Игра вслепую - Лэй Цзюнь

– Что это за книга? – спросил я между делом, в то время как мои пальцы легко скользили по обложке. Выпуклые точки, расположенные в определенном порядке, обозначали инициали и финали китайского пиньиня и в конце складывались в несколько иероглифов. 见鬼的爱情 夏亚军 著 – «Чертова любовь», автор Ся Цзюнь.

– Это принес утром герр Веймер, – объяснила Ясмин. – Говорят, это еще не изданный детективный роман. Папа достал его заранее через знакомого в издательстве.

Я действительно помнил этого автора и того странного психолога, не желавшего быть детективом… кажется, его звали Фан Чэн? Однако, если было достаточно всего лишь попросить издательство об одолжении, чтобы получить еще не опубликованный роман, я предпочел бы шестой том «Песни льда и пламени» Джорджа Мартина. С момента выхода «Танца с драконами» прошло уже больше двух лет, а тот писатель, тезка отца Мартина, не подает признаков жизни…

– Что ж, приятного чтения. – Ясмин поцеловала меня в щеку. – Пойду собирать чемоданы.

Она попрощалась, обняв Элизабет. Та немного посидела у двери, с тоской глядя вслед, пока фигура Ясмин полностью не исчезла, после чего невесело вернулась в свой угол.

Будучи не в настроении читать, я отодвинул книгу, включил компьютер и с помощью голосовой функции без особого интереса стал просматривать новости в интернете. Неожиданно мое внимание привлек один заголовок: «В деле о мальчике с выколотыми глазами сегодня произошел крупный прорыв. Подозреваемая – его родная тетя по отцу».

Не колеблясь, я отдал команду перейти по ссылке. Открылась новая веб-страница, и синтезированный женский голос без всяких эмоций зачитал ее содержимое: «Сегодня утром стало известно, что шестилетний мальчик Сяо Гуан, которому несколько дней назад жестоко выкололи глаза, вышел из больницы; благодаря усилиям медицинского персонала опасность для жизни миновала. К сожалению, у ребенка диагностировали полную и необратимую слепоту. Сейчас он находится у своих родителей, его состояние стабильно…»

Глава 25

– Как дела у Сяо Гуана? – нетерпеливо спросил Пропойца, то есть господин Ся Цзюнь, едва я уселся, даже не успев убрать трость.

– Настроение бодрое. – Я подвинулся на диване, пытаясь устроиться поудобнее. – Операция по установке глазных протезов прошла успешно; врачи сказали, что его можно выписывать в любое время. Однако мы хотели использовать это время, чтобы пообщаться побольше, так что его семья пробудет в Гонконге еще несколько дней.

Согласно правилам гонконгского транзитного визового режима, перед возвращением в Германию мне разрешили остаться на семь дней. По поручению отца я принес чек, изначально предназначенный для дальнейшего лечения Сяо Гуана, но, к моему удивлению, госпожа Лю Ли вежливо отказалась. Эта достойная уважения мать сказала, что с момента широкого освещения дела в СМИ они почти ежедневно получают пожертвования и совсем недавно некий анонимный благотворитель единовременно выделил значительную сумму, которой уже хватило на покрытие медицинских расходов. Их семья ни в коем случае не может принять деньги сверх этой суммы.

– Сможет ли ребенок в будущем стать самостоятельным, как ты? – Голос доктора Фан Чэна по-прежнему звучал мрачно, но, привыкнув, я уже не находил его таким жутким, как вначале.

– Я верю, – улыбнувшись, я кивнул, – что в будущем он превзойдет меня.

Это не было ложной скромностью с моей стороны или несбыточным ожиданием. По сравнению со мной, у Сяо Гуана есть четкое представление о зрении, и это нельзя игнорировать.

Я привел пример в подтверждение этой мысли. Однажды мы заговорили о его операции. Мне вдруг взбрела в голову мысль, и я намеренно поддразнил его:

– Сяо Гуан, эти глазные протезы тебе очень идут.

Однако никак не ожидал, что он тут же парирует:

– Братец Бен, ты врешь! Ты ведь тоже не видишь!

Оба моих гостя с пониманием рассмеялись. Они направлялись через Гонконг в Тайбэй на презентацию новой книги господина Ся Яцзюня (которую я уже прочитал заранее). И я пригласил их ненадолго зайти в отель, где остановился, – из-за одного ранее данного обещания.

Вэнь Юде, казалось, предвидела это: когда наш самолет приземлился в аэропорту Чеклапкок, она упорхнула прочь, словно бабочка. Ее место заняла Ясмин, которая специально прилетела из Германии и уже некоторое время ждала в Гонконге, – как она всегда это делала. Моя сестра, всегда молча стоявшая на страже рядом со мной, воспринималась этим слабым старшим братом как объект защиты. Черный юмор Бога…

– У меня есть идея относительно названия книги, – произнес господин Ся Яцзюнь.

…Как раз в ту ночь, когда Колесо Судьбы слегка отклонилось от курса, под софорой у колодца я попросил господина Ся Яцзюня записать эту абсурдную историю. Писатель с радостью согласился и пообещал создать на ее основе книгу. Я полагаю, это должно…

– Ся Я, прежде чем обсуждать название, лучше сначала рассказать ему правду? – неторопливо прервал его Фан Чэн.

Я уже начал сомневаться, не подводят ли меня уши.

– Что?

– Вот как обстоит дело, – сказал господин Ся Яцзюнь. – А-Бэнь, знаешь ли ты, почему мы оказались в той деревне?

– Конечно, – не задумываясь, ответил я. – Потому что…

И тут мое горло словно внезапно сдавили.

Оглядываясь сейчас назад – насчет недобрых намерений этих двух незваных гостей, – я тогда действительно строил много предположений. Потому что тетя Де сказала, что они… Но с тех пор как я осознал их истинные личности, это перестало быть важным, и я больше не размышлял над этим.

Возможно, потому, что господин Ся Яцзюнь испытывал сомнения насчет «Дела о мальчике с выколотыми глазами», он и позвал доктора Фан Чэна для расследования на месте, и, сами того не ожидая, они наткнулись на ту самую копию деревни. В общем, наша встреча была просто случайным совпадением – или еще одной шуткой Бога.

– Похоже, ты прав, – сказал господин Ся Яцзюнь. Эта фраза, казалось, была обращена к доктору Фан Чэну.

– Что… что происходит? – Меня охватила непонятная тревога. Хотя я находился в шумном людном месте, я чувствовал себя более растерянным, чем на темной горной тропе, когда они преследовали меня по пятам.

– Ты, вероятно, думаешь, – снова тем же голосом Вестника Преисподней произнес доктор Фан Чэн, – что твои родители, приложив все усилия, срежиссировали все это, чтобы продолжать скрывать от тебя цвет твоей кожи, верно?

А что, разве не так? Мне очень хотелось задать встречный вопрос, но интуиция заставила меня промолчать.

– Судя по твоей проницательности, ты должен был понять это давно, – прокомментировал доктор Фан Чэн. – Жаль, но в итоге твои чувства все же тебя ослепили.

Господин Ся Яцзюнь подался вперед:

– Неделю назад мы получили это