Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Вернувшись за стол, Ми Нань взглянула на Тай Вэя, а затем на Фан Му. Было очевидно, что она слышала их разговор, но на ее лице не отразилось никаких изменений. Она просто сидела с опущенной головой и вертела в руках чашку, время от времени поднимая глаза на Фан Му, как будто тоже хотела услышать его ответ.

Однако у того не было желания продолжать. Он подозвал официанта и попросил счет.

* * *

Они остановились у входа в отделение, Ми Нань попрощалась с Тай Вэем, после чего торопливым шагом вошла в здание. Ян Сюэу, пожав ему руку, также последовал за ней. На парковке остались только Тай Вэй и Фан Му.

Тай Вэй все также ворчал по поводу женитьбы и продолжал жаловаться:

– Твою налево, собрался жениться, а мне и слова не сказал… Ты еще считаешь меня другом?

– Ладно-ладно… – Фан Му слушал его, теряя терпение, а затем толкнул: – Катись отсюда.

Тай Вэй неохотно сел в машину.

– Сегодня не пили, не считается. Угости меня на днях и не забудь привести невесту, чтобы я с ней познакомился.

«Познакомься с моей задницей», – съязвил про себя Фан Му. Проводив взглядом удаляющуюся машину Тай Вэя, он развернулся и направился к зданию.

Пройдя через вращающуюся дверь, он увидел Ян Сюэу, который стоял у лифта и, казалось, ждал его.

– Только что пришло уведомление, – коллега поднял руку с телефоном. – После обеда совещание по делу.

– Во сколько? – спросил Фан Му, вызвав лифт.

Ян Сюэу не ответил, несколько секунд пристально смотрел на него и вдруг сказал:

– Она мне нравится.

– Что? – Фан Му остолбенел, а затем, осознав, кто эта «она», быстро отвел взгляд. – При чем тут я?

– Еще как при чем, – тут же ответил Ян Сюэу и добавил: – Хочу с тобой поговорить.

Фан Му не стал обращать на него внимания и, когда двери лифта открылись, уже собирался сделать шаг, но Ян Сюэу вдруг схватил его за руку. Фан Му невольно разозлился из-за того, что не смог сбросить его руку.

– Чего тебе? – спросил он, помрачнев. – Я помню, сегодня ты не пил.

– Пил или нет – не важно. – Выражение лица Ян Сюэу было решительным. – Я хочу, чтобы ты держался от нее подальше.

– Это не тебе решать! – повысил голос Фан Му. – Кто ты такой, чтобы указывать мне, с кем общаться?

– Да, не мне. Но что ты можешь ей дать? – Ян Сюэу сделал паузу. – Только что Ми Нань плакала.

Фан Му замер и через несколько секунд пробормотал:

– Плакала?

– Да. – Ян Сюэу прикусил нижнюю губу. – Заметил, когда она поднималась.

Фан Му не мог подобрать слов и просто ошарашенно стоял, позволяя Ян Сюэу крепко держать его за руку.

– Она мне нравится, но даже дураку понятно, что Ми Нань нравишься ты, – искренне, но с нотками грусти произнес Ян Сюэу. – Ты уже помолвлен и не можешь жениться на ней. Поэтому я надеюсь… Нет, я умоляю тебя держаться от Ми Нань подальше. Не давай сомнительных надежд, это причинит ей еще больше страданий.

Спустя долгое время Фан Му тихо вздохнул.

– Сейчас не время говорить об этом. Однако не волнуйся, – хриплым голосом сказал он, – я не причиню ей боль.

* * *

На послеобеденном совещании по делу следственная группа сначала подвела итоги расследования, а затем проанализировала новые улики.

При содействии органов управления дорожным движением полиция провела проверку транспортных средств в окрестностях трех мест преступлений до и после их совершения и обнаружила в общей сложности 167 одинаковых или похожих автомобилей. По предложению Фан Му, проверке в приоритетном порядке подлежали автомобили семейного типа. Из-за разницы в четкости видеозаписей с камер наблюдения и с учетом того, что убийца мог временно сменить номерной знак, требовалось еще некоторое время, чтобы сузить область поиска. Тем не менее в районе трех мест преступлений были замечены черные седаны «Джетта», белые седаны «Джетта», серебристо-серые седаны «Бьюик», серебристо-серые седаны «Круз» и темно-серые седаны «Бора» – всего 75 автомобилей в пяти категориях. Предполагалось, что автомобиль, которым управлял убийца, находился среди них.

Данные, представленные отделом интернет-надзора, были еще менее оптимистичны. В комментариях к трем убийствам и связанным с ними новостным событиям не было обнаружено ничего подозрительного, однако комментаторы, угрожающие насилием и бурно его поддерживающие, составили более девяносто процентов пользователей. Даже те, чьи IP-адреса находились в пределах города, исчислялись десятками тысяч. Проверить каждого было просто невозможно.

Взаимодействие со СМИ также потерпело фиаско и едва не привело к еще большему новостному инциденту. Полиция поручила городскому отделу агитации и пропаганды потребовать у подчиненных ему СМИ минимизировать освещение и приукрашивание плохих новостей, особенно тех, которые произошли на местном уровне. Неожиданно эта просьба вызвала резкий отпор со стороны СМИ. Журналисты были одновременно рассержены и обижены. В прошлом агитпроп просил СМИ молчать, когда речь шла о противозаконных действиях крупных предприятий, государственных органов и государственных служащих. Теперь, когда не позволяли освещать даже рядовые негативные социальные новости, неужели им каждый день лишь петь дифирамбы? Несколько медиакомпаний даже написали коллективное письмо в Городское собрание народных представителей с просьбой расследовать незаконные действия Городского департамента общественной безопасности, жестоко посягнувшего на свободу прессы. Соответствующие департаменты Городского собрания народных представителей придали этому большое значение и специально опросили соответствующих лиц, возглавляющих Городской департамент общественной безопасности и следственную группу, потребовав от них разумных объяснений. Выслушав доклад, высшее руководство заявило, что ситуацию можно понять, однако такой подход неуместен. После нескольких попыток договориться полиции пришлось пойти на компромисс. Однако средства массовой информации из неизвестного источника узнали об истинных намерениях полиции и сообщили об этом как о горячей новости. В результате три дела об убийствах, уже вызвавшие большой общественный резонанс, вновь стали предметом бурных обсуждений на каждом углу. Несмотря на изощренные формулировки и неясную точку зрения репортажей, общественность была проинформирована о главной тайне следственной деятельности полиции: цель убийцы – герои плохих новостей, то есть злодеи в глазах общественности.

Моментально догадки и комментарии об убийце появились на различных платформах. Среди них самая бурная реакция была в интернете. Появление такого человека в заурядной и почти монотонной жизни, несомненно, взбудоражило всех, по накалу страстей и оригинальности превосходя триллер. Особенно те, кто перенес немало жизненных страданий и трудностей, казалось, сразу нашли представителя, способного выразить их внутреннее возмущение.

«В следующий раз убей парочку чэнгуаней![97]»

«Бессовестный врач – вот кто заслуживает смерти!»

«Убей тех, кто продает ядовитый молочный порошок!»

Подобные призывы раздавались