Охота на Призрака - Александр Шичкин

зная чем заняться, старался держаться поближе к Давыдову, справедливо ожидая, что и он вот-вот получит поручение. Дойдя до автомобиля и заглянув внутрь открытой боковой двери, капитан увидел мужчину, примерно 45 лет. Он сидел с закрытыми глазами, откинув голову на подголовник. То, что он из военных, можно было догадаться по особо подчёркнутой опрятности в облике. Вещи выглажены, и это до сих пор заметно. Хотя они с депутатом ехали сюда не меньше семи часов. И ещё столько же он здесь ждал, когда группа Дениса прибудет. О том, что выбрит начисто, и говорить не стоит. Стрижка короткая, по бокам почти под ноль, сверху чуть длиннее. Очень характерная причёска для служивых. И даже кантик аккуратно оформлен.

— Здравствуйте, — обозначил Денис своё присутствие. — Мне необходимо задать вам несколько вопросов. Моя фамилия Давыдов, зовут Денис Юрьевич. Следователь по особо важным делам Главного Следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Санкт-Петербургу, — полностью представился он, хотя очень не любил этого делать. Уж слишком много пафоса видел Давыдов в этом.

— Щукин Григорий Николаевич, — ответил мужчина, открыв глаза. — То, что я водитель Романа Алексеевича, вам, видимо, уже известно. — Затем, немного помолчал и добавил: — Был.

— Да, известно. Расскажите, как было дело.

— С какого момента? — уточнил водитель, вылезая из автомобиля.

— Если в дороге странностей никаких не замечали, то как во двор въезжали. С этого, пожалуй.

— Дословно не помню наш диалог. Но когда подъезжали, я ему сказал об этом. Он ответил, что видит. Что эти дома ни с какими другими не перепутает. Спросил, хорошие ли цветы я купил. Мы к его маме ехали. Часто сюда к ней приезжали. Раз, а то и два раза в месяц. Он всегда цветы ей покупал. Точнее, покупал я, а он дарил. И всегда говорил мне, чтобы самый большой и самый красивый букет выбирал. Я ответил, что, как и всегда, самые лучшие. Он похвалил меня и начал открывать свою дверь. Я уже на улице был в этот момент. Услышал звук выстрела, не сразу догадался, что это именно он. Хотя 25 лет шеврон пограничный носил. Уж наслушался пальбы из разных стволов. А это будто хлыст щёлкнул. Я ещё успел подумать, что для голого ствола тихо слишком. А если с глушителем, то очень громко. Потом я сквозь салон посмотрел на Романа Алексеевича. Точнее, на то место, где он должен быть. Но увидел только дом, что напротив, — кивнул Щукин в сторону соседней пятиэтажки. — А затем уж обнаружил…

Телефон Давыдова завибрировал и начал напевать какую-то мелодию. Звонила Марина.

— Извините, — обратился Денис к водителю и отошёл на несколько шагов. — Да, Марин, что у тебя?

— Две женщины, ну, в смысле, бабушки вышли на улицу сегодня очень рано. И сначала сидели около второй парадной. Как раз той, где квартира, из которой стреляли. Утверждают, что выстрел слышали, хоть он и с другой стороны дома раздался. И говорят, что никто оттуда не выходил. До прибытия полиции точно. Они пересели к третьей парадной из-за того, что полиция прискакала, как они говорят.

— Понял тебя, Марин.

Искать Андрюху не пришлось, он стоял рядом.

— Киллер, похоже, всё ещё в этом подъезде.

Ничего больше объяснять не нужно было. Андрей ещё до этого приметил компанию мужчин в штатском, мирно покуривающих и о чём-то разглагольствующих неподалёку. Он сразу безошибочно определил в них оперов. О своих полномочиях Горюнов уже был уведомлён, чем и поспешил воспользоваться.

— Мужики, все за мной! — скомандовал он компании своих коллег.

Те, в свою очередь, без лишних вопросов поспешили за ним, заметив ещё с момента прибытия, что этот парень всё время ходил с главным из Питера. Наблюдая всю эту картину и моментально осознав подоплёку произошедшей сцены, Денис подумал: «Так вот ты для чего возле меня крутился, Андрей батькович. Ну, что же, изобретательно, однако ж»

— ОМОН возьмите. Без них не суйтесь, — только и успел крикнуть Давыдов одному из пробегающих мимо оперативников.

Суета вокруг началась не хуже, чем в заокеанском вестерне. Часть ОМОНовцев засела под окнами, с той же стороны, где находился Денис. Спрятавшись за всё, что могло защитить от пули, они шарили дулами укороченных автоматов по окнам. Что происходило с другой стороны дома, видно не было. Но и так понятно. Ещё одна группа ОМОНа также засядет под окнами, взяв под прицел всё, откуда может выйти, выпрыгнуть или выползти киллер. А Андрюха со своими коллегами и третьей группой ОМОНа пойдёт делать поквартирный обход с обязательным проникновением внутрь и осмотром каждого угла.

«Надеюсь, ни у кого там любовник от мужа в шкафу не прячется», — пришла в голову Давыдова неуместная мысль. — «А то как-то неудобненько получится».

Наблюдать всю эту суматоху зрители в лице следаков, экспертов и нескольких зевак предпочли из импровизированных укрытий. Кто-то зашёл в подъезд, кто-то встал за дерево потолще, а некоторые посчитали неплохой защитой припаркованные у дома автомобили жильцов. Все понимали, что сейчас может начаться стрельба, и получить шальную пулю никто из присутствующих явно не хотел.

— Эх, дилетанты, — подумал Давыдов, глядя на тех, что укрылись за машинами. — И жестянку кузова и вас насквозь прошьёт ведь.

Сам он предусмотрительно укрылся за бетонным выступом дома. В том, что его выбор правильный, он не сомневался. А вставший рядом с ним пограничник с двадцатипятилетним стажем окончательно убедил его в этом.

«Надеюсь, Марина тоже догадалась спрятаться и гражданских разогнать из опасной зоны», — мелькнуло в голове у Давыдова.

Напряжение нарастало. Казалось, что прошло уже не меньше получаса, как началась вся эта карусель. Но Давыдов понимал, что в такие моменты время словно замирает. Наконец распахнулось окно верхнего этажа. В отличие от голливудских фильмов, где подобные сцены сопровождаются лязганьем передёргиваемых затворов и метанием сотрудников в поисках укрытий, бойцы ОМОНа просто задрали дуло автоматов на предполагаемую цель. Всё это произошло в полной тишине. Оружие в руках спецназовцев было подготовлено к бою до наступления апогея. Сначала из открывшегося окна донеслось: «Свой». Затем в проёме появился омоновец. «Отбой, чисто!» — выкрикнул он. Двор снова ожил.

Зеваки повылезали из укрытий и стали разбредаться, догадавшись, что ничего сегодня уже больше не произойдёт интересного. Денис повернулся к Щукину и жестом, предлагая вернуться к машине, спросил: — Продолжим, Григорий Николаевич? На чём мы с вами остановились?

— Выстрел я услышал и обнаружил Романа Алексеевича лежащего на заднем диване автомобиля. Похоже, он даже на землю встать не успел.

— Дверь у машины трогали, или она в том же положении до сих пор? —