Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова

– Да, комната прекрасная, все удобно, благодарю вас. – Лиза подняла голову. Прямо над ней на лестничной площадке стояла молодая женщина среднего роста с темно-рыжими волосами, собранными в хвост на затылке, – та самая, что сидела за рулем тойоты утром. Только одета она была на этот раз не в рыжую пушистую шубу, а в… дзюни-хитоэ, костюм японских аристократок – двенадцатислойное кимоно. Теперь Лизе не надо было объяснять, где пропадала хозяйка дома и почему не пришла к ней сразу – чтобы надеть такой костюм, требуется много времени.

– Надеюсь, сейчас вы не сомневаетесь, что я имею отношение к Японии? – Зора Анатольевна начала неторопливо спускаться по ступеням и вскоре скрылась за кухонными шкафами. Лиза и не предполагала, что за ними существует еще одна встроенная лестница с площадкой наверху. И не исключено, что все это время хозяйка наблюдала за ней именно оттуда.

– Я и не сомневалась нисколько, Зора Анатольевна. – Лиза слегка смутилась. Ей было неудобно, что хозяйка прочитала ее мысли. – Но такое кимоно невозможно купить сейчас. Они передаются по наследству. Или хранятся в музее.

– Не думайте, что я ограбила музей. – Зора Анатольевна рассмеялась. – Мне оно досталось по наследству. Да, да. Это китайский шелк семнадцатого века с ручной вышивкой. – Она вышла из-за перегородки. – И сейчас я покажу его вам получше. Вы спросите, откуда в моем роду японские аристократы? – Она приблизилась на несколько шагов и встала перед Лизой. – Я наполовину японка. Хотя это не очень заметно в моей внешности. Моя мать вышла замуж за европейца, за русского, – поправилась она. – На Дальнем Востоке. Сразу после войны. Ее первый муж был летчиком и погиб. Был сбит американским пилотом. Ей сказали, что он жив и находится в плену. Она долго искала его. Но не нашла. Нашла моего папу. Сейчас она уже умерла. Мне, собственно, ничего и не досталось от нее в наследство, только ее свадебное кимоно, в котором она первый раз выходила замуж. Все это я заработала сама. – Зора Анатольевна улыбнулась, окинув взглядом гостиную и кухню. – У меня сеть салонов красоты «Хризантема», может быть, слышали? А муж Евгений возглавляет охранную компанию. – Она сделала паузу, пристально глядя на Лизу слегка раскосыми темными глазами. – Вы, верно, догадались. Компанию «Авангард».

Лиза снова растерялась оттого, что хозяйка так легко читает ее мысли.

– Знаете, я как-то не думала совсем, – пробормотала она.

– Ну, значит, мне показалось. – Зора Анатольевна пожала плечами. – Мой муж Евгений некоторое время был увлечен идеей выращивать жемчуг. – Она неторопливо обошла стол. – Мечтал завести собственную ферму. И мы долго жили в Дубае, а потом в Японии, где этот бизнес очень развит. Он также хотел научиться выращивать кораллы. Вот такие, как в вашем браслетике. – Она указала взглядом на запястье Лизы. – Это же японские? Я вижу сразу.

– Я не знаю. – Лиза смущенно пожала плечами. – Это подарок мамы. Она уже умерла. – Лиза опустила голову. – Она ничего не говорила.

– Сама не знала. А я вам скажу. – Зора Анатольевна наклонилась и провела пальцем с острым, покрытым черным лаком ногтем по браслету. – Это Элатиус Бокэ, добыт, скорее всего, около острова Окинава на глубине более двухсот метров. Кустистый, эластичный, имеет белую сердцевину, ее еще называют «душой коралла». Нежно-розовый цвет без вкраплений чрезвычайно ценится знатоками, этот подвид получил имя «пелле данжело», кожа ангела. Сейчас найти такой в природе – чрезвычайная редкость. Ювелирная работа, скорее всего, итальянская – Неаполь. Яркое, лимонное золото, разнообразные завитки, они так любят. Вещица антикварная – девятнадцатый век, не позже. Сейчас уж и кораллов таких нет, а если есть, то стоят они баснословные деньги, да и мастеров-ювелиров той школы не сыщешь. Ручная работа, личное творчество. Сейчас все поставлено на поток – штампуют сотнями. И конечно, сплошные подделки. Так что у вас на руке – целое состояние. – Зора Анатольевна наклонила голову вправо.

Лизе показалось, что в улыбке ее промелькнуло что-то зловещее. «Так и есть, ее интересует браслет, – мелькнула у Лизы мысль. – Какая же я дура! Почему не оставила его дома?»

– Откуда у вашей мамы такая редкая вещица? – спросила хозяйка, наклонившись к Лизе. – Она не могла ее купить, ведь, как я понимаю, она была обычная советская служащая. Подарить ей тоже никто не мог – не тот круг. Если только украли…

– Ей подарили, – выпалила Лиза. – Точнее, бабушке подарили.

– Подарил тот, кто украл, – заключила Зора Анатольевна.

– Как это украл?! – возмутилась Лиза – Он просто нашел. В заброшенном доме.

– Ну хорошо, взял то, что ему не принадлежит, можно и так выразиться, – уточнила Зора Анатольевна. – Просто так, милочка, такие вещи нигде не валяются.

– Мне надо позвонить. – Лиза соскочила со стула и спрятала браслет под рукав свитера. – Я обещала еще утром позвонить другу, он ждет моего звонка. Но телефон не соединяет. Почему?

– Отсюда нельзя позвонить. – Зора Анатольевна поправила шлейф и прислонилась спиной к облицованной искусственным мрамором колонне, поддерживающей потолок. – В поселке установлена блокировка звонков как входящих, так и исходящих – только по специальному коду.

– Это зачем? – Лиза похолодела.

– Чтобы состоятельные люди, поселившиеся здесь, могли позволить себе самую большую роскошь в современном мире – покой. Чтобы никто не названивал без дела, да и по делу тоже. У всех есть достаточно многочисленный штат обслуги, которая может все решить без них. А если не решит – ее уволят. – Хозяйка снова как-то неприятно улыбнулась.

– Но мне очень надо позвонить, – настаивала Лиза. – Дима, мой друг, он волнуется…

– Вы обязательно позвоните, – успокоила ее Зора Анатольевна. – Сейчас мы поужинаем. – Я попросила, чтобы нам приготовили настоящий японский сукияки, мясо в железных горшочках. А потом я дам вам код, и вы поговорите со своим другом. Договорились?

– Хорошо. – Лиза кивнула и снова уселась на стул.

– А теперь еще одно пожелание. – Зора Анатольевна снова приблизилась к ней, блестящий шлейф струился за ней точно хвост змеи. – С этого момента мы говорим только по-японски. Я пригласила вас, чтобы практиковаться в языке. И мы приступим немедленно. Я очень скучаю по Японии и хочу устроить здесь, у себя в доме, японский уголок хотя бы на две недели. Вы согласны?

– Конечно, – подтвердила Лиза. – Это и мое желание. Для этого я и приехала.

– Отлично. – Зора Анатольевна негромко хлопнула в ладоши. – Оплату вам перечислят на карточку. Сразу за две недели. А теперь несите нам сукияки, – распорядилась она, обращаясь к кому-то за кухонной перегородкой. – И конечно, саке, – добавила, бросив взгляд на Лизу. –