Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Я это понял. Мы здесь одни, – заверил его Снейдер.

– Кто ваш сопровождающий?

– Дирк ван Нистельрой, мой шеф.

– Он отстранит вас от дела, а БКА получит указание скрыть все доказательства.

– Нет, этого не случится. Вы можете ему доверять, он на нашей стороне. – Снейдер сделал паузу. – Лунгстрём еще жив?

– Да. – Ствол винтовки лежал на плексигласовой облицовке кокпита, и лазерная точка целилась Снейдеру в грудь. – Бросьте ваши пистолеты в воду, – потребовал Шэффер.

– Я не могу.

Лазерная точка угрожающе переместилась на грудь ван Нистельроя.

– Бросайте!

– Мы не можем этого сделать, – теперь сказал и ван Нистельрой. – Мы полицейские. И не расстанемся с оружием. Но я обещаю вам, что мы не притронемся к нему, пока будем благоразумно говорить – тогда со всеми нами и с доктором Лунгстрёмом ничего не случится. Это мое предложение. Оно более чем справедливое, и на большее вы не можете рассчитывать.

Шэффер раздумывал. Наконец он сказал:

– Согласен. Но держите руки внизу и не делайте резких движений.

Снейдер сделал глубокий вдох и выдох. Его плечи медленно расслабились.

– Мы уже знакомы с вами. Вы были моим студентом. Почему не пришли ко мне? – спросил Снейдер. – Зачем все эти ужасные убийства?

– Вы уже выяснили, что сделали с моей матерью.

– Мы могли бы все обсудить, – добавил Снейдер.

– Вы, как и я, отлично знаете, что вам никогда не поручили бы официального расследования. Вас бы заставили замолчать, – ответил Шэффер. – А сейчас вы уже почувствовали, что за всем этим стоит и как далеко простираются щупальца спрута.

– Да, я уже понял, но это было бы возможно и без всех этих трупов, – настаивал Снейдер.

– О нет! – возразил Шэффер. – Вы сами рассказывали нам в академии историю про лягушку. Помните?

Да, черт возьми. Идиотская история про лягушку была притянута за уши, но Снейдер понял намек. Он лишь кивнул. Между тем его глаза настолько привыкли к темноте, что ему казалось, он видит ствол винтовки с оптическим прицелом, за которым стоял Шэффер.

Ван Нистельрой взглянул на Снейдера.

– Какая история про лягушку?

– Если бросить лягушку в горшок с кипящей водой, она тут же выскочит, – ответил Шэффер вместо Снейдера. – А если посадить лягушку в холодную воду и постепенно нагревать ее, то лягушка умрет, потому что не заметит этого и останется сидеть в воде.

– И что? – спросил ван Нистельрой, который, очевидно, не понял морали.

– Если бы я вывалил БКА сразу всю информацию, следователи отказались бы от дела и ничего бы не предприняли, – интерпретировал Шэффер. – А если втянуть в историю такого человека, как Снейдер, так, чтобы он сначала не знал, какие масштабы примет дело, он не отступится, потому что с определенного момента просто не может иначе. – Он сделал паузу. – Тогда вы называли это техникой небольших манипулятивных шагов.

Ван Нистельрой вопросительно посмотрел на Снейдера. Тот кивнул, затем взглянул на Шэффера.

– Но сравнение неудачное, потому что для этого не нужны были убийства.

– Вы же не верите, что раскрыли бы все это без убийств? – крикнул Шэффер.

Снейдер промолчал. Возможно, Шэффер был прав. Но сейчас было уже слишком поздно, и они никогда это не узнают.

– Я не настроен на психологический сеанс с вами, – ответил Снейдер. – Я хочу поговорить с Лунгстрёмом.

Красная точка снова переместилась к Снейдеру и замерла у него на груди.

