Венок русалки - Марина Север

– Вот, возьмите. У меня еще есть. Отдавать не надо.

Марина улыбнулась. Мария Степановна не спешила уходить. Взяв пачку, она присела на стул и уставилась в окно.

Тут Марина не выдержала, понимая, что женщина хочет что-то сказать, но не знает с чего начать разговор.

– Мария Степановна, – начала Маринка, – у вас что-то случилось?

Женщина отвела взгляд от окна и посмотрела мокрыми от слез глазами.

– Не хотела вас загружать своими проблемами, да выговориться некому. Вы просто человек новый, приехала из города, еще и жена нашего бывшего ученика.

Марина поставила сумочку на стол, которую все это время держала у себя на коленях и взяла бокал с тумбочки.

– Мария Степановна, чаю будете?

Женщина улыбнулась и кивнула головой.

Марина взяла свой бокал, забежала в библиотеку, прихватила кружку Марии Степановны и побежала вниз в учительскую. Там уже собрался народ. Начался рабочий день.

Налив кипятка в кружки, Марина поднялась к себе. Женщина сидела все на том же месте, подставив кулачек под щеку, и смотрела в окно.

Поставив кружки на стол, она достала пакетики с заваркой и разложила их по бокалам. В тумбочке лежало печенье и коробочка с сахаром. Соорудив небольшой чайный столик, подала ложку Марии Степановне и улыбнулась.

– Не хотите рассказать, что у вас стряслось?

Марина решила не ходить вокруг да около. Так они могут весь день просидеть у нее в кабинете, вздыхая и пялясь в окно. А работа стоит. Да и женщину было жалко. Видимо ей серьезно досталось от директора школы.

Мария Степановна вздохнула, положила пару кусочков сахара в стакан, размешала его и отпила чаю.

– Знаешь, Мариночка, я столько лет проработала в этой школе, что даже подумать не могла, что сегодня меня будут отчитывать как невоспитанного ребенка.

Она поставила стакан на стол и посмотрела на Марину печальными глазами.

– Ирина Григорьевна пришла работать в эту школу в тоже время, когда и я. Только она учителем, а я сразу библиотекарем. Это она сейчас стала директором, а раньше преподавала детям. Ходила как все на работу, получала заработную плату и ездила на повышение квалификации. Потом стала завучем, и только через много лет, ее назначили директором.

Марина отпила чай и посмотрела на женщину.

– Мария Степановна, вы меня извините, я ненароком услышала, когда шла к себе в кабинет, как Ирина Григорьевна ругалась. Правда до меня долетела последняя фраза.

Женщина как то странно посмотрела, но ничего не сказала.

– Вы не думайте, – продолжила Марина, – это было не специально, просто она так громко разговаривала, что было слышно даже в коридоре.

Она не хотела говорить, что подкралась к двери и, приоткрыв ее, слушала разговор. Правда, ничего толком узнать ей не удалось. Видимо в это время беседа подошла к концу.

– Да я вам верю, Мариночка, просто обидно, что человек, с которым мы проработали всю жизнь, обвинила меня в пропаже книги из библиотеки. Как будто я ее кому-то отдала, а записать забыла. Или просто напросто себе забрала.

Марина подняла брови в удивлении.

– А у вас что-то пропало?

– Пропало. Одна книга, старая, которую нам когда-то передал один историк. Он был на наших озерах, приезжал отдыхать и посетил школу. Вот именно тогда и подарил эту замечательную вещь.

Марина нахмурила лоб. Вроде Иосиф Кондратьевич искал какую-то книгу, но так и не нашел.

– Мария Степановна, а не эту ли книгу искал учитель истории? Вроде я ему даже помогала в поисках.

Женщина посмотрела на Марину, печальными глазами.

– Все правильно. Именно ее он и искал. Скорее всего, Иосиф Кондратьевич и пожаловался директору, что книга куда-то делась, и он не может ее отыскать.

– Вы думаете, что это он? Не может быть. Иосиф Кондратьевич совсем не похож на ябеду. Мне он показался очень интеллигентным человеком. Вы вроде хорошо с ним общаетесь. Почему бы вам взять и не спросить у него? Посмотрите, что он вам ответит на это.

Мария Степановна допила свой чай и поставила кружку на стол.

– Неудобно мне задавать такие вопросы. А если это действительно не он? Тогда получится, что я зря обижу человека.

Женщина тяжело вздохнула и собралась уже уходить, когда Маринка вдруг вспомнила, что хотела ее кое о чем спросить. Уж она-то наверняка должна знать.

– Мария Степановна, хотела вас спросить о двух старушках, которые проживают в вашей деревне. Вы должны их знать. Бабушка Глаша и ее соседка бабушка Матрена.

Библиотекарь взметнула вверх брови и округлила глаза от удивления.

– Деточка, с чего вдруг тебя заинтересовали эти две древние старухи?

Марина замялась, но все-таки решила сказать.

– Мне сегодня Катя, наша учительница по английскому языку, рассказала, что эти две бабульки знают, кто убил дядю Ваню. Они так и сказали участковому, что мол, знаем. А вы же сами понимаете, что мы с Викой были в ту ночь на озере и все подозрения падают на нас. Очень хочется разобраться в этом деле.

Марина выжидающе посмотрела на Марию Степановну, в надежде что та, поможет ей и расскажет про этих старушек что-нибудь интересное.

Женщина же смотрела на нее удивленными глазами, а потом вдруг начала тихонько смеяться. Маринка не понимала, что ее могло так развеселить.

– Деточка, – сквозь смех сказала Мария Степановна, – перестань верить всему, что слышишь. Здесь все любят посплетничать, а иногда и приукрасить. Даже эта Катерина, услышит то там, то там, а потом свое додумает, и давай всем свою версию рассказывать.

Женщина вытерла платочком поступившие слезы от смеха и продолжила.

– Знаю я и Матрену и Глашу. Они самые старые жители нашей деревни. Я еще ребенком была, и на речку бегала, а они здесь жили. Ни одна, ни другая никогда замуж не выходили. Всегда соседками были.

Марина поняла, что может расспросить библиотекаря о том, что ее интересует. Главное нужно аккуратно выбирать слова, чтобы та не подумала о ней непонятно что.

– Мария Степановна, а, правда, что они про нечисть много знают и даже видели ее?

Женщина наклонила голову набок и прищурила глаза.

– Деточка, а ты сама во что веришь?

Марина пожала плечами.

– Знаете, Мария Степановна, я человек простой. Всю жизнь читала книги про домовых леших и другой нечестии. В детстве мне часто бабушка рассказывала про них сказки. Но по настоящему в такие глупости не верю, – до недавних событий, подумала Марина, но вслух это не сказала.

– Вот и я про тоже говорю, что все это сказки и небылицы, а Глашка и Матрена верят.

Мария Степановна отложила в сторону пачку бумаги, подперла подбородок