Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

ударил влажный воздух, тут же сменившийся сильной прохладой. Дождь прекратился, но казалось, город так и не стал свежее. Плавающая пыль, смешанная с дождевой водой, назойливо цеплялась за все предметы, делая их толстыми, липкими и отвратительными.

«Ты не желаешь очиститься или никогда не совершал грехов?»

Небо было по-прежнему пасмурным, а луна и звезды прятались за плотными облаками, слишком жадными, чтобы пролить на город хоть немного света. Большинство людей заснуло в темноте, видя во сне славу, восторг, радость или горе.

Фан Му медленно потягивал пиво, чувствуя, как холодная жидкость проходит через горло и попадает в желудок, а затем распространяется по телу теплом. К нему постепенно возвращалась чувствительность, и поцарапанная кожа начала пылать. Фан Му усмехнулся и запрокинул голову, допивая до дна. Затем вернулся в гостиную и разделся.

Повреждения были в основном на левой стороне тела, кожа на локте и бедре была содрана и местами сочилась кровью. Фан Му нашел йод и осторожно нанес его на раны. От резкой колющей боли он то и дело хмурился, стискивая зубы. После обработки ран лоб покрылся потом. С трудом поднявшись, Фан Му посгибал руки и ноги и, не обнаружив серьезных повреждений, заметил синяки на груди и спине. Он понял, что их оставила Ми Нань. В тот момент, когда раздалось клацанье затвора, она инстинктивно ринулась защищать его. Это вызвало у Фан Му чувство тепла, но еще больше – смущение и вину. В критический момент его тело уступило женскому. Не говоря уже о том, что, позорно упав, он должен был перевернуться и защитить ее. Если б реакция Ян Сюэу была медленнее, вероятно, Фан Му пришлось бы провести остаток жизни в муках и самобичевании.

Когда Ян Сюэу спросил, мужик ли он, Фан Му смутился. Он вдруг понял, что враждебность коллеги к нему была вызвана скорее ревностью. Похоже, ему нравится Ми Нань…

Фан Му откинулся на диван и вдруг рассмеялся. Ян Сюэу – отличный парень, и сегодняшние события говорят о том, что они с Ми Нань – отличная пара.

Но…

Фан Му не хотел думать о том, что следует за этим «но». Только вспомнил, как Ми Нань крепко обняла его, когда он пытался приподняться и прикрыть ее собой. В тот момент Фан Му не мог даже разжать ее руки.

На него вдруг нахлынуло сильное чувство собственной неполноценности. Такой израненный, такой невротичный, такой хрупкий, такой обремененный…

«Стою ли я этого?»

Телефон вдруг пиликнул, и экран засветился. Фан Му застыл, но затем поспешно схватил аппарат. Отправитель – Ми Нань, а в сообщении всего одно слово:

Да.

Усталость накатила на него, словно приливная волна.

Глава 8

Кошмар

Он во сне.

То, что это сон, он понял сразу, как только началась знакомая сцена. За прошедшие десять лет он уже не испытывал той паники и страха, как в самом начале, а только беспомощность. Потому что он понял, что, даже прекрасно осознавая, что видит сон, он не может проснуться и должен позволять кадрам закончить «воспроизведение», прежде чем весь в поту вернется в свою постель.

Все та же темная пещера, все то же гнетущее чувство удушья… Он лежал ничком на холодной земле, и казалось, что конечности больше не принадлежат ему, а все тело, за исключением глазных яблок, не может двигаться.

Пещеру озарял странный свет, льющийся откуда-то сверху, но такой же слабый, как свет заходящей луны. И это дарило ему ощущение, что, помимо собственного узкого и тесного укрытия, где-то недалеко впереди простирается открытое пространство.

Там уходили ввысь два толстых каменных столба. Даже до предела напрягая глаза, он не мог разглядеть их верхушки, не говоря уже о том, чтобы понять, что там происходит. Можно было только чувствовать, насколько они высоки и несокрушимы.

Каменные столбы не были прямыми и имели легкие изгибы и сильные выпуклости. Они вовсе не выглядели безжизненными – наоборот, под этим странным светом казалось, что внутри их что-то постоянно извивается. Последние десять лет он думал, что ему снятся две гигантские змеи. Однако он не видел змей, способных стоять совершенно вертикально, к тому же каменные столбы не были такими ровными и гладкими, как змеиное тело. Это сбивало с толку. Каждый раз, когда ему снился один и тот же сон, он напоминал себе, что в следующий раз должен хорошенько рассмотреть, что они собой представляют. Однако они всегда появлялись в его снах, но никогда не показывали себя в полной мере.

Несмотря на то что он находился на дне пещеры, казалось, что вся она держится на этой паре каменных столбов. Но, как ни странно, это не успокаивало. Напротив, высокие каменные столбы, стоявшие неподалеку, казались огромной угрозой.

Следующая сцена также была ему хорошо знакома. Каменные столбы начали неистово извиваться, а посередине – странно сгибаться и разгибаться. От их движений пещера яростно затряслась. Почти одновременно из всех углов донеслись болезненные стоны, словно стаи испуганных летучих мышей летели в темноте навстречу друг другу.

Из-за стонов он почувствовал необъяснимый стыд и гнев и тоже стал отчаянно извиваться, пытаясь выбраться из сковывающего его тело положения, больше всего на свете желая броситься к каменным столбам…

И разрушить их!

Эта мысль нередко приводила его в недоумение. Как только каменные столбы рухнут, он и сам окажется погребенным в глубине пещеры вместе с ними. Но в тот момент порыв вынуждал отбросить все мысли, и он желал лишь одного – чтобы стоны прекратились, а высокие и толстые каменные столбы рухнули…

И они действительно упали. С сокрушительным треском наклонились вправо, казалось полностью переломившись у основания. Он испытал изумление, страх, но больше всего – прилив восторга и искреннего удовольствия. Особенно его поразило то, что его тело могло двигаться.

Но не успел он даже пошевелиться, как темнота над его головой внезапно навалилась…

… И в следующую секунду он очнулся в своей постели, весь в поту и задыхающийся, как умирающая рыба.

На протяжении более десяти лет, где бы он ни просыпался – в кровати, на скамейке в парке, под мостом или в бетонной трубе, – сон обрывался именно так.

Он все еще помнил, как увидел этот сон впервые. Тогда ему показалось, что он действительно умер, пока не открыл глаза и не увидел звездное небо над головой… Сейчас перед глазами был только темный потолок, а в ушах звучал слабый храп. Только когда сознание и восприятие медленно вернулись, он понял,