Неужели Шэффер действительно выстрелит? Он не был слетевшим с катушек киллером, иначе убил бы Мартинелли, Хоровитца и Кржистофа. И тем не менее рискнет всем, чтобы довести до конца свою безнадежную миссию.

Снейдер прикинул, успеет ли вытащить пистолет из кобуры, дозарядить его, прицелиться в силуэт Шэффера и нажать на спусковой крючок. Минимум две секунды. За это время Шэффер выстрелит пять или шесть раз. Три в него – в плечо, грудь и голову, – а потом в ван Нистельроя. Наверняка оружие у него с глушителем. В конце прикончит Лунгстрёма пулей в голову, выбросит труп за борт и обратится в бегство по морю. Вероятно, у Шэффера есть счета за границей, чтобы скрыться в стране, которая не выдает преступников в Германию, Австрию, Швейцарию или Нидерланды.

Куба, Мальдивы, Гватемала или Филиппины, – спонтанно пришло Снейдеру в голову. Вероятно, Гватемала, потому что там есть высокие горы.

– Лунгстрём! – повторил Снейдер.

– Хорошо, – наконец согласился Шэффер. – У вас ровно сорок минут, чтобы до полуночи убедить меня, что Лунгстрём и все остальные, кто был связан с убийством детей, попадут в СМИ и предстанут перед судом.

– Тогда не будем терять времени, – поторопил Снейдер.

Шэффер сделал шаг в сторону.

– Поднимайся!

Снейдер услышал стон. Затем появился Лунгстрём. Снейдер узнал его по черному смокингу и желтой бабочке, которая переливалась в лунном свете. Тот с трудом поднялся на ноги. По его неловким движениям Снейдер заметил, что руки у него связаны впереди.

Резким движением Шэффер сорвал у него со рта клейкую ленту с кляпом.

Лунгстрём втянул воздух, закашлялся и вцепился обеими руками в релинг. Затем посмотрел вниз на пирс. И очевидно, узнал Снейдера.

– Спасите меня! – выкрикнул он.

Что это вдруг!

– Где вы были? Этот мужчина сумасшедший! – добавил Лунгстрём.

Снейдер сжал кулак. Из-за тебя Кржистоф, возможно, никогда не выйдет из больницы! Пора начинать выставлять счета – людям, из-за которых он терял свое время.

В этот момент Снейдер заметил, насколько у него мало мотивации спасать жизнь этому типу. Но Лунгстрём знал все факты о покровителях и закулисных фигурах, и только из-за этого он должен был пережить сегодняшнюю ночь.

– И что сейчас? – спросил ван Нистельрой.

– Вы задаете вопросы, Лунгстрём отвечает, – сказал Шэффер. – И если у меня появится ощущение, что он говорит неправду, я выстрелю ему в ногу.

– Что? – заверещал Лунгстрём. – Что это значит? Добрый полицейский, злой полицейский? Вы надо мной изде…

Раздался приглушенный хлопок. Доски заскрипели, в разные стороны полетели щепки, и в следующий момент Лунгстрём страдальчески вскрикнул.

Снейдер пытался наблюдать за сценой без эмоций. Очевидно, Шэффер держал в другой руке пистолет, из которого только что выстрелил Лунгстрёму в ступню. Жаль красивые желтые ботинки. Но не трагично, учитывая, что могло случиться в следующий момент.

– Хватит орать! – пригрозил Шэффер. – Иначе следующая пуля угодит тебе в икру или колено.

Снейдер услышал, как Лунгстрём сжал зубы и, хрипя, проглотил свою боль.

– Почему Glostermed проводил эксперименты с младенцами? – быстро спросил Снейдер, пока еще что-нибудь не случилось.

Лунгстрём молчал.

Шэффер вдавил ствол пистолета врачу в спину.

– Давай отвечай!

– Мы исследовали рентгеновские лучи, – ответил Лунгстрём.

– Почему с младенцами, подонок! – крикнул Снейдер. – В этом вопрос.

– Мы больше не могли