Искатель, 2012 № 09 - Журнал «Искатель»

В папке белел еще один лист. Свят взял его, повертел, не сразу сообразив, что это схема окружающих штолен. Впрочем, штольня, по определению — горная выработка, туннель, проделанный в рудоносном пласте. Здесь, на этой глубине, никто ничего не вырабатывал: смысл всех этих ходов был каким-то другим... Туннели овального сечения не были предназначены для людей, вероятно, по ним было удобно перемещаться существам, запечатленным на фотографиях. Не дилетанты, как он подумал сначала, а нелюди. То же и круглые залы: людям не свойственно строить помещения подобной формы. Зал, в котором они находились, был обозначен крестом. Другой такой же крест стоял на краю листа, к нему вела линия со стрелками.

— Но мы же не пойдем туда? — с опаской спросила Настя.

Свят внимательно рассмотрел листок.

— Пойдем, — сказал он. — Только не этим путем. Здесь видны и другие возможности попасть туда.

— Ты уверен, что нам надо туда?

— Думаю, что да. Возможно, это и есть подземное кладбище. Надо бы просто взглянуть на него, а затем искать выход из этой жары. Ты как, кстати?

Настя повела плечом.

— Да переношу пока. Я вообще-то очень люблю сауну.

Температура здесь была ненамного ниже, чем в сухой финской бане.

— Детский лабиринт из психологического практикума журнала «Наука и жизнь», — пробормотал Свят.

— Я не читаю этот журнал, — сказала Настя.

— Девчонкам оно и не надо, — Свят говорил автоматически, углубившись в план лабиринта, который был все-таки далеко не детским, состоял из множества параллельных тупиковых ходов непонятного назначения.

Он достал огрызок карандаша, который, несмотря на всю электронику, всегда носил в заднем кармане джинсов, и прочертил на плане новую линию.

— Так и пойдем.

Коридор был освещен не какими-либо фонарями: его изогнутый потолок люминесцировал, причем светился только на том участке, по которому они шли.

— Дьявольская технология, — сказал Свят. — Ничего земного. И лифт выдал их с головой. Этой маленькой зубастой головой...

— Я пытаюсь понять. Почему лифт преобразился прямо на наших глазах?

— Нет, не на глазах. Ты разве видела, как он превращался?

— Нет. Просто один раз посмотрела — старый деревянный лифт. Другой — этот стеклянный.

— Тут одно из двух. Либо лифт всегда был таким, но они что-то сделали у нас внутри, в наших мозгах, либо он на самом деле трансформировался.

— Разве такое возможно?

— Да вполне. Если эта цивилизация владеет нанотехнологиями, то они могут превращать что угодно во что угодно.

— Не поверю!

— Да я объясню. Помнишь кубик Рубика?

— Конечно: игралась с ним, только без особого успеха.

— Но ведь хоть одну грань ты могла выстроить?

— Даже три.

— Тут то же самое, только на уровне молекул или даже атомов. Теоретически можно задать программу, чтобы частицы вещества перераспределились в заданном порядке. Так можно телегу превратить в автомобиль и наоборот.

— А зачем был нужен этот трюк?

— Думаю, просто в целях экономии энергии. Обычный вид лифта действительно хай-тек, из какого-то прозрачного материала. Не обязательно из стекла. Но для того чтобы имитировать деревянный и раньше времени нас не пугать, требуется энергия, очень даже значительная. Когда мы оказались внизу и не могли уже причинить никакого беспокойства, например, застрелить Илью, этому скоростному подъемнику уже не надо было притворяться старым добрым лифтом.

Свят вдруг замолчал: странная мысль пришла ему в голову.

— Эти господа просчитались, между прочим, — задумчиво проговорил он. — Старого доброго лифта в шахте также не могло быть. И это о многом говорит. О том, что они не слишком-то владеют информацией о нас.

— Да кто они такие?

— Рудокопы, — усмехнулся Свят. — Все, что мы о них знаем. И они были в шахте по крайней мере пятьдесят последних лет.

Коридор раздваивался. Свят сверился с планом и повернул направо. Новый коридор ничем не отличался от предыдущего. Потолок услужливо налился светом.

— Я все понял! — вдруг сказал Свят, уже чувствуя, но не в силах сформулировать свою идею. — Рудокопы есть и рудокопов нет. Мы имеем дело с двойным подлогом. Человек-месяц, в официальной своей ипостаси, трудился хирургом, так?

Настя кивнула. Было ясно, что она еще не понимает того, о чем догадался Свят.

— Карлики промышляли кроликами и курами. Когда твой отец подстрелил одного, то тайное стало явным. Человек-месяц сразу понял, что может извлечь выгоду из задумки карликов. Поэтому он и не стал заявлять в милицию, что поймал мистификаторов. И уж конечно, карлики были нужны не для того, чтобы пугать ими членов банды. Маленькому Илье он их и вправду показал, как мы видели на фото. Но взрослые знали настоящих рудокопов. Смысл карликов был совсем в другом. Они должны были продолжать свое дело, в то время как банда продолжала свое.

— Какая же в этом была выгода? — удивилась Настя. — Вовсе наоборот: ведь карлики имитировали рудокопов, умножая тем самым количество их реальных визитов на поверхность.

— То-то и оно! Это была гениальная идея. Люди на самом деле видели ящеров, настоящих. Это вызывало беспокойство властей. Кто-то выступил с предложением исследовать на эту тему шахту. И тогда Человек-месяц приказал карликам саморазоблачиться. Это изначально и входило в его план. Карликов поймали и посадили за мелкое воровство. Это было совсем другое дело. Никто не мог связать его с убийствами людей. Зато прекратились поиски инопланетян. Что и было нужно.

Увлеченные разговором, они не заметили, как промахнулись и прошли мимо очередного овального коридора, куда следовало свернуть. Свят остановился, заглянул в план.

— Точно. Нам надо назад и налево.

— Постой-ка! — Настя вглядывалась в глубь коридора. — Я вижу что-то.

Действительно: впереди было Т-образное разветвление, и там, в