Эдди Флинн - Стив Кавана

в этом. Только без обид, Лейк: ФБР и полиция Нью-Йорка располагают сотнями сотрудников, и при всех своих ресурсах две эти правоохранительные структуры безуспешно ищут Дэниела Миллера уже почти два года. Что заставляет вас думать, что вы сможете поймать его меньше чем за неделю?

Я был настроен совершенно серьезно. Я не хотел терять Блок ради безнадежной погони за Дэниелом Миллером, когда она была нужна мне на процессе по делу его супруги. Мне нравился Лейк, но при всех своих способностях в одиночку разгромить хорошо охраняемый наркопритон он все-таки не был чудотворцем. Лейк вроде как уловил суть. Посмотрел на меня так, словно взвешивая на каких-то невидимых весах. Оценивая мой характер, изучая мои глаза. Наконец кивнул.

– Я думаю, что понимаю Песочного человека гораздо лучше других агентов. Во многих отношениях это убийца явно авантюрного склада, способный действовать под влиянием момента, но, похоже, у него все-таки есть тщательно продуманный план. Это странно. Я думаю, он очень умен и способен адаптироваться к своему окружению и ситуациям, в которых оказывается, с такой ясностью мышления, о которой большинство убийц не могут и мечтать. Это как в шахматах. Он может и не знать, какой в точности фигурой собирается сделать ход его противник, но у него в запасе уже есть полдюжины готовых стратегий, отвечающих практически любому развитию событий. Я могу поймать его, потому что работаю умней и усердней, чем федералы и копы, вместе взятые, плюс у меня есть одно значительное преимущество.

– И какое же?

– В отличие от федералов я знаю, как ловить таких людей, как Дэниел Миллер. И я не повторю их ошибок. Видите ли, есть секрет, который Бюро становится все трудней и трудней скрывать. Поистине ошеломляющий и в чем-то даже постыдный. Способный в буквальном смысле вызвать скандал на национальном уровне. Они не хотят, чтобы я напоминал им об этом, и уж точно не хотят, чтобы об этом узнал кто-то еще.

– Какой еще секрет?

Отодвинув тарелку, Лейк поставил локти на стол, подался вперед и произнес:

– А что, если я скажу вам, что все, что ФБР знает о серийных убийцах, в корне неверно?

Глава 13

Песочный человек

Было почти половина четвертого утра. Песочный человек еще раз объехал вокруг квартала на своем фургоне, позволяя мыслям блуждать по собственной воле. За рулем ему всегда думалось лучше всего. У федералов должно было уйти несколько дней, чтобы выяснить, что случилось с агентом Дилейни.

Следовало соблюдать осторожность. Ее похищение и убийство могли пойти наперекосяк уже великое множество раз, по целому ряду причин. Но опыт окупился сторицей. Опыт, а также планирование, анализ рисков и четкость мышления.

Результатом стало мощное послание правоохранительным органам. И всему этому чертову городу. Песочный человек вернулся. И может добраться до кого угодно. В любое время. Так что копы должны оставить Кэрри в покое.

Он всегда кропотливо обдумывал каждый свой шаг. Каждое убийство было тщательно спланировано, продумано до мелочей. Риск поимки оценен и сведен к минимуму.

Он не совсем понимал, почему выбирает тех или иных людей. Хотя иногда это было понятно. Некоторые женщины выделялись, словно сверкающие идолы. Сразу отличались от обычной толпы. Тем, как они ходили, или как высоко держали голову, или даже просто тем, как их волосы блестели на солнце, или какой нежной была их кожа. Для других это было связано с их полнейшей заурядностью. С тем, что они абсолютно ничем не выделялись. Были почти что невидимы для окружающих. Как та брюнетка, завернутая в длинное полотенце, несшая доску для серфинга по горячему песку на пляже Кони-Айленд… Или блондинка, которая стояла на углу с плакатом на шее и раздавала рекламные листовки ресторана, расположенного чуть дальше по улице. Однако неважно, чем именно кто-то притягивал его внимание, – его решение выбрать этого человека в качестве следующей жертвы сводилось к одному-единственному аспекту.

В конечном счете его привлекали глаза.

Красивые, ясные глаза. Которые высекали в нем некую искру, зажигали в нем что-то. Нечто большее, чем просто предвкушение. Жар, способный перерасти в какое-то странное чувство. Не совсем ярость. Не совсем любовь. А нечто более глубокое и темное, чем то и другое.

Однако заканчивалось это всегда одинаково. Он осторожно дул им на шею, усыплял их при помощи иглы, а затем мог без всяких помех продолжать свою работу. После которой они засыпали уже вечным сном. Во многих отношениях ему казалось, будто он отпускает их из этого мира в мир вечного, безмятежного сна.

Песочный человек видел множество мертвых тел. Нечто основополагающее менялось, когда жизнь покидала их. Кровь прекращала течь. Они быстро остывали. Тело утрачивало всю свою привлекательность, превращаясь в груду мертвого мяса.

И только глаза сохраняли отблеск жизни.

Он был очарован человеческим взглядом. Так было всегда. Припомнилась однажды читанная очень старая книга криминальных рассказов, в которой говорилось, что сто лет назад коронеры и судмедэксперты сохраняли глаза жертв убийств и внимательно изучали их, полагая, что образ убийцы каким-то образом по-прежнему остается запечатленным в самой глубине глаза. Чепуха, конечно, но эта история его заинтриговала.

Так что теперь, когда его жертвы уже надежно спали вечным сном, Песочный человек вынимал у них глаза и хранил их у себя. Иногда, в этом своем особом месте, он вынимал эти глаза из банок и держал их в руках. На этом этапе они уже были тусклыми, поскольку затвердевали от консервирующего раствора, словно комки жвачки. Он долго всматривался в них, гадая, не осталось ли в каком-нибудь из них его лицо.

Песок, которым он засыпал своих жертв, служил двум целям. Согласно старым историям, это гарантировало, что они уже никогда не проснутся. И это помогало скрыть любые следы, которые он мог оставить. Он засыпа́л песком их разинутые рты, красные брюшные полости и пустые глазницы, глядя, как песчинки прилипают к их окровавленным деснам и зубам. Тело очередной жертвы уже представляло собой безжизненный сосуд, и в то же время он ощущал, как в его собственное тело вливается живительная сила.

Вернувшись мыслями к дороге, Песочный человек проехал мимо переулка на южной стороне квартала и остановился у тротуара. Он чувствовал легкий трепет. Предстоящее действовало на него возбуждающе. Вызывая прилив сил, зародившийся где-то в животе и поднявшийся по позвоночнику прямиком к мозгу. Это было воспоминание. Великолепное воспоминание, которое каким-то образом заставило его тело вновь пережить физическое опьянение, испытанное в ту ночь.

В ту ночь, когда он убил Лилиан Паркер и бросил ее тело в