Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

душонки, половина из них готовы трахнуть даже корову, если подвернется стул, на который можно забраться. Но как только речь заходит о незамужней женщине с ребенком… – Арно вздохнул. – Можно подумать, вся мудрость в том, чтобы слепо следовать предрассудкам. Я не вечен, а Матильда моя старшая дочь. Мишелю расти и расти, прежде чем он сможет взять в свои руки хозяйство. А когда это случится, трудно сказать, буду ли я еще рядом, чтобы помочь ему. Разумеется, на ферме много работы, но и возможности открываются большие. Соображаешь?

– Да. – Меня не столько поразило его предложение, сколько то, что он сделал его мне.

Арно довольно кивнул.

– Не жду, что решение можно принять в один день. Но правильному мужчине следует задуматься. Как считаешь?

– Кого вы называете правильным мужчиной? – Я старался, чтобы мой голос звучал бесстрастно.

– Человека, понимающего, какие перед ним открываются перспективы, – ответил он и едко добавил: – И которому я бы доверял.

– Как доверяли Луи?

Его лицо померкло, захлопнулось, точно капкан. Арно сунул трубку в карман и поднялся.

– Пошли. Мы и так потеряли кучу времени.

Я нагнулся за мешком и в тишине безошибочно угадал клацанье передергиваемого ружейного затвора. Обернулся и увидел, что Арно целит в меня. Я замер. Но в следующую секунду с облегчением понял, что его внимание привлек не я, а Лулу. Собака смотрела в лес, насторожив уши.

– Что она там… – начал я.

– Тихо!

Лулу настолько возбудилась, что дрожала всем телом. Арно упер приклад в плечо и, изготовившись, подал команду:

– Вперед!

Слово прозвучало чуть громче шепота, но Лулу услышала и, крадучись, двинулась в лес. Вскоре застыла с поднятой лапой. Я по-прежнему ничего не видел. Внезапно собака сорвалась с места, в тот же миг из травы вспорхнули две птицы и, хлопая крыльями, поднялись в воздух. От грохота ружья Арно я подпрыгнул. Одна из птиц упала на землю. Раздался второй выстрел, но птица вильнула в сторону и продолжала забирать все выше в небо. Арно выпалил в третий раз, но птица уже скрылась за кронами деревьев.

Арно сквозь зубы выругался, опустил ружье и недовольно поцокал языком. Из леса с высоко поднятой головой появилась Лулу, она несла в пасти птицу. Арно взял у нее добычу и потрепал по голове.

– Молодец, девочка!

Охота подняла его настроение. Серую куропатку он сунул в мешок.

– Было время, когда я сшибал обеих. Теперь реакция не та, что прежде. Стреляя навскидку, не надо надеяться, что первый выстрел не в счет. – Он холодно посмотрел на меня. – Забудешь об этом – и твой шанс упущен.

– Почему вы не охотитесь с дробовиком?

– Дробовик для тех, кто не умеет стрелять. – Арно погладил приклад своего ружья. – Это шестимиллиметровый «лебель». Принадлежал еще моему деду; он старше меня, а до сих пор точно стреляет на пятьдесят ярдов патронами двадцать второго калибра. Вот, попробуй, сколько весит.

Я нехотя взял у него ружье. Оно оказалось на удивление тяжелым. Приклад, отполированный во время долгого употребления, портила трещина в половину его длины. От оружия едко пахло сожженным порохом.

– Хочешь попробовать? – спросил Арно.

– Нет, спасибо.

Когда я отдавал ему «лебеля», он самодовольно ухмыльнулся.

– Что, слишком чувствительный или просто боишься громких звуков?

– И то и другое. – Я подхватил мешок. – Так мы идем или нет?

В полдень мы повернули к дому. Набили капканами с полдюжины мешков, но еще не приступили к лесу у озера.

– Снимем в другой раз, – объявил Арно, потирая спину. – Если опять сунется полиция, сначала станет искать у дороги.

Мешки получились громоздкими и тяжелыми, поэтому домой мы принесли только по одному, а остальные оставили в лесу. Арно бросил свой во дворе и мрачно приказал мне доставить остальные. Теперь придется сделать несколько ходок и, подобно собирающему металлолом Санта-Клаусу, таскать мешки по одному на спине. Когда последний мешок был успешно помещен в конюшню, я тяжело вздохнул. Зализывая ободранные костяшки пальцев, заметил, что в проеме кухонной двери мелькнула тень, и на пороге появилась Матильда.

– Это последние? – спросила она, прикрывая глаза от солнца.

– Пока да, – ответил я. – Еще остались в лесу вокруг озера, но на сегодня мы закончили.

– Хотите кофе?

– Спасибо.

Я двинулся за ней в дом, сел за стол, в последний момент вспомнив, что нельзя занимать место хозяина.

– Ничего страшного, – улыбнулась Матильда. – Отец отдыхает. Спина болит.

Не могу сказать, что проникся к нему состраданием.

– Где Греттен?

– Собирает яйца. Скоро придет. – Матильда насыпала в кофейник молотый кофе и поставила на плиту. – Как ее успехи в английском?

– Она не очень интересуется занятиями.

Матильда промолчала и чем-то занялась у раковины, пока кофейник не стал издавать захлебывающиеся звуки. Она сняла его с огня и налила в чашку темную жидкость.

– А вы? – произнес я, принимая у нее кофе.

– Не сейчас. – Она постояла у стола, а затем неожиданно села рядом.

У Матильды был усталый вид, и я невольно вспомнил предложение ее отца. Чтобы избавиться от непрошеных мыслей, сделал глоток обжигающего напитка и стал придумывать, что бы сказать.

– Вам не жаль, что мы снимаем капканы?

Признаю, не лучшее начало разговора, но Матильда отнеслась к моим словам спокойно и поддержала беседу.

– Мне никогда не нравилось, что они стояли.

– Но ваш отец считает, что ферму необходимо защищать.

Она взглянула на меня и отвернулась. Я ничего не сумел прочитать в ее загадочных серых глазах.

– Невозможно оградить себя от мира.

Фраза почему-то прозвучала как упрек. Мы оба посмотрели на Мишеля в манеже, словно надеясь, что он нарушит молчание.

– Вы получаете… – начал я и осекся.

– Что?

– Неважно.

Матильда взглянула на сына, будто догадываясь, о чем я собирался спросить.

– Продолжайте.

– Я хотел узнать, вы получаете известия от его отца?

Я почти не сомневался, что она разозлится, но Матильда лишь покачала головой.

– Нет.

– Где он?

Она едва заметно пожала плечами.

– Не знаю.

– Неужели не хочет увидеть собственного сына?

Не успели эти слова сорваться у меня с языка, как я о них пожалел. Уж у меня-то прав меньше, чем у кого-либо, задавать подобные вопросы.

– Мишеля мы не планировали. А Луи всегда боялся ответственности.

Я уже спросил больше, чем мне полагалось, но чувствовал – и не мог в этом ошибиться – между нами некую близость. Было в позе Матильды нечто манящее, отчего хотелось протянуть руку и дотронуться до нее. Вместо этого я обхватил ладонями кофейную чашку.

– Вам никогда не приходило в голову уйти отсюда? Вдвоем с Мишелем?

Ее удивила моя прямота. Но чем дольше я наблюдал