Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

на этот раз намеренно оставил мобильник на тумбочке. В отрядах шутили, что смартфоны — это «устройства слежения, с которых иногда можно звонить», и он не знал точно, кто именно следит за ним в данный момент. Он ехал по I-5 до I-10, а затем свернул на I-110 просто потому, что знал этот маршрут лучше всего. Поездки в такой мегаполис, как Лос-Анджелес, не доставляли ему удовольствия, и делал он это редко. Парковка в Л.А. могла превратиться в кошмар, но он помнил по совместным поездкам с Лорен, что возле торгового центра Seventh and Fig в центре есть многоуровневый гараж, где в такую рань будет полно мест.

Выследить его было не так уж сложно, особенно если задействованы спутники или дроны, поэтому Рис не стал играть в контрнаблюдение и пытаться оторваться от хвоста. Стоянка была пустынна, а путь в три квартала от Восьмой до Пятой прошел без приключений, если не считать приставаний нескольких представителей огромной армии лос-анджелесских бездомных. Что-то в манере Риса подсказывало попрошайкам, что не стоит быть слишком настойчивыми, хотя большинство из них были слишком замучены похмельем, чтобы прилагать усилия. Рис невольно усмехнулся, увидев человека, лежащего лицом вниз на тротуаре: кусок веревки был обвязан вокруг его шеи, а другой конец — вокруг горлышка бутылки дешевой водки.

Он планировал зайти в Starbucks раньше Кейти, чтобы выбрать место и не привлекать внимания, прося её пересесть, но она его опередила. Как только он переступил порог, он заметил её в дальнем углу: она сидела спиной к стене. Она заняла «его» место. Несмотря на репутацию уважаемого журналиста-расследователя, Кейти Буранек была довольно молода и бесспорно привлекательна той естественной красотой, которая, очевидно, не требовала от неё особых усилий. Она была в спортивном: черные легинсы для йоги и облегающая ярко-оранжевая кофта на молнии. Минимум макияжа (если он вообще был), грязновато-светлые волосы собраны в хвост. На ней были черные прямоугольные очки — Рис подумал, что скорее для имиджа, чем для зрения. Хотя она работала в печатной прессе, её внешности и ума хватило бы, чтобы стать звездой любого кабельного новостного канала. Рису было под сорок, и он предположил, что она моложе его лет на десять, а то и на пятнадцать.

В последний раз они виделись в Баграме. Риса только что выписали из медчасти, когда она выследила его в кофейне Green Beans. Баграм за эти годы превратился в маленькую Америку, и Green Beans мало чем отличалась от любого Starbucks: изысканный кофе, бесплатный Wi-Fi и куча мест, где можно посидеть с латте. Для Риса всё было иначе: чем больше они пытались сделать Афганистан похожим на дом, тем более чуждым и неуместным он казался. Несмотря на его гражданскую одежду, она точно знала, кто такой Рис, когда подсела к нему за столик. Она просто пододвинула свою визитку и сказала: «Капитан Рис, мне жаль ваших людей. Я знаю, что сейчас не время, но если захотите поговорить — вы знаете, как меня найти».

Репортер, у которого хватило такта не плясать на костях его бойцов, была редкой птицей, а её разведданные, очевидно, были точными. Рис был своего рода «новостным наркоманом» и помнил её фамилию по серии статей, разоблачавших ложь и сокрытие фактов после фиаско в Бенгази. Он лично знал обоих бойцов SEAL, погибших в ту ночь в ливийском Бенгази во время тринадцатичасового боя в сентябре 2012 года, поэтому внимательно следил за расследованием Кейти.

Она встала с легкой улыбкой и протянула руку.

— Рада снова видеть тебя, Джеймс. — Её лицо выразило искреннюю печаль, когда она добавила: — Мне очень жаль, через что тебе пришлось пройти. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь. Спасибо, что приехал.

В её речи слышался легкий акцент, который большинство людей даже не заметили бы. «Восточноевропейский», — предположил он по фамилии.

— Без проблем. Спасибо за добрые слова и за то, что согласилась встретиться так быстро. Дай мне взять кофе, и поговорим.

Рис неловко стоял в растущей очереди за утренним кофе, пока Кейти что-то быстро печатала в ноутбуке. Она поймала его взгляд и вежливо, понимающе улыбнулась. Наконец он получил свой кофе и сел напротив неё за маленький столик.

Обычно Рис поостерегся бы обсуждать события последних дней в таком публичном месте, но музыка в кофейне играла достаточно громко, чтобы любая попытка подслушать разговор — лично или с помощью спецсредств — провалилась. Им с Кейти приходилось наклоняться друг к другу через стол, чтобы слышать собеседника. Он испытал облегчение, когда она закрыла ноутбук и достала длинный спиральный блокнот для записей; ему совсем не хотелось, чтобы эта информация хранилась на чьем-то компьютере.

— Начни с самого начала и не упускай ничего. Обещаю, я не напишу об этом ни слова без твоего разрешения.

Рис начал рассказ с событий за неделю до операции, уничтожившей почти всё его подразделение, чтобы добавить контекста. Он не раскрыл ничего секретного, но дал понять, насколько необычным было то, что приказ по объекту пришел из высшего штаба с такой конкретикой и срочностью. Она быстро делала пометки, которые смог бы расшифровать разве что отряд археологов. Она вскинула голову, когда он рассказал об опухолях, найденных в мозгу его людей, и задала несколько вопросов, которые выдавали её недюжинные познания в медицине.

Он рассказал ей о странном допросе агентами НКИС, о несостыковках в версии самоубийства Бузера и, наконец, дошел до убийства своей семьи. Она периодически останавливала его, прося уточнить детали или подробнее пересказать тот или иной разговор. Стресс, горе и истощение местами затуманивали память, но он был почти уверен, что изложил всё самое важное.

Когда он закончил, она убрала блокнот и сняла очки. Она посмотрела Рису прямо в глаза, и её голос стал тише и серьезнее.

— Послушай, Джеймс, я знаю, чем ты зарабатываешь на жизнь, и, наверное, мне не стоит тебе это говорить, но ты должен быть осторожен. Мы оба должны. Тот, кто стоит за этим, не шутит. Для них нет никакого смысла проворачивать всё это и оставлять тебя в живых — а значит, скорее всего, они планировали убить тебя вместе с семьей. На твоем месте я бы не доверяла никому, включая флотское начальство. Когда вышла моя серия статей по Бенгази, ты не поверишь, какие методы запугивания они применяли. Они взломали мою почту; двое здоровяков, явно федералы, блокировали мне выход на лестницу в моем доме; меня проверяла налоговая; они даже пытались сорвать сделку, когда