. — Вы, господин маг, почто меня позорите, я такое, да не в жизнь!

Митя хотел прикрикнуть на Захара, но сдержался и лишь махнул рукой, мол, свободен.

Мужик поклонился и кинулся прочь из кабинета, следом пошла и Стешка, но остановилась на пороге:

— А все же книги мои кто-то двигал, я вчера трактат о лечебных травах справа от пособия по ведьмовству поставила, а нынче он слева стоит.

— Это еще ничего не значит, — Митя пожал плечами, хотя из головы у него не выходил пропавший ножик.

— Может и так, а может и нет.

Ведьма ушла, а маг все еще сидел в кресле и, глядя на дверь, барабанил по столешнице пальцами, пытаясь понять сложившуюся ситуацию.

Если подумать, то с утра в департаменте находились лишь Лебедева и Захар. Можно понять, что кто-то из них искал нечто особенное и переставил книги, но зачем брать ножик?

Опять же, Елена Александровна прислана из Петербурга и едва ли является злодейкой. А вот новый денщик лошадка темная. Он служил в доме негоцианта, когда там побывал незваный гость, а теперь то же самое происходит и тут. Впрочем, вор, если конечно это вор, забрался и к Ульяне Семеновне. Мог ли это быть Захар?

Митя вспомнил про дымоход и покачал головой. Нет, если кто и проникал в квартиру Лазина, то некто маленький, такой, что найдя ножик, не удержится да возьмет. А вот помощником его вполне мог бы быть и денщик. Хотя, с другой стороны, Игнат Исаакович уже год как скончался, для чего было ждать так долго?

Мысли роились, набегали одна на другую. Вспомнился и сожжённый дом Вареньки. Кто и что ищет? Неужто все дело в той самой кристальной подвеске.

Митя прикрыл рукой глаза, а затем, резко поднявшись, принялся за дело.

Задумка много времени не заняла. Разместив в укромных местах зеркала и снабдив их защитными заклятьями, он, прикинув что у Стешки и без того все замечательно, перешел к следующему этапу плана.

— Стеша. — заглянул он к ведьме, которая как раз плела что-то из длинных шерстяных нитей, — я ж сказать забыл, мы у скупщика артефакт нашли, я его покамест у себя в сейф убрал, завтра уже оформлю как полагается.

Ведьма бросила взгляд на Митю:

— Ну что ж, одной проблемой меньше. Если не возражаешь, я продолжу работать.

— Да, да, конечно, ухожу, — кивнул Митя, — только ты пока остальным не говори, не хочу, чтобы Лебедева сызнова пилить начала.

Далее пройдя по коридору, он постучался в кабинет волшебницы. Елена Александровна уже вернулась из