Искатель, 2012 № 09 - Журнал «Искатель»

— Давай-ка посмотрим, что это такое, и вернемся, — предложила она.

— Давай, только быстро. Дело в том, — Свят показал Насте план, — что тот коридор расположен как раз на пути, который начертал Илья.

Они быстрым шагом дошли до развилки. По мере того как возбуждаемый ими свет двигался вдоль коридора, странный предмет вдали приобретал все более знакомые очертания.

Это была труба, по диаметру как водопроводная, стоящая наискось, кверху загнутая и упирающаяся в стену. Впрочем, неизвестно, полая это труба или штырь. Важным было то, из чего труба выходила, точнее — что было нанизано на эту трубу.

Коза. Белая, с черными пятнышками на шерсти. Штырь выходил из ее груди. Лапки обвивали штырь, будто бы коза перед смертью старалась его вытащить. Голова животного была задрана и подбородком упиралась в штырь. Глаза плотно сомкнуты.

— Еще мумия! — сказала Настя.

— И не одна, — добавил Свят, первым выйдя в этот поперечный коридор и быстро оглядевшись по сторонам.

Зрелище было отвратительное. Весь коридор по обеим его стенам был занят мертвыми животными.

Свят рассмотрел план.

— Знаешь, мы можем пройти этим коридором немного вперед, затем свернуть и снова попасть на наш маршрут.

— Мне не очень хочется на это смотреть.

— А ты не смотри. Я хочу кое-что проверить.

Они медленно двинулись мимо причудливых мумий. Это уже не девятнадцатый век с его текущими стеклами и латунными табличками. Все образцы выглядят стерильными, какие-либо запахи отсутствуют. Преодолев отвращение, Свят прикоснулся к холке крупного серого пуделя. Шерсть как шерсть. Способ консервации трупов был непостижим, но не возникало никакого сомнения, что серебристые штыри, которые их пронзали, имеют к этому прямое отношение. Все звери держались за эти штыри лапками, птицы же просто висели на них. Куры, утки, гуси, индейки. Какой-то системы в этой коллекции не прослеживалось, но часто животные были расположены по родовому признаку: самец, самка, детеныш. Вдали, среди мелкого домашнего скота возвышалось что-то темное, крупное. Когда они подошли, то потолок услужливо осветил корову, а за ней — быка. Рядом из стены торчал голый штырь. Теперь можно было понять, что это все-таки трубка. Она сужалась, превращаясь в трехгранное острие с тремя косыми отверстиями, вроде как у иглы для инъекций. Какого рода инъекции получили эти животные? Три отверстия, скорее всего, три разных канала в стержне. Или наоборот — через трубки из них высосали кровь... Да, вероятнее всего. Высосали из трупов жидкость, затем заполнили какими-то растворами, которые и привели к мумифицированию. И высасывали-то из живых, иначе бы кровь загустела. Вот почему все они, как один, хватались за эту трубу, пытаясь вытащить ее из себя на последнем дыхании... Свят вдруг отчетливо понял, что подобное произошло с его отцом и матерью. Изуверы-люди парализовали их своими бластерами. Доставили сюда — живых. Отдали ящерицам. От этой мысли можно свихнуться. А если поймают их? Сейчас?

Свят еще раз осмотрел этот пустой штырь. Зачем он тут? Почему на него не надето никакое животное?

— Здесь явно не хватает теленка, — подала вдруг голос Настя, тоже с тревогой рассматривавшая гигантский шприц.

Теленка! Вот и решение...

От этой мысли Свят почувствовал холод внутри, несмотря на ужасающую жару в туннеле. Где-то в этих коридорах также висят на штырях их родители, и также торчат рядом с ними пустые штыри.

Они всю жизнь искали их. Они их нашли. Они заманили их сюда. Святу вдруг открылась вся история, с начала и до конца, будто зажегся в голове фонарь и осветил, как это часто с ним случалось, будущую статью.

Коллекция предполагала состав особей в виде целых семей. Корову угнать удалось, быка, как ни странно, тоже. А вот с теленком получился прокол. От слова «прокол» Свята передернуло... Только не говорить Насте об этой догадке. Он покосился на нее. Настя смотрела на него исподлобья, растирая двумя пальцами локон.

— Вот для чего они искали нас, — тихо сказала она.

— Ну, это поспешный вывод... — пробурчал Свят.

На сей раз он не радовался ее проницательности.

— Теленка, наверное, закололи хозяева, и им не удалось добавить его в коллекцию. А нас с тобой — через столько лет — удалось.

Свят крепко взял женщину за руку.

— Мы им не дадимся. У нас есть схема этого подземного сооружения. Обойдем его до последнего уголка. В системе должна быть вентиляция. Иначе просто не может быть: мы не смогли бы здесь дышать. Вентиляция — это какой-то тоннель, ведущий на поверхность. Мы выберемся отсюда!

— Только давай поскорее сойдем с маршрута Ильи. Что ты хотел здесь проверить?

— Это уже не важно, — сказал Свят.

— И все же? Неужто ты что-то скрываешь от меня?

— Да нет, чепуха. Просто, я думал найти свою кошку.

Сверившись с планом, Свят быстро вывел Настю на прежний путь. Теперь их задача изменилась: они стали прочесывать коридоры зигзагами, внимательно осматривая стены и потолок. Свят останавливался и, облизав палец, словно матрос на вахте, пытался уловить внутренний ветер.

Только теперь он рассмотрел внимательно материал, из которого были сделаны туннели, и задумался над способом их производства. Это было похоже на литье из бетона: на Земле уже давно возводили стены зданий, отливая их в пластиковых формах вместо деревянной опалубки, так, что не было видно никаких швов. Поселение годы такой метод перешел из промышленного и в коттеджное строительство, о чем Свят как-то писал в своем журнале... Сейчас ему казалось, что и Москва, и его работа, и весь верхний мир — нечто нереальное, незначительное и ненужное, что он всегда надеялся и даже знал, что создан для чего-то особого, и оно, это особое, самое главное, вот-вот откроется ему.

Свят положил руку на стену и тут же отдернул ее. Это было немыслимо: стена на ощупь казалась холодной. Кроме того, она была упругой. Но отнюдь не секреты внеземных технологий волновали Свята в