Эдди Флинн - Стив Кавана

едва знала, работала на трех работах и оставила за плечами впечатляющее количество неудачных прослушиваний. Когда мне не досталась роль цыпленка Цыпы на детском утреннике, я решила, что шоу-бизнес – это не для меня.

Я уволилась с трех мест работы официанткой, получила более выгодную должность продавца-консультанта в магазине кожгалантереи на углу Восточной двадцать шестой и Мэдисон-стрит и начала получать достаточно, чтобы снять квартиру, в которой не толклись какие-то совершенно посторонние мне люди. Мне уже не требовалось переворачивать подушки на диване в поисках завалившихся за них мелких монеток, чтобы купить лапшу быстрого приготовления. И такой была моя жизнь где-то в течение года, пока Дэниел Миллер не увидел меня сквозь витрину, после чего остановился и зашел внутрь. Он не хотел покупать ни портфель, ни дорожную сумку, ни даже бумажник. Он хотел меня. Сказал, что я самая красивая женщина, которую он когда-либо видел, и что он будет сожалеть до конца своих дней, если не пригласит меня на ужин прямо в этот же вечер.

В тот день, в магазине, он сказал, что его зовут Дэниел Миллер. Как будто это что-то значило. Мне еще только предстояло узнать, что его имя и вправду кое-что значило для богатых людей в этом городе. Он управлял частным хедж-фондом и зарабатывал на этом целую кучу денег. Он был высок, хорошо сложен, красив, обаятелен, и на нашем первом свидании в тот вечер я лишь гадала, что скрывается за этой великолепной улыбкой. Когда мы только начали встречаться, я не знала, что он богат, но на нашем четвертом свидании, когда Дэнни заказал целый самолет, чтобы мы слетали в Вегас, я вроде как поняла это. Однако вовсе не деньги заставили меня влюбиться в него. А то, что он заставил меня чувствовать. Как будто я была самой важной персоной на свете.

До той поры моя жизнь всегда была довольно неопределенной. Мой отец не мог долго удержаться ни на одной работе и часто ссорился с моей мамой. Алкоголь, безусловно, тут тоже сыграл свою роль, но в основе всего этого лежала нехватка денег. Мне было девятнадцать, и я работала за стойкой в баре, когда он въехал на своем пикапе в ограждение на шоссе. Мама была на пассажирском сиденье. Он был пьян. Они оба были пьяны. И так и не выбрались из того пикапа. Потеря родителей и заставила меня попробовать себя в актерском ремесле в Нью-Йорке. Жизнь тогда казалась мне чем-то хрупким и хаотичным.

Но Дэнни подарил мне чувство защищенности, тепла и уверенности. Я просыпалась каждый день, зная, что он заботится обо мне, что мне не нужно беспокоиться ни о деньгах, ни о ночлеге, да и вообще ни о чем, на самом-то деле.

Теперь я уже могла не работать, но все равно работаю волонтером в приюте для животных, чтобы не сидеть без дела, когда Дэнни нет рядом.

Сегодня я вернулась домой около половины пятого и приняла душ. Дэниел все еще был у себя в офисе. Я как раз спускалась на кухню в спортивном костюме, чтобы начать готовить праздничный ужин, когда в дверь позвонили. Я открыла дверь какому-то молодому человеку в костюме с галстуком, с блокнотом и ручкой в руках.

Он сказал, что его зовут детектив Майк Стоун, и спросил, здесь ли живет Дэниел Миллер и не я ли миссис Миллер.

Я ответила, что да.

Он спросил, на какой машине ездит Дэнни.

Тут меня начало трясти. Волна паники так и захлестнула меня – вместе с воспоминанием о том полицейском, который пришел ко мне домой, чтобы сказать, что мои родители погибли в автомобильной аварии. В этот момент на подъездную дорожку въехал Дэнни, и я бросилась к его машине и обняла его. Он был совершенно сбит с толку, не понимая, что происходит, после чего я объяснила ему, что этот парень возле двери – полицейский и что он спрашивал про его машину, а я умножила два на два и получила пять. Сразу запаниковала.

Дэнни знал, что случилось с моими родителями, и сразу же понял, как я могла на такое отреагировать. Я все еще была потрясена, поэтому он объяснил, что произошло, ошеломленному полицейскому, вид у которого вдруг стал по-настоящему смущенный. Он извинился и сказал, что просто хотел проверить, есть ли у Дэнни развозной фургон темного цвета. Дэнни сказал, что такой имеется в одной из принадлежащих ему компаний.

Затем полицейский спросил, где Дэнни был прошлой ночью.

Он сказал, что был дома, со мной. Полицейский посмотрел на меня. Я все еще не могла прийти в себя. Не могла вымолвить ни слова, поэтому просто кивнула и кое-как промямлила, что да, он был дома, со мной.

Полицейский поблагодарил нас обоих, еще раз извинился за то, что напугал меня, и быстро ушел.

И только когда мы вернулись в дом, где я выпила водички и немного успокоилась, я опять задумалась о том, что сказал тогда Дэнни. Я спросила у него, почему он сказал полицейскому, что прошлой ночью был дома, тогда как его не было дома чуть ли не до утра.

Он сказал, что видел, как я расстроена, и просто хотел избавиться от полицейского, чтобы утешить меня, и что по какому бы делу этот коп ни явился к нам, оно не имело к нему никакого отношения. А потом подошел и прижал меня к себе, пока его тепло не заставило меня почувствовать, что всё в порядке. Что я в безопасности.

И любима.

Глава 12

Эдди

Было уже половина девятого утра, когда мы с Блок, спотыкаясь в крутящихся дверях, выбрались из офиса ФБР на Федерал-плаза на утреннее солнце. У меня болела голова, и мы оба были голодны как волки. Руки у нас были чистые, но и у Блок, и у меня манжеты на рубашках стали сырыми и теперь уже бледно-розовыми, потому что мы в основном смыли с них кровь нашей подруги. В то утро в мужском туалете я углядел под мышкой у одного из агентов свежий номер «Нью-Йорк таймс». Чтобы помыть руки, он положил его на полку над раковиной.

Сегодня все газеты наверняка опубликовали на первых полосах известие об убийстве Песочным человеком агента ФБР. Кроме одной. Копия письма убийцы каким-то образом попала в «Нью-Йорк таймс», где и красовалась на самом видном месте. Слоган над заглавием газеты гласит: «Все новости, достойные печати». Эта фраза красуется на страницах «серой леди»