"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

— Что?

Она выглядела настолько искренне изумленной, что Терье бросил попытки играть в плохого полицейского. Вся эта ситуация вызывала у него сильный дискомфорт: несколько лет подряд ему приходилось вести неблагодарное тайное расследование против своего близкого, но жутко несносного коллеги Карла Мёрка. Тогда все обвинения оказались результатом грязного заговора, и повторять этот опыт у него не было ни малейшего желания.

Он откашлялся:

— Сегодня утром я получил некоторые результаты экспертизы, и они, как выяснилось, имеют прямое отношение к тебе и твоему прошлому.

— Ко мне?

Теперь по ее лицу казалось, что она вот-вот расхохочется.

— Именно к тебе. И когда я озвучу эти выводы, я буду ждать от тебя абсолютной честности в ответах на мои вопросы. Помни: я принял тебя в отдел «Q» на основе слепого доверия к твоим способностям, честности и намерениям. И жду, что ты ответишь мне тем же и пойдешь навстречу. Идет?

Хелена настороженно посмотрела на него, а затем неопределенно качнула головой. Терье предпочел расценить этот жест как кивок согласия.

— Несколько дней назад на обочине Люнгбювейен мы нашли пистолет «Зиг Зауэр». Оказалось, именно из него застрелили и Марье Баккер на Эстербро, и бухгалтера в Видовре. Оружие совпало с пулей, которую ты вытащила из теста в пекарне «ТаТо», и с той, что мы нашли застрявшей в стене гостиной у бухгалтера.

— И...? — Хелена прищурилась.

— Мы связались с коллегами по всей Европе, и выяснилось, Хелена, что то же самое оружие фигурировало в уголовном деле много лет назад. А именно в 2011 году. — Терье сделал короткую паузу, пристально глядя на нее. — Из этого самого пистолета «Зиг Зауэр» стреляли в тебя. Он был направлен на тебя.

Терье заметил, как ее глаза на секунду забегали, прежде чем она наклонилась над столом.

— Ce n’est pas possible (это невозможно), — ее голос дрогнул.

Терье негромко причмокнул языком. Он и сам сначала не поверил своим глазам, когда получил результаты баллистического отчета, но выводы экспертов были однозначными.

— Хелена, я знаю, что ты получила ранение в спину во время спецоперации в 2011 году. И вот тут начинается самое странное: когда час назад я связался с твоими бывшими коллегами в полиции Лиона, они с огромным трудом смогли разыскать отчет о том происшествии. Тот любезный полицейский, с которым я разговаривал, сообщил, что в их архиве хранится только куцее баллистическое заключение с парой пометок на полях, а имя пострадавшей полностью засекречено. Однако он проработал там достаточно долго, чтобы помнить ту историю. И тебя.

Во время этого рассказа Терье не сводил с нее глаз. Она не проронила ни слова. Лишь молча смотрела на него, прерывисто дыша.

— Протоколы о столь серьезных инцидентах — особенно когда ранят сотрудника полиции — не могут просто испариться без следа, верно? Но... — Терье негромко постучал пальцами по столу. — Всё становится возможным, если отец этой сотрудницы является префектом полиции всего округа.

Хелена растерянно подняла глаза, и Терье сцепил пальцы в замок перед собой на столе.

— Хелена, я знаю, что ты стала свидетелем преступления. Неудавшегося похищения, насколько я понял. Ты пустилась в погоню за преступниками на собственной машине. Началась перестрелка. Тебя ранили.

Хелена не двигалась, ее взгляд намертво приковался к сцепленным рукам Терье.

— И теперь я прошу тебя спокойно рассказать мне обо всём, что тогда произошло. Мне нужно понять, каким образом пистолет, из которого стреляли в тебя двенадцать лет назад в Лионе, всплывает в качестве орудия двух убийств здесь, в Копенгагене.

— Я понятия не имею, — она подняла глаза, у нее нервно дрогнуло бровь. — Это просто совпадение.

— Хелена, мне нужны все подробности того дела. — Терье почувствовал, как закипает раздражение. Два умышленных убийства числились «нераскрытыми» на его доске на Тегльхольмене. И висит этот висяк на нем. — Что именно там произошло? Кто были преступники, как они выглядели? Как началась стрельба? Ты открыла ответный огонь? Как они умудрились попасть тебе в спину, если шла перестрелка...

Хелена резко поднялась со стула.

— Прекрати! — закричала она, так что ее голос эхом разнесся по пустому помещению.

Терье замолчал на несколько секунд, возвращая себе самообладание.

— Похоже, ты не понимаешь всей серьезности ситуации, Хелена! У меня на руках два трупа и орудие убийства, которое каким-то немыслимым образом связано с делом, в котором фигурируешь ты.

Он сам услышал в своем голосе обвинительные нотки — словно подозревал Хелену в расправе над хозяйкой пекарни, — и понял, что нужно сбавить тон, пока она окончательно не замкнулась в себе.

— Мне нужно знать, почему ты приехала в Данию, Хелена, — заговорил он мягче. — Сама понимаешь, совпадение по времени выглядит слишком подозрительным. Ты ведешь здесь какое-то собственное неофициальное расследование? Тебе угрожала опасность во Франции?

— Я не могу ничего рассказать, — прервала его Хелена. Ее голос опустился до шепота. — Мне страшно.

Терье поднялся из-за стола и снова принялся хлопать по карманам в поисках электронной сигареты. Он не понимал, что происходит. Хелена получила ранение при исполнении, другие копы при каждом удобном случае хвастались бы подобным шрамом.

— Я могу идти? — она указала на дверь. — Мне нужно подумать.

Начальник убойного отдела затянулся и со вздохом выпустил облако пара:

— Я, разумеется, не могу тебя ни к чему принуждать. Но если ты не можешь пойти мне навстречу и поделиться информацией, которая имеет решающее значение для раскрытия двух убийств... что ж, тогда ты не можешь здесь работать. Думаю, ты сама это понимаешь.

Хелена не двигалась.

— Ты меня услышала, Хелена? Жду тебя в понедельник утром у себя в кабинете, и ты расскажешь мне всё о том инциденте. Абсолютно всё. Иначе собирай вещи и увольняйся из датской полиции.

Терье подошел к двери и положил ладонь на ручку, но помедлил секунду, прежде чем открыть.

— Всё ясно, Хелена?

Она постояла молча, затем едва заметно кивнула, не поднимая глаз, и вышла из кабинета.

Глава 61

Ассад

Ассад покосился на Хелену, когда они входили в ворота школы святого Лаврентия.

Всю дорогу она просидела на пассажирском сиденье молча, спрятавшись за солнцезащитными очками, с угрюмо сжатыми губами. Собственно, с самого выезда из Управления она не произнесла ни одного связного предложения.

То, что Терье перед этим вызвал Хелену на «конфиденциальную