Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова

В этот вечер Лиза так и не позвонила Диме. Ее разморило от саке, и она заснула на диване в гостиной. Не позвонила девушка и в последующие несколько дней. Дима ждал, полагая, что хозяйка поставила Лизе условия, которые ему неизвестны, но когда прошла неделя, он начал поиски. Открыв личный кабинет Лизы на сайте «Ваш репетитор», – с домашнего компьютера он открывался беспрепятственно, без пароля и логина, – Дима нашел заказ некоей Зоры А. из Репино и ее номер телефона. Он позвонил несколько раз: то никто не снимал трубку, то номер был вне зоны действия сети. Тогда Дима решил ехать в поселок «Репинский», чтобы искать подругу там. Но предварительно решил связаться со службой такси, чтобы разузнать точно, доехала ли Лиза до поселка, не случилось ли что по дороге. Диспетчер сначала не хотела давать номер водителя, который отвозил Лизу, мол, запрещено, но, узнав, что девушка пропала, не выходит на связь, испугалась. Она дала Диме телефон шофера по имени Максим. Он отвозил Лизу в поселок неделю назад, и как получается, последним ее видел.

Они встретились в Репино у ресторана «Шаляпин». Дима приехал на электричке, Максим уже поджидал его, покуривая у машины. Диму он заметил издалека, сразу сообразил, что это именно он, и махнул рукой.

– Ты жених той девчонки? Садись, – открыл дверцу машины.

– Я, а как догадался? – Дима подошел, пожал руку. – Меня Дмитрий зовут.

– Максим, ну, ты знаешь. Ну, вид у тебя растерянный. – Водитель пожал плечами. – Народу-то сошло немного. Зима, к тому же будний день. Ты один такой расстроенный. Хотя не ты один. – Он глубоко вздохнул. – Я всю ночь не спал, как Оксанка, диспетчер то есть, сказала, что человек, которого я отвез, пропал. Я ее предупреждал. Не послушала.

– О чем предупреждал? – спросил Дима тревожно и, усевшись в салон, захлопнул дверцу.

– Да, был у меня случай. – Максим сел за руль и помолчал мгновение, глядя перед собой. – Подобрал человека по дороге из Ленинского, он как раз из этого поселка сбежал, затейник детский. Пригласили якобы на детский праздник, а потом в рабстве держали. Не кормили, не поили, чуть до смерти не довели. Я его к себе домой отвез, выходили мы его с женой. Рассказывал все это твоей, пока ехали. – Максим кивнул на дорогу. – Не передумала. Не поверила, наверное. Или денег много посулили.

– Нет, она не жадная, – возразил Дима. – Деньги ни при чем. Очень хочет японский язык освоить в совершенстве. Интересуется всем японским. А там пригласила ее дама, которая в Японии жила и язык хорошо знает, попрактиковаться. Вот она и поехала, пока каникулы.

– Ясно. – Максим затушил сигарету в пепельнице. – Но ехать нам туда с тобой бесполезно. – Он повернулся к Диме. – Никто нас внутрь не пустит, сколько ни проси, ни грози. Если только полицию пропустят, может быть. Но в полицию мы с чем пойдем? Вот, исчезла, а может быть, она просто тебя бросить решила и уехала на электричке в другую сторону. Поработала пару дней, доставила эта тетенька ее до вокзала на собственной машине – и ищи-свищи!

– Лиза не могла! – запротестовал Дима.

– Я верю, что не могла. – Максим кивнул. – Она девка порядочная, я заметил. Но в полиции нам именно так и скажут – я вот про что. Им доказательства, зацепки нужны. И не просто, а железобетонные, иначе они вообще задницу от стула не отдерут.

– И что же делать?

– Что делать? – Максим пожал плечами. – Надо самим все выяснить сначала. Можешь на меня рассчитывать, помогу, чем могу. – Он взглянул на Диму. – Жалко девчонку. Да и причастен я, как ни крути.

– Спасибо. – Дима хлопнул его по плечу.

– Надо придумать, как на территорию этого поселка пробраться, – продолжил Максим и снова закурил сигарету. – Там не думай, что отдыхающие, там очень крутые шишки, и все у них, как в концлагере – въезд один через КПП. Там «буйволы» стоят, одним ударом кулака машину расплющат, слова из них не вытянешь. Забор вокруг высоченный, по нему еще – колючая проволока. Я не удивлюсь, что и электричество где-то пропущено. Полезешь – током зашибет. Да еще лес густой, куда ни глянь. Не скажу, что у нас волки водятся, но все-таки неприятно.

– А для чего это им все? Такая охрана? – недоуменно пожал плечами Дима.

– Спроси?! Все думают, что их грабить кто-то будет. – Максим махнул рукой. – Никто их грабить не будет, во всяком случае из местных. Это они все нас ограбили, наши денежки народные по своим карманам разложили и сидят теперь за заборами, трясутся. Не знаю. Но думаю, для делишек своих темных. Вот людей в рабстве держать, например. Как оттуда выберешься? И не поможет никто. Знаешь, предлагаю горячку не пороть. – Максим снова повернулся к Диме. – Если наобум навалимся, только спугнем. Позвоню-ка я этому парню, которого мы спасли, Артем его зовут. Может, слышал он про эту бабу, которая твою девушку пригласила, как ее?

– Зора Анатольевна, – подсказал Дима.

– Ну и про лаз узнаю, через который он вылез, – есть там, на дальнем участке. Только как им воспользоваться? – Максим пожал плечами. – Копать придется. И туда на лыжах ползти, снег-то глубокий лежит. Просто так не пролезешь, быстро вымотаемся. В общем, давай ко мне двигаем, – предложил он. – Тут недалеко, в Зеленогорске, на улице Красных Командиров. Манька моя дома. Покормит нас. Я все у Артема выясню. Возьмем лыжи, лопату. Копать-то чем будем? Ну, и поглядим еще что. Согласен? На лыжах умеешь ходить? – спросил он нетерпеливо. – В армии служил?

– В армии не служил. Но на лыжах приходилось, разряд в школе имел. – Дима грустно кивнул. – Если все, как ты говоришь, другого выхода не вижу.

– Тогда поехали, что время терять. – Максим повернул ключ зажигания. – На работе договорюсь, подменят сегодня. Надо нам как-то туда попасть. А то завтра, может, и поздно будет.

– Это верно. – Дима вздохнул.

– Что ты говоришь? Ты тоже у этой самой Зоры Анатольевны якобы детишек развлекал? – Через полчаса, сидя на продавленном диване в кухне на третьем этаже старого хрущевского дома, Максим отхлебнул чая из кружки и, обеспокоенно взглянув на Диму, продолжил: – Точно? А детишек там никаких не оказалось? Так, может, она и японского языка никакого не знает, старая мразь. Ну, пусть даже молодая. И что? Звонить не давала? А, звонки не проходят, блокировано все. Ясно. Что делала-то с тобой? Плохо помнишь? Не кормила – точно. Ясно. Ну, это уже детали. Короче, издевалась по-всякому, понял