Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

class="p1">— Что нам делать? — со сдавленными рыданиями спросила она, наблюдая за тем, как он переворачивает на спину мертвого водителя «Сперанца Интернационале» носком ботинка. Он наклонился и вынул солнечные очки из нагрудного кармана окровавленной рубашки. Надел их и посмотрел на животных, бродивших вокруг.

— Вы умеете ездить верхом?

— Я… думаю, да. Но как далеко?

Корт посмотрел на часы. Там был встроенный приемник GPS, но сейчас он не работал. Великолепно.

— От двадцати пяти до тридцати миль, — наугад ответил он.

Потом он наклонился и поднял с земли второй АК-47 и сложил выдвижной приклад, значительно уменьшив длину оружия.

— Тридцать миль — вполне преодолимо, — объявил он и повесил второй автомат на плечо, стволом вниз. Потом легко пнул очередного бойца джанджей в поисках новой добычи. Тот застонал. Он был ранен, но жив. — Если мы снова не наткнемся на этих ублюдков.

Она стояла на месте, пока он занимался делом.

— Если рации в этих грузовиках еще работают, мы можем вызвать помощь…

— Ну да, — Корт посмотрел на нее. — Это так здорово получилось в предыдущий раз, так почему бы не повторить? — Его тон смягчился, но совсем немного. — Как вы думаете, откуда эти джанджи узнали о нашем присутствии в составе конвоя? НСБ прослушивает ближнюю радиосвязь. Это произошло не случайно. Они послали джанджавидов сюда, чтобы убить нас. Приказали им расстрелять всех, чтобы это не выглядело как убийство с одобрения правительства. Можете поверить, нам лучше не пользоваться рациями. Если повезет, они сочтут нас мертвыми. Когда эти грузовики доберутся до цивилизации, то можно не сомневаться, что сотрудники «Сперанца Интернационале» не признаются, что оставили нас здесь живыми. Для всего мира мы мертвы, и это может сыграть нам на руку.

Джентри склонился над другим раненым джанджавидом. Араб лежал на спине, его дыхание было частым и прерывистым, в легких слышались хрипы. Джентри снял с него фляжку с водой и отцепил длинный нож от пояса. Клинок прошел инспекцию, и он позаимствовал нож вместе с ремнем и ножнами.

— Как насчет них? — спросила Элен, когда Корт встал на ноги.

— Насчет кого?

— Насчет этих двух людей. Они ранены.

— И что с того?

— Мы можем помочь им?

— Вы врач?

— Нет, но…

— Я тоже. Выберите себе лошадь. Нам пора убираться отсюда.

Она несколько секунд смотрела на бородатого американца.

— Но эти люди… Что, если никто не придет за ними до наступления темноты? Здесь водятся дикие звери. Это же люди, Шестой. Вы не можете просто оставить их на смерть.

— Следуйте за мной. Выберите лошадь. Я бы взял верблюда, потому что ему не нужно столько воды, но если мы столкнемся в пустыне с другой шайкой джанджвидов, то нам понадобится скорость, чтобы оторваться от них. — Он снял два тюрбана с тел мертвых всадников и заткнул их под недавно приобретенный пояс.

— Мы возьмем раненых с собой, иначе я никуда не поеду, Шестой! — сердито крикнула Элен. — Это не подлежит обсуждению!

Корт не обратил внимания на ее слова; он больше говорил с собой, чем с женщиной.

— Верблюды на самом деле бегают очень быстро, но я не умею как следует управлять ими, поэтому легко потерять…

— Послушайте меня! Им нужно в больницу!

Корт замолчал и посмотрел на раненых.

— Скорее, в морг.

— Они живы! И я никуда не собираюсь без них!

Он наконец посмотрел на разъяренную женщину и вздохнул.

— Серьезно?

— Серьезно. Мы не можем оставить в пустыне двух живых людей.

Один из раненых тихо застонал.

Корт стиснул зубы и слегка выпятил подбородок, глядя на канадскую следовательницу. Он кивнул и снял автомат, висевший у него на шее, заставив женщину отпрянуть в ужасе. Потом он повернулся и без колебаний пристрелил обоих раненых, по одному выстрелу в грудь. Их тела затряслись в агонии, темная кровь брызнула из ран, а потом оба замерли в неподвижности.

Когда эхо от второго выстрела замерло в пустыне, Джентри вернул автомат в исходное положение.

— Проблема решена. Поехали.

Лицо Элен Уолш побелело от ужаса, потом покраснело от ярости. Она бросилась к американцу. Тот направился к одной из лошадей, но она схватила его за шиворот футболки и буквально развернула к себе. Он даже не посмотрел на нее и продолжил идти мимо горевшего грузовика.

— Скотина! Ты не лучше, чем они! — выкрикнула она, пока бежала рядом, пытаясь опередить его и встать лицом к лицу.

— Они мертвы, а я жив. Я бы сказал, что поживаю гораздо лучше них.

Он сказал это без всякой радости в голосе, продолжая движение. Но она наконец забежала вперед и положила руку ему на грудь. Ее загорелые пальцы ухватились за пропотевшую футболку. Свободной рукой Джентри резко отбросил ее руку, ухватил запястье и оттолкнул от себя. Он сердито поднял приклад автомата свободной рукой, словно собирался ударить в лицо.

Элен не испугалась; ее ярость вышла за рамки собственного благополучия.

— Ах, ты бьешь и женщин? Ты, грязное животное! Убивать раненых людей! Копаться среди мертвых тел, как стервятник! Взрывать…

— Как, твою мать, мы бы могли переправить их через тридцать миль пустыни? Они бы истекли кровью, а мы бы умерли в процессе!

— Мы могли бы отвезти их на лошадях!

— И двигаться в два раза медленнее? Ты хочешь выбраться отсюда до темноты?

— Не оправдывайся! Просто признай, что ты хотел убить их!

Он отпустил оружие и ее руку.

— Я признаю, что мне наплевать на этих двух парней, как и на остальных, кто остался там. Кроме Бишара. Остальные могут катиться в ад.

Она посмотрела на тела, потом на него.

— Что? Кто ты такой?

— Я тот, кем ты хочешь меня видеть. Сукин сын, который расстреливает раненых, или тот парень, который вытащил твою задницу из огня больше раз, чем ты можешь припомнить за последние сутки.

Он оседлал серую арабскую кобылу.

— Я могу вытащить тебя отсюда, но ты должна позволить мне заниматься делом.

— Твое дело — расстреливать раненых?

— Нет, если этого можно избежать. Но трата времени на этих говноедов приблизила бы нашу гибель. Я мог бы подождать полчаса, пока они бы сами не подохли, но у меня нет лишнего времени. Я мог бы оставить их, чтобы джанджи вернулись и нашли хотя бы одного живого, который указал бы им в нашу сторону, чтобы они могли догнать и убить нас, но я не сделал и этого. Ты хотя бы представляешь, что творят эти ушлепки? Они насилуют и убивают беззащитных женщин, они сжигают детей в огненных ямах на глазах у родителей только для развлечения. Четыреста тысяч мертвецов. Это, блядь,