Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд

– Если к тому времени, как я вернусь, он будет все еще жив… – бросила она, не оборачиваясь.

– Вспомни четыре года назад. Тот случай с клубом.

Бьянка закрыла рот.

– Это было низко, – ответила она. – Так что, ты его любишь?

– Рановато, ты не ду…

– Ну?

Роза не отвечала, и этого хватило Бьянке: она кивнула и вышла из машины, смачно хлопнув дверью.

Ни хрена, она так просто не сбежит и не поставит точку!

Роза вышла следом.

– Мне не нужно твое одобрение! – крикнула она сестре вслед.

– Я слышу! – Бьянка подняла руку с выставленным средним пальцем.

– Хотя бы попрощайся со мной нормально! – продолжала кричать Роза, но от тачки не сделала и шага. Никто не заставит ее за собой бегать, пусть даже и Бьянка. – Мы не знаем, сколько это продлится, и когда ты вернешься, и доживу ли я до нашей следующей встречи!

– Пусть Вулф за этим проследит!

Глава 20. Рик. Скорпионы

Проследи

чтобы с ней

все было в порядке

Если я вернусь

И найду

хоть один

новый

синяк

Я закопаю тебя живьем в пустыне Сонора обрею наголо и измажу твою лысину джемом. Муравьи обожают джем а муравьев обожают скорпионы

Хочешь проверить

Обитают ли в Соноре

Скорпионы?

Сообщения от Бьянки сыпались хаотичным скопом, но как только она дошла до угроз, то сразу научилась печатать больше двух слов в одной эсэмэске.

И какого черта каждый из окружения Розы считает своим долгом влезть в их отношения?

Солдаты Вергара избавились от трупа Охотника, а врачи осмотрели Розу, обработали неглубокую рану на руке и заверили, что других травм, кроме нескольких ушибов головы и синяков на шее, она не получила, а гортань не повреждена. Но Роза хрипела при каждом глубоком вдохе, и, черт, Рик жалел, что убил того ублюдка так быстро.

– Нужно было допросить его, – согласилась Роза. – Пытать и узнать, какого хрена они так осмелели. Он нес что-то про выделиться перед Пепе, но этого мало.

– Да, прости, не сдержался, – ответил Рик, а сам взгляд не мог отвести от синюшных следов чужих пальцев на ее тонкой шее. Как ее оставлять без присмотра? Как доверять ее безопасность кому-то? Когда они вернулись на этаж Рафи и Розу передали на осмотр врачей, Рик отвел ее «телохранителей» и Фернандо в пустующую палату и наорал на них, как не орал на новобранцев в полиции, когда они просрали улики в деле о массовом убийстве.

– Если бы я был вашим боссом…

– Ты не наш босс.

– Так считайте, что сейчас я говорю от ее имени. И вы не только без работы останетесь, но и без возможности ходить. Всем ясно?!

Как он теперь может отойти от нее хоть на шаг? Как он может оставить Розу с ними и заняться другими неотложными делами, как он должен разбираться с теми, кто напал на его семью…

Рик созвонился со своим бывшим сержантом из Чикаго, тот уже поднялся до капитана участка и пообещал приставить к дому семьи Вулф патрульных, а также собрать показания свидетелей. И снова Рику казалось, что бывший начальник отвечает без особого рвения, не так, как должен реагировать человек, в городе которого хозяйничает мексиканский картель. Сержант привык иметь дела с русскими, итальянцами и ирландцами, но не с разборками картелей. Но он даже не удивился. Сука.

* * *

Рик наконец пробил этого теньенте, Рамиро Кальва. Прежде тот не появлялся на территории США, и ФБР толком про него ничего не знало. Служил под началом отца Розы; человек, особенно отмеченный Рафи, но так и не занявший поста повыше. Он солдат с поля боя, но не тот, кто может дать Розе дельный совет или остановить от необдуманных поступков. Нет, Рик уже не переживал из-за того, сколько крови прольется, Касильяса сами на это напросились. Его волновало только, не подставится ли Роза сама или не подведет под огонь невинных горожан, принимая решения сгоряча.

Кальва сказал, что отправил с Розой троих своих лучших людей, которые раньше сопровождали ее по Мексике и уже отбивали атаки врагов. На вопрос, где же они были в последний ее приезд в Мексику, Кальва ответил, что таков был приказ Рафи – не привлекать внимание, оставить с ней Фернандо и еще нескольких парней.

– Если Касильяса сунутся – мои их живьем не отпустят, – пообещал Кальва.

Только с таким конвоем Рик смог отпустить Розу к Бьянке, и, судя по этим посыпавшимся сообщениям, разговор прошел лучше, чем он ожидал.

С Розой он договорился, что раз в час она будет писать ему, показывая, что все в порядке. В первом сообщении был смайлик собаки – что ж, так Рик не сомневался, что это точно пишет она.

Значит, теперь у него есть время, чтобы поговорить с Пересом и решить вопрос раз и навсегда. Либо узнать правду, либо отрезать себе пути к отступлению.

Рик отлично знал квартиру Переса на севере Сан-Диего, в районе Эскондидо. Небольшую и потрепанную, по которой сразу было видно, что к ней десятилетиями не прикасалась женская рука. Две разномастные чашки с распродаж в «Волмарте», три тарелки, одна из которых с отбитым краем. В них даже не выкладывали еду из доставок, все поглощалось прямо так, из коробки или контейнера. Рик и сам не раз ужинал тут, когда они обсуждали какое-то дело или собирались вместе посмотреть матч. В ванной мыло иссохло до состояния мумии, а стеклянную перегородку на душевой, кажется, не мыли с момента, как Перес въехал в эту квартиру. В холодильнике – только пара банок пива и половина лимона. На хрена, если в пиво Перес его точно никогда не добавлял? Загадка. Рик видел все знаки одиночества, потому что сам был на пути к этому. Не так запущенно, но еще одна старая виниловая пластинка «Лэд Зеппелин», еще один детектив в мягкой обложке на полке над кроватью – и он точная копия своего наставника.

В управлении про Переса говорили, что он слишком хорошо работает, чтобы тратить время на что-то еще. На хобби, жену, детей, какую-то жизнь вне. Тем страннее было смотреть на дом в Ла-Хойе, который Перес прикупил меньше чем через месяц после суда. Да, его повысили после того, как Камилла Вергара села наконец в тюрьму. Да, ему выписали премию и подняли зарплату.