Искатель, 2011 № 11 - Журнал «Искатель»

Мязина я заметил не сразу. Но как только увидел, постарался сесть так, чтобы не выпускать его из поля зрения, но и самому ему на глаза не попадаться. Благо шикарный зал ресторана это позволял. В следующие несколько минут ничего не произошло. Ко мне подошла официантка и широко улыбнулась.

— Заказывать что-то будете? — спросила она.

— Кофе и эклер, — сказал я, понимая, что шокировал женщину таким заказом. Обычно здесь «гуляют» на полную катушку. Но кушать мне сейчас почему-то совсем не хотелось. Хотя я вспомнил, что целый день ничего не ел, ожидая, а вдруг Мязин покинет офис раньше положенного времени. Женщина удалилась, недовольно поведя плечами, а я продолжил наблюдение.

Около семи к Мязину подсел какой-то парень. Одет он был стильно и модно. Они заказали водку и какие-то салаты. Официант принес им все очень быстро. Расставил на столе и удалился. О чем говорил Мязин и его приятель, я не слышал, но видно было, что разговор между ними ведется на повышенных тонах. Официантка, уже не улыбаясь, принесла мне кофе и пирожное. Пирожное я проглотил сразу, а кофе пил по глотку. Надо сказать, что он здесь был отвратительный. Моя Маша готовила лучше. «Как там она без меня, — подумалось мне, — сегодня я ее уже не навещу».

А затем случилось следующее. Мязин выбрался из-за стола и вышел в туалет. Парень в это время достал какой-то небольшой мешочек и высыпал его содержимое в стакан, наполненный водкой. Это был стакан менеджера. «Из этого стакана только что пил Мязин! — пронеслось у меня в голове. — Что происходит?»

Менеджер вернулся на удивление быстро. Я не знал, что предпринять. Скорее всего, порошок в его стакане не простой порошок; в то же время если я сейчас подойду к ним, то уже никогда не узнаю, связан Мязин с похищением финансового директора Васильева или нет. Но все мои сомнения и терзания разрешились сами собой. Мязин быстро хлопнул стакан с водкой и закусил свежим огурцом. Парень, сидевший ко мне спиной, что-то говорил ему в это время, потом поднялся. И тут я убедился, что был прав относительно порошка. Мязин вдруг побледнел, схватился рукой за горло и… обмяк. Причем все это произошло молча и быстро. Я полагаю, что остальные посетители ресторана ничего и не заметили. Сотрапезник Мязина аккуратно посадил своего товарища так, будто бы тот уснул за столом, а сам поспешил на выход. Обслуживающий их официант, увидев это, ринулся к нему.

— Мужчина, а счет! Вы не оплатили счет! — закричал он так, что было слышно на весь зал. Многие посетители ресторана повернули головы в их сторону.

— Вон он заплатит, — ответил парень и ухмыльнулся, — когда проснется…

Официант резко остановился, будто уткнулся в стену, и пошел к стойке, где находились его коллеги. Я быстро достал деньги из кошелька, положил их на край стола и поспешил за уже открывавшим входную дверь сотрапезником Мязина.

На улице парень подошел к автомобилю «Шевроле», припаркованному неподалеку от ресторана, сел в него, и автомобиль тронулся с места. Я рванулся к своей машине. Упустить этого парня было нельзя. Я был на правильном пути! Мязина убрали, скорее всего, из-за того, что он был как-то причастен к исчезновению Васильева. То, что его убили, а не усыпили, я был уверен на все сто процентов. Он стал не нужен, но кому?

По городу мы ехали довольно быстро. «Шевроле» мчался словно угорелый. Я старался не отставать от него, но и не лезть на глаза. Мимо пролетали дома и целые кварталы, и вот наконец мы выбрались на трассу. Машин здесь было мало, и мне приходилось все время пропускать кого-нибудь вперед, чтобы не вызвать подозрения у мчавшегося впереди убийцы Мязина.

Уже была осень, начинало темнеть. Деревья за городом стояли гораздо красивее, чем в городе. Желтые, красные, багряные и золотые, они возвышались неподалеку по краям обочины. Но любоваться прелестями увядающей природы не было времени — убийца менеджера все еще катил куда-то вперед. Наконец фары его машины призывно подмигнули, и он съехал с трассы. На указателе, проплывшем мимо, я прочитал: «Деревня Новочеркутино». Прекрасно. Мы отъехали от города более чем на сто километров. Между тем «Шевроле» по грунтовой дороге про- катил еще некоторое время и остановился у небольшого домика. Это была одноэтажная хибара, видимо, уже брошенная хозяевами много лет назад. Я тоже съехал с трассы и проехал вперед. Я видел, как из машины выбрался модно одетый парень, как окинул взглядом мой автомобиль, как открыл калитку, а потом вошел в дом. Мне пришлось проехать еще несколько метров и остановиться. Я выбрался из машины и, стараясь не привлекать к себе внимание местных жителей, огородами направился к дому, куда зашел убийца Мязина. Не знаю, удалось ли мне это, но собаки облаивали меня довольно громко. В конце концов я добрался до злополучного дома. Во дворе никого не было. Словно партизан, я приблизился к окошку. Подтянулся на руках и заглянул в окно. Никого. Пошел дальше. Слава богу, у хозяев этого строения собаки не было, иначе меня бы уже разоблачили и поймали. Вот еще одно окно, и в нем горел свет. Я вновь подтянулся и заглянул внутрь. То, что я увидел там, заставило меня отшатнуться. А увидел я сидящего в центре комнаты Васильева. Он был связан по рукам и ногам, рот заклеен скотчем. Рядом с ним сидели трое. Уже известный мне модно одетый сотрапезник менеджера Мязина и еще двое угрюмых мужиков. Одному на вид было лет сорок, второму чуть больше. Они о чем-то оживленно спорили. Одеты они были довольно шикарно для такого дома. Я быстро спрыгнул вниз и ринулся прочь от него. Вытащил из куртки телефон и позвонил своему давнему другу и бывшему сослуживцу полковнику милиции Ивану Загнойко.

— Ну и что ты хочешь? — спросил он, выслушав меня.

— Как что, надо выручать человека.

— Да его жена к нам несколько раз приходила. Мы его тоже ищем.

— А я его уже нашел. Жду твоих парней из ОМОНа, потому что мне одному с тремя его похитителями не справиться.

— Слушай, ну какой же ты… — Я понял, что Иван сдержался, чтобы не выругаться. — Ладно, выходи на трассу и жди нас там. Сам понимаешь, что приедем мы не слишком быстро. И запомни, что бы там ни происходило, никуда не лезь!

Он повесил трубку. До приезда его бравых парней пройдет как минимум больше часа. Тогда уже совсем стемнеет. А что