Искатель, 2012 №5 - Елена Болотова

— Но ты-то чем рискуешь, Илья? Это я рискую. Ребята мои рискуют. Иннокентий себя подставляет... Садись поближе, Кеша, и слушай. Придешь к Екатерине, не тащи ее сразу в постель. Это невежливо. Напои ее сперва шампанским... Я тебе таблеточку дам — на час она вырубится. А ты ровно в восемь быстро все меняешь и возвращаешься к Кате. Приводишь ее в чувство.

А если она сама раньше очнется?

— Скажешь, что за сигаретами бегал. Будто бы тебе перед этим делом всегда очень курить хочется.

В восемь вечера у дома Павленко было действительно тихо. Рабочий люд уже вернулся домой и ужинал, владельцы собак еще не вышли на прогулку, старушки завершали просмотр сериала.

Савенков оставил машину у входа в детский сад, за забором которого хорошо просматривались подъезд Павленко и дорога перед ним. Немного мешали кусты, и очень хотелось забраться повыше — на детскую лесенку из красных труб или на крышу навеса над песочницей. Но это было бы слишком. Глупо и нелепо. Надо изображать пенсионера, вышедшего подышать вечерним воздухом.

Самым удобным для обзора местом оказались качели. Савенков постоял около них, потом проверил надежность и с трудом втиснул свой зад на узкое сиденье.

Он внимательно вглядывался в припаркованные рядом машины, в окна первых этажей, в стекла соседних подъездов... Он знал, что они где-то здесь, но не мог их заметить. Ни тех, ни других. Ни бойцов Умарова, ни ребят Дибича.

Первой появилась машина Аслана, она проехала вдоль всего дома и исчезла за цепочкой гаражей-ракушек. Там было тоже удобное место для наблюдения и подстраховки.

Еще через пять минут у подъезда остановилась серая «Вольво». Открылась правая задняя дверца. Из нее вышел крепкий парень с короткой стрижкой и тупо уставился на входную дверь. Он знал, что сейчас из нее выйдет мужик с кейсом, содержимое которого надо вытрясти в пустую сумку, а из другой, полной, достать двадцать пачек с гравюрами[2], положить их вместо настоящих и быстро вернуть все фрайну[3]. Делов натри минуты. Сам Аслан ливер[4] ведет. Сказал, что крутиловки[5] не будет. Он хоть и чех[6], но с ним не бортанешься[7]...

Ждал он недолго, но первым появился не Иннокентий. Почти рядом с машиной Аслана распахнулась дверь гаража, и из нее вылетели пятеро парней в камуфляже, в масках и с автоматами. Одновременно с дальней стороны дома с воем и с мигалкой подкатила милицейская машина, а из-за ближайшего угла на скорости выскочил и перекрыл дорогу микроавтобус.

Ожидавший Иннокентия парень сам бросился на землю и закинул руки на затылок. Потом из «Вольво» выволокли еще троих. Откуда ни возьмись появились понятые, на капот легла черная сумка с пачками долларов, вокруг забегали следователи, эксперт, фотограф. Все как полагается.

В этой суматохе никто не заметил вышедшего из подъезда Иннокентия с кейсом. Никто, кроме Аслана и Савенкова. Только они наблюдали, как он дрожащими руками закурил и бочком, вдоль стены стал пробираться к соседнему дому.

Аслан мог его догнать. Но надо было покинуть машину и пробежать сквозь толпу оперативников и мимо своих ребят, лежащих на земле. Он хотел так сделать, но ни руки, ни ноги не слушались.

Савенков и Аслан досмотрели представление до конца, до того момента, когда черную сумку швырнули в милицейскую машину, бывшие пассажиры «Вольво» были погружены в микроавтобус, а за руль серой иномарки сел белобрысый лейтенант...

Когда площадка перед домом Павленко освободилась, Аслан выждал еще пять минут и поехал к офису «Басойла» докладывать Илье Баскину об «успешном проведении операции».

Савенкова задержал телефонный звонок:

— О, Настя! Приветствую цвет российской журналистики. Рад тебя слышать... Куда? Ты с ума сошла! Я запрещаю встречаться с Баскиным... Что значит не подчиняешься мне? А жизнь твоя тебе дороже? Не молчи... Хорошо, я подстрахую. Ты набери на мобильнике мой номер, чтоб одной кнопкой можно было вызвать... Через двадцать минут я встану напротив «Басойла», на другой стороне, рядом с кафе. Возьмешь свое интервью — и сразу ко мне. До встречи...

Савенков бросился к своей машине. Он даже не думал, что едет с Асланом Умаровым в одном направлении. И в одном потоке машин. Их разделяли двести-триста метров.

Обзор прессы:

Газета «Столица»:

— Кого мы выбираем в Думу? Политиков с реальной программой или балаболок, меняющих свои взгляды, как перчатки? Мы просмотрели выступления кандидата от Юго-Запада Москвы, господина Павленко. В каждой аудитории он говорит то, что хотят от него услышать. Одним — что отнимет все у богатых и передаст бедным. Другим — что будет ратовать за свободный рынок и священное право собственности. Учителям он повысит зарплату, военным обещает квартиры, а алкоголикам — водку... Очень жаль, что такой деятель уверенно лидирует в предвыборных опросах. Но еще есть время. Избиратель должен обратить внимание на действительно честного, мужественного человека, на бывшего журналиста и героя чеченской войны Николая Карасева.

Газета «Голос народа»:

— Нам стало известно о захвате в Москве группы лиц с фальшивыми долларами, изготовленными в Чечне. Явный успех спецслужб. Мы поместили бы заметку об этом эпизоде в криминальной хронике, но печатаем ее в предвыборном политическом блоке по двум причинам. Сами арестованные и их машина принадлежат охранной фирме, обслуживающей «Басойл» и его лидера Илью Баскина, который открыто симпатизирует кандидату в Думу Николаю Карасеву. Задержание проводилось рядом с домом, где живет соперник Карасева господин Павленко.

Так что это было? Попытка команды Карасева, а может быть, и самого Баскина, подбросить сопернику фальшивые деньги и вывести Павленко из игры? Очень похоже. Вот они, грязные технологии для проведения в Думу грязных депутатов!

Глава 12

Анастасия и не думала нарушать свои обязательства. Да, она поклялась Савенкову, что не будет без его команды ничего публиковать по Крыму, по Бахчисарайскому затворнику Звереву, по Карасеву и его чеченским «подвигам», по «Басойлу», наконец. Обещала — значит, и не будет ничего печатать. Ей и самой этого не очень хотелось. За последнюю неделю вокруг нее произошло несколько смертей... Иннокентий чуть не украл Катю Павленко, Валет чуть не убил Олега, а ее чуть не... Хватит! Надо притихнуть и слушаться мудрого Савенкова.

Но она обещала не писать статей, не печатать их в газете, не выступать публично... Она же не обещала не собирать материал. Тем более когда он сам лезет в руки. Ей не пришлось ничего делать.